Чтение онлайн

— Что поделать? Если там и было что-то интересное, то это растащили еще до меня. — ответил Яур и ушел в ванную комнату.

Вслед за ним прямо сквозь дверь просочилась Докина. Она выглядела беспокойно и дрожала всем эфемерным телом:

— Я вспомнила… кое-что… Я тогда, когда Ноэль отдала эту шкатулку, спрятала ее там, в той пещере. Это была я. Я не знала, что внутри, Ноэль запретила смотреть. Знаешь, она была самой близкой моей подругой. — из ее глаз градом полились призрачные слезы, падая с аккуратного круглого подбородка и исчезая в пространстве — Я взяла у нее радолу. Тот, другой ты, не должен был найти эту шкатулку. И когда ты, то есть, он, пришел, я сама отравилась, чтобы эта тайна умерла вместе со мной.

Она постояла немного, тихонько всхлипывая и горестно подвывая в пустоту, потом посмотрела на Рысь несчастными глазами:

— Я сама спрятала, сама и показала. А еще я сама себя убила.

Яур стоял и не мог даже пошевелиться. Он не вышел из этого оцепенения, даже когда леди Кирентар ушла. Казалось, блестящий знак водоворота печет ему кожу даже через ткань кармана.

Кто был этот человек с его лицом? И как много у него двойников?

«Ты был одарен, как никто другой, и твоя сила испортила тебя»

«Я разделила тебя надвое, чтобы ты не смог больше желать смерти, и не разрушал наши творения»

«Кирен»

Неужели, это все… он сам?

***

Дверь с позолоченной короной плыла перед глазами, словно обладательница этих глаз вот-вот упадет в обморок. Неуверенный стук костяшек по двери, потом уже уверенный, а после она замолотила кулаком с такой силой, словно надеялась выбить эту дверь. И, о чудо, ей открыли. Русоволосый юноша, Кей, окинул ее удивленным взглядом:

— Чем могу помочь, леди?

— Прошу вас, помогите! — этот жалкий стон был единственным, на что ее хватило.

Очнувшись, она обнаружила себя на кушетке, в нее с тревогой вглядывались сразу три лица: худенькое и бледное Кея, мужественное Эгирона и будто точеное усталое Яура.

— Леди…

— Виона, лорды, просто Виона. — представилась она, приподнимаясь и пытаясь изобразить книксен — Ваше Высочество…

— Бросьте, мы не на церемонии. — перебил ее Эгирон — Что с вами случилось?

— О, это ужасно…

Рыси срочно пришлось искать носовой платок, поскольку девушка зарыдала так отчаянно, что даже Эгирон, давно привыкший к женским истерикам, растерялся.

— Вы же помните меня, я фрейлина принцессы Торхада.

— Вас двое одинаковых. Близняшки? — подержал беседу Яур. Эгирон был не в состоянии из-за ее обильного слезоразлива, а Кею видимо было все равно.

— Да. Моя сестра, Риота, и Ее Высочество… пропали! — и новая волна бурных рыданий.

— Виона, прошу вас, перестаньте. — мягко заговорил Рысь, будто обволакивая ее голосом — Успокойтесь и расскажите все по порядку.

— Да, я скажу. Я все скажу. — она вытерла лицо, несколько раз глубоко вздохнула, успокаиваясь, и начала рассказ. Ее голос дрожал. Пальцы нервно мяли ткань платка — Эилин всегда была жестокой, ради своих целей готовой на все. Мы привыкли во всем с ней соглашаться, иначе… она могла превратить жизнь в настоящий кошмар. Тогда, в вашей спальне, — она посмотрела на Яура, — это была я. Эилин заставила меня прийти к вам.

— Зачем? — не понял Рысь.

— Видите ли… Мне неловко об этом говорить…

— Говорите, как есть. — Эгирон мягко коснулся ее колена в попытке поддержать — Обещаю, за пределы этой комнаты ваши переживания не распространятся.

— Хорошо. — Виона стыдливо уперла глаза в пол — Еще там, в Торхаде, у нас ходил слух, что Вы, Ваше Высочество… Что у Вас есть фаворит, и даже имя его было известно…

— Фа… Кто?! — глаза у Эгирона стали похожи на блюдца, Яур чуть не рассмеялся, глядя на его лицо.

— По этим слухам Ваш фаворит носил прозвище Рысь.

Вот теперь глаза пучил Яур, переглядываясь с принцем таким интересным способом. Кей прикусил губу до крови, сдерживая смех.

— Но когда мы прибыли сюда, она ошибочно приняла за Рысь Вашего телохранителя. Вы назвали его «мой Кей», этого было достаточно, чтобы Эилин сделала выводы.

Кей решил не отставать в соревновании по художественному выпучиванию глаз. Виона подняла глаза, пытаясь определить их реакцию на ее слова, и не удержалась. Стресс выплескивался из нее диким хохотом, она извинялась, зажимала рот руками, но никак не могла остановиться. Все трое выглядели так, будто проглотили собственные мечи.

— Смею заверить, я абсолютно нормален. — выдавил Эгирон.

— Да, как сказать? — ухмыльнулся Рысь и мурлыкнул — Мой Эри-и-и…

— Я тебя прибью сейчас! — взвился Эгирон, но Рысь быстро выставил перед собой Кея, как щит:

— Не двигайся! У меня твой Кей! А вообще, нечего было двусмысленные шутки отпускать! Не все же с таким чувством юмора, как у тебя.

— Когда это я такие шутки отпускал?!

— Да при всем дворе заявил, что любишь меня больше всех!

— Но я же не то имел в виду!

— Уточнять надо было, что любишь меня, как брата, балбес!

— Сам такой!

— А может, мы уже дослушаем рассказ?! — рявкнул, обозлившись, Кей — Потом погавкаетесь!

Эгирон и Яур послушно сели на прежние места и замолчали.

— Продолжайте. — Кей тоже сел.

— Но, когда выяснилось, что Рысь на самом деле не Кей, а Яур, она решила вас поссорить. — из движений Вионы ушла нервозность, голос стал ровнее — Она подослала меня, чтобы Вы застукали своего фаворита на измене.

— Он бы еще и присоединился. — буркнул Рысь.

— Яур!

— Что «Яур»? Ты же тогда не осознал еще, что бесповоротно утонул в серых глазках Аорет?

— Атилоя сама пришла к ней. Эилин выгнала нас из покоев, но мы умудрились подслушать их разговор. Идея отравить Аорет принадлежала Эйли, Атилоя была лишь исполнительницей.

— Что?! — Эгирон вскочил, и Яуру с Кеем пришлось повиснуть на нем с двух сторон, чтобы усадить на место.

— Успокойся, Эри! Я никого не позволил травить. Атилою выслали восвояси, к Аорет приставили охрану. — сказал Яур.

— Но почему ты мне не сказал?!

— Потому, что ты бы испортил мне охоту. Остолоп влюбленный! — рявкнул Рысь — У тебя мозгов нет, одни эмоции!

— Что ты сказал?

Коллективный «ай» оборвал разбирательства. Кей, не стесняясь, отвесил обоим подзатыльники, обрывая спор:

— Продолжайте, леди.

— Эйли тогда очень злилась на вас, Яур, ведь вы испортили ее план. Если бы не вы, она играючи избавилась бы разом и от Аорет, и от Атилои.

— Кстати, почему Атилою выслали, а Эилин — нет? — негодующе вопросил Эгирон.