Где-то между чёрным и белым
Шрифт:
— Ну, чем занимаешься, Кристиан?
— Да так, — ответил он. — Помогал маме по дому, кое-что делал во дворе.
— Правда?
Как мило. Ты готов помогать по дому своей мамочке, но не жене! Нет уж, она не собиралась изображать светскую беседу. Теперь она была попросту зла.
— Ну, я отнесу Эдварду его напиток.
Проходя мимо матери, она обменялась с ней многозначительным взглядом. Эбби подошла к зятю, пытаясь завести дружелюбную беседу. Может, ей повезет больше, чем Софи.
Позднее, тем же вечером Софи сидела с Лизой, подругой и коллегой, и ела сухой завтрак прямо из пачки.
— Ну давай, будет весело, — уговаривала ее Лиза. — Я замужем уже пять лет и все равно выбираюсь погулять чаще тебя.
— И что? Почему я не могу просто посидеть дома?
— Ну… — замялась Лиза. — У Джерри есть друг, с которым я бы хотела тебя познакомить.
Софи перестала искать в коробке сухарик и раздраженно вздохнула.
— Просто встреться с ним, — добавила Лиза. — Он славный парень.
— Я пойду, если ты пообещаешь никого мне не сватать, — настояла Софи. Почему женатым людям вечно было надо перезнакомить одиноких друзей?
— Ты уже шесть месяцев ни с кем не встречаешься, — подчеркнула Лиза, словно речь шла о каком-то злодеянии.
— Лиза, я устала. Мне кажется, ты просто забыла, каково это, и меньше всего я сейчас хочу встречаться в баре с каким-то парнем.
— Да ладно тебе! Это не какой-то парень, это наш с Джерри знакомый, и пойдем мы в ресторан «Мерфи». Помнишь его? — подколола Лиза, ткнув ее пальцев в бок. — Мы туда часто ходили, пока учились в колледже.
Софи застонала.
— Никаких подстав, все должно быть естественно.
— У них теперь караоке есть, — пропела Лиза.
— Я должна обрадоваться или убежать с криками?
— Ладно, там будут еще люди с работы, все будет очень естественно.
Софи потягивала свой напиток и смотрела, как Эви подошла к Кристиану. Казалось, его мутило, он выглядел нервным и смущенным. Эвелин любовно поправила его воротник точно ребенку и сказала что-то, от чего ему словно бы стало легче. Он неловко улыбнулся и обнял ее.
Софи завороженно следила за ними, мечтая стать мухой и услышать их разговор. Что угодно, лишь бы понять, почему ее сестра так дорожила этими отношениями.
Эви наклонила голову вбок и посмотрела на него, что-то спрашивая. Его улыбка пропала, а сам он исчез в спальне. Эви нервно оглядела комнату и, когда она встретилась взглядом с Софи, та опустила глаза, притворившись, будто не заметила их разговор.
Кристиан не появлялся до конца вечера.
***
Несколько часов спустя Эбби и Софи помогали Эвелин прибраться.
— Чудесный был вечер, девочки. Спасибо вам огромное! — сказала Эбби, задувая свечки на столе.
— Да, все прошло очень здорово, Эви, — добавила Софи, составляя в раковину подносы.
— И правда.
— А что не так с Кристианом? — спросила Софи. — Куда он ушел?
Эбби опустила глаза и продолжила уборку.
— Ах, это… — отмахнулась Эвелин. — Что-то с животом, вот и все.
Она наклонилась, чтобы собрать с пола попкорн.
— Ты уверена? — надавила Софи. Мать глазами показала ей «хватит», и Эвелин заметила.
— Уверена. Слушай, мне кажется, вам пора домой. — Эви высыпала попкорн в мусорное ведро. — Все уже убрано, а я жутко устала.
— Милая, почему бы тебе не лечь, а мы с Софи все доделаем, — произнесла Эбби, поглаживая Эви по спине.
— Спасибо, мам, но я справлюсь. Завтра закончу.
— Я приду с утра и помогу, — предложила Софи.
— Нет. Не надо, — Эвелин подняла ладони. — Просто… все в порядке, окей? Идите домой и отдохните.
Софи и ее мать обменялись еще одним взглядом.
— Хорошо, милая, — сказала Эбби. Она взяла сумочку и направилась к двери. Софи мгновение поколебалась, пока Эбби не подозвала ее к себе.
***
Эви выдохнула с облегчением, глядя, как уходят ее сестра и мать. Когда она вернулась в спальню, Кристиан неподвижно сидел на кровати. Она молча прошла мимо и направилась в ванную. У нее ныли все суставы, и она хотела только одного — забраться под одеяло.
— Извини, что ушел сегодня.
— Кристиан, я жутко вымотана. Давай забудем об этом.
Она собрала волосы в хвост и запихнула одежду в корзину для белья.
— Тебе надо бы от меня избавиться, Эви.
Он по-прежнему не шевелился. Эвелин вздохнула, села на постель рядом с ним и взяла его за руку.
— Что я тебе говорила? Никто никуда не уходит, так что перестань нести чепуху. Я даже не представляю жизнь без тебя.
Взгляд его был тусклым.
— Ты заслуживаешь лучшего.
— Хватит.
Почему бы тебе просто не принять таблетки? Почему?
— Эви, я так хочу. — Она словно задала вопрос вслух. — Просто… они заставляют меня… Мне кажется, будто я умер. Я ничего не чувствую. Я не могу так работать.
Он говорил о своем искусстве.
Кристиан когда-то преподавал в университете, но лишился должности из-за своей неуравновешенности. Он был потрясающе талантлив — с этим все соглашались. Он рисовал карандашом как никто другой. Его рисунки походили скорее на картины маслом. Но он никогда ничего с ними не делал. Он никому их не показывал.
Он осторожно погладил ее по плечу.
— Тебе больно, да? Я же вижу.
Она моргнула, с трудом разлепляя глаза.
— Полежи пока, я наберу тебе ванную, а потом сделаю массаж.
Он направился в ванную.
— Нет, Крис, уже поздно.
— Никаких возражений, — крикнул он из ванной комнаты. — Тебе ничего не придется делать.
Эвелин лежала и слушала, как льется вода, думая, сколько еще она сможет так прожить. Но ее преданность Кристиану была так же глубока, как отчаяние в его глазах. Она мечтала, чтобы он был счастлив. Чтобы он мог быть собой. Просто… быть.