Чтение онлайн

— Добрый день, Илья. Кого привел? — и рукой указал на стулья около стены.

— Добрый, Мэтью. Это Матвей Игнатьев, я хочу его в помощники взять. Но у него голована, и он просит оформить ее как полагается. — На планетах Метрополии очень часто голованы работали вместе с хозяевами, и получали зарплаты. Именно потому никто и не возразил среди лесорубов, когда Герде выделили долю. Она пусть и в бухгалтерии не разбирается, но все-таки вполне разумное существо.

— Да ты погляди, надо же. Я уж думал, что больше никогда не увижу их в живую. — Мэр вышел из-за стола, и, присев на корточки, протянул ручищу Герде. Та спокойно подала ему лапу. — Конечно оформляй, она тоже кушать хочет. Да и дом ей нужен. Оформляй как эксперта, ставь сотню кредитов в оклад. Отработает, от голованов сплошь польза. — И повернулся ко мне. — Значит, про тебя рассказывали лесорубы? И тебя сватает в помощники шерифа Илья? Нам хорошие люди нужны! Тем более те, которые сумели так умело слинять из Щучьего. Поганое место!

И вернулся на свое место, грузно опустившись на скрипнувший под немалым весом стул.

Мэр и шериф обменялись еще парой малозначимых фраз, и мы, попрощавшись, вышли из мэрии. Зубов успел обменяться парой любезностей с Марией, и подтвердить совместный ужин. Тоже в «Царь-рыбе», кстати.

— Ну, так как, согласен? — Шериф уселся на свое место, и подождал, пока мы с Гердой сядем тоже.

— Мне несколько дней нужно на обжиться. А так да, согласен, — я кивнул. Ну а что, нормальная служба в нормальном месте. На первое время просто отлично, а дальше видно будет.

— Тогда сейчас приедем в офис, заключим контракт, принесешь присягу на Библии. И через три дня, к семи утра сюда. Начнешь службу. Только просьба — шинель эту не одевай. Не надо народ провоцировать, спьяну могут и за новичка принять.

— Я, вообще-то, и есть новичок, — рассмеялся я на это заявление. Герда тоже фыркнула.

— Ну да, новичок. Птру! Куда прешь, идиот? — шериф с трудом остановил мерина, под копыта которому чуть не упал пьяный мужик. Тоже в шинельке, кстати. Впрочем, на ногах он удержался не долго, и в конце концов таки упал. — Вот новичок! Из крайнего завоза, Абилин нам часть спихнул.

Это шериф произнес, уже соскочив с брички, и приподняв за шиворот пьяницу. Попытался его вообще поднять, но выходило только наполовину.

— Так, Матвей, помоги! Замерзнет а то насмерть, если часок поваляется так. Впрочем, вряд ли, но нам все равно сюда ехать придется, вызовут. Так что закинем в участок, отоспится в камере. Потом пару недель на общественных работах повкалывает, нужники городские почистит. — Мы с Зубовым закинули бедолагу в бричку, под сидение. И поехали в офис.

Там сгрузили вдребезги пьяного мужика с брички, я с помощником шерифа затащил его в камеру, и уложил на нары из грубо оструганных досок. Пьянчуга что-то бормотал по-немецки, вроде как, но просыпаться не собирался.

— Ну, Матвей, подписывай, — мне протянули лист бумаги с отпечатанным текстом. Прочитав его, я взял ручку, настолько простую в исполнении, что обалдеть. Стальное перо на деревянной палочке. Макнул его в чернильницу, и, стараясь не поставить кляксу, расписался под десятком других подписей.

— Ну, теперь главное. — Шериф протянул мне Библию. — Положи на нее левую руку, и подними правую, открытой ладонью вверх. Повторяй за мной. Клянусь служить верой и правдой…

Красивая обнаженная девушка с собранными в высокое гнездо волосами, слегка прихваченными тонким платком, стояла на маленьком балкончике, и смотрела вдаль. Рядом с ней, буквально рукой подать, была заснеженная крона какого-то дерева с ярко-красными ягодами под снегом. Огромные, яркие звезды мерцали в морозном небе, а свет двух лун отбрасывал от фигуры девушки интересные тени.

Я подошел к Вере сзади, протянул руку и принял тяжелую грудь в свою ладонь. Чуть сжал, наслаждаясь упругостью тела и остротой соска, провел второй рукой по гладкой спине и круглой попе.

Вера, откинувшись назад, нашла мои губы своими, завела руки за голову, обняв меня и сильно прижав к себе. А потом рывком развернулась, и прижалась ко мне всем телом, жадно, страстно целуясь. Так и не закрыв дверь на балкон, мы снова оказались в постели. И стоны-вскрики девушки были для меня лучшей музыкой на свете.

Это после торжественного ужина в «Царь-рыбе». Когда мы, слегка поддатые, и неплохо накушанные, поднялись на свой этаж, каким-то хитрым образом оказались в моей комнате. И долго, по полной, отрывались. Как сказала Вера, «компенсировали ущерб». Герда, похоже почуяла что-то, и осталась внизу, в холе, возле небольшого камина.

А сейчас Вера выгнулась, забросив на спину распустившиеся во время постельных беспорядков волосы, долго застонала, толкнула меня попой и упала грудью на кровать. А я, сделав еще пару движений, рухнул рядом с ней. Вера, так и стоящая на коленках с поднятой попой, завалилась набок, налево, повернувшись лицом ко мне. Отдышавшись, она протянула ко мне руку и погладила меня по лицу, а я поймал ее ладонь и начал целовать пальцы. Потом притянул девушку к себе. Потом Вера сидела на мне, лежала подо мной, стояла на коленях возле меня, а я держал ее голову за волосы и старался не закричать от наслаждения.

Только когда мы уже не могли стоять на ногах от усталости и изнеможения, порыв ветра забросил на нас, лежащих на кровати, снежной пыли, и мы поняли, насколько выстудилась комната. От нас шел пар, как от загнанных лошадей, при дыхании изо ртов вырывались облачка. Так что, закрыв поскорее дверь на балкон, и укутав девушку одеялом по самые брови, я разжег снова огонь в небольшой буржуйке — булерьяне, и убедившись, что огонь не погаснет, закинув в печное чрево пяток поленьев.

А потом взял из небольшой корзинки, которую мы принесли с собой из «Царь-рыбы», и которую чудом не опрокинули, бутылку красного виноградного вина. Хорошее вино, хоть вроде как и под рыбу должно идти белое. Откупорил его, пару раз крутнул бутылку, чтобы оно скорее продышалось, а потом налил два стакана.

— Спасибо, — принимая стакан, сказала Вера, сев на кровати, и набросив на плечи одеяло. Посмотрела на меня сияющими глазами, и усмехнулась. — Слушай, а мы не слишком нашалили? Там, которые за нами следят, они как, в порядке? — и поглядела на браслет коннектора на своем тонком запястье.

— Пусть обзавидуются, — я присел на корточки около кровати, и поцеловал коленку девушки. — Это их проблемы, а не наши. Как я тебя хотел, знала бы ты.

— Ну, в бане я видела, — улыбнулась девушка. — Просто не хотела, чтобы ты подумал, что я тебе из-за денег отдалась. А сейчас — тебе вернули выкуп за меня, я свободна, и вполне могу как следует трахнуться с любимым парнем. И кстати, что там за интересная штуковина, которой ты хотел меня заинтересовать? Одна меня не просто заинтересовала, а основательно залюбила, — и Вера рассмеялась.

— Сейчас, — я встал, и прошел до шкафа, в который сложи свои вещи. Вытащил первую попавшуюся фоторамку. — Вот, погляди, какие здесь штуковины встречаются.

— Это что? — Вера осторожно взяла артефакт, всмотрелась, а потом решительно сбросила с себя одеяло, шагнула к печке, и в отблесках огня рассмотрела фотографию ушедшей девушки из Прошлых. Удивленно поглядела на меня. — Это что, тут была разумная цивилизация?

— Да, — ответил я, любуясь отсветами на коже девушки. — Я думал, ты в курсе. Вроде как никакого секрета из этого не делают.