Где-то в Солнечной системе
Шрифт:
Все произошло вблизи берега, они и отплыли-то всего ничего. Вначале перестала двигаться лодка. Прислушались и поняли, что не работает двигатель, это само по себе выглядело странным: ядерные микродвигатели вывести из рабочего состояния было невозможно. Затем озеро потемнело, стало очень неуютно при свете фонарей, даже свод пещеры как будто приблизился. А уже после этого около лодки возникло несколько бурунов на поверхности воды, лодку перевернуло ударом снизу и все оказались в воде.
В скафандре повышенной защиты любое нападение в принципе не было страшным, и никто не успел как следует испугаться, может, только удивились. Однако следующим ударом невидимое в воде существо показало, что оно не намерено делить с вновь прибывшими свою территорию: Вихря подбросило на несколько метров вверх, а Машку завертело в буруне. Но больше всего досталось Роману: ему прокусили знаменитый скафандр и он, успев это сразу почувствовать, включил резервный защитный слой, крикнув:
– Быстрее к берегу! – И поплыл вместе с ними.
На этом приключение в общем-то и закончилось, Роману успели оказать помощь, но пришлось поваляться в стационаре, да еще врач экспедиции Хьюстон намекнула пострадавшему, что проникшая через порез в скафандре вода из озера нанесла необратимые изменения организму.
Легкий звуковой сигнал прозвучал как нельзя кстати – Роману надоело лежать в одиночестве. Дверь в палату приоткрылась и показалась довольная физиономия Машки.
– Привет, Самойлов! – Мария Осокина чмокнула приятеля в щеку и достала из пакета гроздь бананов. – Витаминов тебе притащила, жуй буржуй!
– За витамины большое спасибо! – Роман любил с утра пожевать что-нибудь из фруктов. – А что такое «буржуй»?
Машка не ответила, видимо, сама не знала. Вместо этого она затараторила, как всегда непоследовательно выкладывая последние новости:
– Ты здесь дурака валяешь, а у нас там… Сашка Никонов за случай с тобой нагоняй от Генерала получил. Совет трижды собирался, но никакого решения по нашему Озеру принять не смог. С Земли присылают кучу специалистов, никто не представляет, где их расселять, под Куполом места уже нет. Видимо, пригонят большой грузовик с пристройкой для Купола, похоже, у нас даже бассейн появится. Вот покупаемся! Жалко, что тебя на Землю переводят.
Роман помрачнел:
– Это уже окончательно решено?
Машка испугалась:
– А тебе эта мымра Хьюстон разве еще не сообщила? Я считала, что ты уже знаешь… Теперь они мне голову оторвут!
– Ладно, не притворяйся! Красоткам головы даже на других планетах на всякий случай оставляют… – Роман не хотел ее огорчать. – Что-то она такое говорила, но я не придал значение. Как дела у вас с Вихрем? Обнадеживающие результаты есть?
Вихрь – он же Уилл Смит – сумел каким-то чудом зацепить жесткой перчаткой скафандра за разбушевавшегося тот раз в Озере монстра и получил прекрасные пробы не то кожи, не то чешуи. Да и автоматические заборы воды еще не полностью прошли проверку, химикам работы на Марсе сильно прибавилось. Все ожидали потрясающих результатов, но пока завесу над тайнами Красной планеты никто не открывал.
– Молчат все. Что скрывают? – Машка казалась озадаченной. – Ведь нам-то с Биллом могли бы шепнуть, мы же могила! Сам знаешь.
«Ну насчет могилы – подумал Роман, – Машка несколько загнула… Все новости на Марсе она же первой и сообщает, причем почти всем сразу. Поэтому и молчит Генерал со своими химиками, видимо, что-то не вяжется, все-таки это Марс, здесь можно ожидать любого результата. Но не каждый результат можно сделать достоянием гласности».
Одно было понятно наверняка: в Озеро больше никто не полез, будут ждать больших специалистов с Голубой планеты, настраивать в пещере аппаратуру на каждом изгибе, экранировать поверхность воды, записывать все до единого звуки, строить изо дня в день новые диаграммы, сравнивать их между собой… И пошло, и поехало! Длиться это будет теперь годами и ничего новенького при нашей жизни уже не узнаем. Есть кому об этом постараться!
– Машь! Ты, случайно, не знаешь, когда меня отсюда выпустят?
– Почему не знаю? – Машка почти обиделась. – Хьюстон сказала – сегодня, но при условии, что ты будешь вести себя пай-мальчиком. Я обещала, что ты выполнишь все ее назначения. Я правильно обещала? Выполнишь?
– Ну, раз сама Осокина за меня ручается… – Роман развел руками. Процедуры врача ему изрядно надоели, как и пилюли, однако выхода не было, порядки под Куполом были очень строгие. Насколько он разобрался в происшедшем, его здесь, в палате, могли прописать надолго. Но раз решили списать на берег, там, на берегу, то есть на Земле, и долечат. Если есть от чего.
Мелодичный сигнал известил о том, что подошло время назначений. В стене против постели открылось окошко и в нем на блюдечке с голубой каемочкой рядком поблескивали столь надоевшие пилюли: по одной зеленого и красного цвета, здесь же стоял стакан с водой. Роман вежливо спросил:
– Хорошо, что ты зашла, а то даже медсестра не желает меня видеть! Хочешь пожевать со мною вместе? Такая дрянь, скажу тебе по секрету… Но тебе о-о-чень будут полезны, ты же со мной вместе в той луже плавала! Не забыла?
– Такое разве забудешь! Ладно, давай лечись, я побегу, мне к Генералу на доклад сегодня.
– Какой доклад? Про Озеро? – Роман поморщился, запивая пилюли.
– Да ты что? – Машка даже развеселилась. – Озеро сейчас под запретом, под большим притом запретом. До прилета с Земли спецов район Озера – в карантине. Мой доклад совсем о другом, мне отдельную тему дали, разбираюсь с песчаником у Олимпа. Там следопыты еще до нашего прилета накопали уйму всякой всячины, никто не хотел разбираться, потому что много противоречивых данных. Я как окунулась в перечень подготовленных для архива документов, так и ахнула. Мне Генерал специально подсунул, побоялся, что я в Озеро одна полезу. Но проблемка оказалось интересной, выписывайся, прибудешь на Базу – посмотрим вместе. Похоже, марсиане – это не байки, но в двух словах не объяснить…
Вид у Генерала был неприветливый. Роман вежливо поздоровался, ему не хотелось портить настроение начальнику экспедиции, у него здесь в колонии более сотни работников, всем не угодишь. Но и стерпеть безропотно высылку с Марса он не мог. Хотя бы предварительно поговорил с ним, объяснил, в чем собственно дело.
– Рад, что зашел попрощаться, – Генерал протянул руку. – Только без обид! Мы за тебя все переволновались, просили медслужбу пересмотреть первоначальное решение. Но рисковать не стали, со здоровьем не шутят. Хьюстон что-то у тебя нашла, просила обязательно отправить на Землю, поближе к теплу, к родному горячему солнышку. Отогреешься и анализы, глядишь, в норму придут. С новой экспедицией и вернешься! Хотя я понимаю, если так произойдет – это будет первый случай. Хьюстон, кстати, полетит с тобой, теперь она будет сопровождать тебя всюду. До полного исчезновения проблемы в твоем организме.
– Все я понимаю, Иван Алексеевич! – Роман удрученно посмотрел ему прямо в глаза. – Но и меня поймите!
– Помочь тебе здесь остаться я все равно не могу, даже не думай. Кстати, тобой заинтересовалась какая-то комиссия при ООН, желают пригласить на работу. Учитывая, конечно, твой опыт поисков на Марсе. Что им там конкретно нужно, мне не сказали, но, полагаю, с ними тоже не соскучишься.
Такой вот получился короткий разговор – без продолжений. Роман направился к себе, готовиться к отлету. Корабль прилетал утром по земному времени. Они все здесь жили по земному времени. Корабль прилетал, разгружался и сразу готовился в обратную дорогу длиною в сотню миллионов километров космического пространства.
Перелет на Землю прошел нормально, без всяких приключений. Сам корабль остался на орбите, а пассажиров пересадили в посадочный модуль и спустили на космодром. Роман всю дорогу от Марса просматривал последние отчеты, в том числе и те, что готовила Осокина. Здесь было о чем почитать! В песчанике у потухшего вулкана Олимп нашли сухие каналы и остатки, лучше назвать – развалины, каких-то циклопических сооружений. Самый большой в Солнечной системе вулкан… Каких же размеров были те сооружения? Да, на Марсе сейчас – передовая, там идет действительно интересная работа, как раз для поисковиков – следопытов, там его место, на Красной планете! Как некстати эта непонятная хворь, ведь самочувствие – отличное…