Чтение онлайн

Удостоверившись, что наблюдение не ведется — по крайней мере явное, — Нолан повернулся к Сэнди.

Большие синие глаза Сэнди в скудном освещении показались ему огромными. Их выражение — невинным. Снова поразительный контраст между тем, какой уверенной эта роскошная девушка является в действительности и какой робкой порой выглядит!

Нолан поневоле позавидовал мужчинам, которым когда-либо посчастливилось иметь с Сэнди близкие отношения. Наверняка каждого сводил с ума тот факт, что ее чувственность проявляется с абсолютно невинным видом.

В этом смысле Сэнди выгодно отличалась от тех не менее шикарных женщин, которые были у Нолана. Его подружки, наоборот, всячески старались подчеркнуть свою искушенность в интимных делах, а одна — кандидат наук в области права — в постели почему-то переходила на пересыпанный нецензурными выражениями уличный сленг. Нолан же, как на грех, терпеть не мог, когда с прекрасных женских губ слетают грязные словечки, поэтому та связь оказалась самой короткой.

— Манускрипта — вернее, его копии — я так и не увидел, — медленно произнес он.

— Вот как? Значит, все это оказалось неправдой?

В голосе Сэнди прозвучало такое искреннее разочарование, что Нолан улыбнулся.

— Не в этом дело. Возможно, копия манускрипта действительно существует, просто мне пока не удалось до нее добраться.

Сэнди слегка нахмурилась.

— Но ты вроде сказал, что студент видел ее в городском книгохранилище?

— Верно, — кивнул Нолан, засовывая руки в карманы шортов. — Вполне допускаю, что все так и есть, как сказал мой студент, но в книгохранилище я попасть не смог.

Ресницы Сэнди широко распахнулись от удивления.

— Этого не может быть. Доступ в книгохранилище открыт всем желающим. Другое дело, что не всякую книгу или документ могут выдать на руки. Но прочесть на месте или сделать копию разрешат.

Пока она говорила, Нолан прошелся по гостиной. При этом его сопровождали две пары глаз — Тайсона и самой Сэнди.

— Да знаю я… — вздохнул он. — Я и не говорю, что в книгохранилище нельзя попасть, просто лично для меня доступ оказался закрыт. Или, лучше сказать, перекрыт.

— Кем?! — изумленно воскликнула Сэнди. — Кто это не допустил профессора к книгам?

Нолан пожал плечами.

— Моя научная степень здесь ни при чем. Равно как и исследовательская деятельность. Все гораздо проще и банальнее: здесь замешана женщина.

Ему не особенно хотелось посвящать Сэнди в эту историю, но он решил, что лучше с самого начала быть честным, чтобы впоследствии не возникло недоразумений. Правда при слове «женщина» по лицу Сэнди как будто скользнула тень. Вероятно, ей не особенно приятно было выслушивать рассказы о каких-то женщинах — тем более в такой вечер… но если уж быть честным, то до конца. Хотя, возможно, это и неправильное решение.

Но слова уже вылетели, не поймаешь.

Дьявол!

Нолан провел ладонью по лицу. Затем посмотрел на Сэнди. Та прилежно рассматривала ковер у себя под ногами.

— Это не то, что ты подумала, с той женщиной у меня ничего не было.

Сэнди коротко взглянула на него и сразу же вернулась к рисунку на ковре.

— Ты вовсе не обязан передо мной отчитываться.

— Я и не… кхм… — Нолан умолк, но в следующее мгновение вдруг спросил: — Анекдоты любишь?

В глазах Сэнди промелькнуло растерянное выражение.

— При чем здесь это?

— При том… Ситуация, в которой я оказался, почти анекдотическая. Но, чтобы ты поняла ее суть, придется кое-что рассказать. Впрочем, если тебе неинтересно…

— Нет-нет, я послушаю, — быстро произнесла Сэнди.

Еще бы неинтересно! Ведь она не знает о Нолане практически ничего. Сам этот факт будоражит сверх всякой меры… да и любопытство разбирает тоже.

Нолан подошел к столику, взял кофейник, взглядом предложил Сэнди наполнить чашку, однако та качнула головой. Тогда он плеснул кофе себе и сел в кресло.

— Все началось с того, что мой коллега Брюс Фримен, преподаватель истории, познакомил меня со своей младшей, недавно приехавшей к нему в Огасту сестрой Мартой. Как я сейчас понимаю, не без дальнего прицела и, возможно, с ее подачи. Произошло это на празднике по поводу очередной годовщины основания университета. Брюс подвел ко мне Марту, мы немного поболтали, позже танцевали. Потом как-то так получилось, что я проводил Марту домой. — Нолан на минутку задумался. — Хм, пожалуй, получилось-то неспроста. Наверняка Брюс все и устроил, причем так ловко, что я воспринял идею подобных проводов как должное. — Он усмехнулся. — Вообще мне было все равно. Я не собирался вступать с Мартой в близкие отношения. И ни в какие другие. Однако она думала иначе. Скорее всего, вынашивала относительно меня далеко идущие планы. — Нолан взглянул на Сэнди. — Знаешь, как порой бывает — мужчина думает одно, женщина другое. Часто диаметрально противоположное.

Сэнди уклончиво усмехнулась, а сама спросила себя: «Часом, не то ли самое происходит сейчас между нами? Я думаю одно, а Нолан…».

Она исподтишка посмотрела на него, пытаясь угадать, какие мысли вертятся в его голове, но ничего из этого не вышло. Впору пожалеть о том, что не обладаешь способностью проникать в чужой мозг…

— Словом, Марта принялась названивать мне, намекала на то, что неплохо бы встретиться, сходить куда-нибудь или просто погулять. Я же всякий раз вежливо отказывался, ссылаясь на занятость. И у меня действительно не было свободного времени, так как я только приступил к работе над осуществлением своей идеи — вывести синюю розу. И все же не это являлось основной причиной отказов. Я просто-напросто не хотел развивать знакомство с Мартой. Она не в моем вкусе, и вообще… — Нолан отпил глоток кофе. — Но не зря говорится, что на всякого мудреца довольно простоты. Они меня-таки поймали. Брюс устроил вечеринку по случаю своего дня рождения, и я отправился его поздравить. В этот день я всегда заявлялся к Брюсу без приглашения, просто заходил — и все, порой приготовив какой-нибудь сюрприз. Однако на сей раз сюрприз ожидал меня самого — в виде расфуфыренной Марты. Говорил я, что она одевалась как клоун?

— Э-э… нет.

Нолан поморщился.

— Никогда не понимал пристрастия некоторых женщин к ярким цветам. Но дело даже не в этом. Марта так сочетала цвета, будто перед ней стояла задача соединить несоединимое. В тот день, как сейчас помню, на ней была красная юбка, черная блузка и сапожки такого ядовито-зеленого оттенка, какой только можно себе вообразить. А губную помаду она выбрала… угадай, какого цвета?

Сэнди вскинула бровь.

— Неужели синего?

— Мыслишь в верном направлении, — кивнул Нолан. — Не синего, к счастью, но морковного. Наверное, я не обратил бы на это внимания, но так уж вышло, что до того дня мне не случалось видеть на чьих-либо губах помаду морковного цвета. Наверное, поэтому я и был впечатлен настолько, что не сумел скрыть удивления. Марта восприняла мою реакцию по-своему: решила, что я счел ее неотразимой. Расцвела, защебетала, взяла меня под руку и с ходу потащила танцевать. Потом не отходила от меня весь вечер, а под конец громко, чтобы все слышали и у меня не осталось возможности отвертеться, попросила проводить домой.

Он вновь взглянул на Сэнди, будто говоря: как тебе это?

Она рассмеялась, немного искусственно.

— Мы, женщины, порой бываем коварны…

— О-о! — протянул Нолан. — Не то слово!

— Но и вы, мужчины, иной раз поступаете с нами… — Сэнди пошевелила в воздухе пальцами, подбирая слова, — не очень хорошо.

Нолан развел руками. А так как в правой держал чашку, то чуть не расплескал кофе.

— Увы, случается… Вот и Марта в тот день сказала мне примерно то же самое.