Чтение онлайн

– Вовсе нет, – поспешно сказала Элоиза. – Не говори глупостей. Просто я такая неловкая, что не могу не пачкать пальцы, когда пишу. Наверное, мне следует надевать перчатки, но тогда они будут в пятнах и мне придется постоянно их менять. Согласись, было бы глупо тратить все мое содержание – кстати, довольно скромное – на перчатки.

Пенелопа, не моргнув глазом, выслушала это пространное объяснение.

– Что ты пишешь? – спросила она.

– Ничего особенного, – небрежно отозвалась Элоиза. – Всего лишь письма.

Судя по ее отрывистому тону, Элоиза не испытывала особого желания обсуждать этот предмет, но подобная уклончивость была настолько не в ее духе, что Пенелопа не удержалась, чтобы не спросить:

– Кому?

– Письма?

– Да, – ответила Пенелопа, хотя полагала, что это и так очевидно.

– О, никому.

– Так не бывает, если, конечно, ты не ведешь дневник, – возразила Пенелопа с нетерпеливыми нотками в голосе.

Элоиза одарила ее обиженным взглядом.

– Что-то ты сегодня чересчур любопытна.

– Это потому, что ты чересчур уклончива.

– Я пишу Франческе, – сказала Элоиза, презрительно фыркнув.

– К чему тогда вся эта таинственность?

Элоиза скрестила руки на груди.

– Может, мне не нравится, когда меня допрашивают.

Пенелопа опешила. Она не могла припомнить случая, чтобы между ними возникло что-нибудь, хоть отдаленно напоминающее ссору.

– Элоиза, – ошарашенно сказала она, – в чем дело?

– Ни в чем.

– Это неправда.

Элоиза прикусила губу и уставилась в окно, явно не желая продолжать разговор.

– Ты сердишься на меня? – спросила Пенелопа.

– С какой стати?

– Не знаю, но, по-моему, это очевидно.

Элоиза вздохнула.

– Я не сержусь.

– В таком случае что с тобой?

– Просто… я… – Она покачала головой. – Даже не знаю, как объяснить. Наверное, я чувствую себя неприкаянной.

Пенелопа помолчала, переваривая услышанное.

– Я могу чем-нибудь помочь?

– Нет. – Элоиза криво улыбнулась. – Будь иначе, можешь не сомневаться, я бы уже обратилась к тебе.

Пенелопа ощутила неуместный приступ веселья. Как это похоже на Элоизу – сделать подобное заявление.

– Хотя… – задумчиво произнесла Элоиза, подняв голову. – Ладно, не обращай внимания.

– Ну нет, – сказала Пенелопа, взяв ее за руку. – Рассказывай, в чем дело.

Элоиза выдернула руку и отвернулась.

– Боюсь, ты сочтешь меня глупой.

– Возможно, – улыбнулась Пенелопа, – но ты по-прежнему будешь моей лучшей подругой.

– О, Пенелопа, – печально сказала Элоиза, – я не стою тебя.

– Элоиза, что за чепуха. Я бы тронулась умом, пытаясь выжить в Лондоне и высшем свете без тебя.

Элоиза улыбнулась:

– Это было весело, верно?

– Да, когда я была с тобой, – признала Пенелопа. – Все остальное время я была дьявольски несчастна.

– Пенелопа! Я никогда не слышала, чтобы ты поминала дьявола.

Пенелопа пристыженно улыбнулась.

– Случайно вырвалось. Впрочем, я не могу выразиться лучше, чтобы описать существование девушки, не пользующейся успехом в высшем свете.

Элоиза неожиданно фыркнула:

– Я бы охотно прочитала книгу на эту тему. У нее может быть название «На задворках высшего света».

– Ну да, если ты имеешь склонность к трагическому.

– О, ради Бога, это не должно быть трагедией. Это должна быть романтическая история. Со счастливым концом, между прочим.

Пенелопа улыбнулась. Как ни странно, но ее история, похоже, действительно имеет счастливый конец. Колин оказался очаровательным и заботливым женихом, во всяком случае, последние три дня он успешно справлялся с этой ролью. Что было совсем не просто, учитывая любопытство и пересуды, обрушившиеся на них. И того и другого было больше, чем Пенелопа могла вообразить.

Впрочем, этого следовало ожидать. Когда она (в качестве леди Уистлдаун) писала, что мир перевернется, если Пенелопа Федерингтон выйдет замуж за Колина Бриджертона, она всего лишь выразила общее мнение.

Сказать, что свет был шокирован ее помолвкой, значило бы недооценить ситуацию.

Но, как ни приятно было размышлять над предстоящей свадьбой, Пенелопа была слишком обеспокоена странным поведением Элоизы, чтобы позволить той уйти от темы.

– Элоиза, – серьезно сказала она, – я хочу, чтобы ты рас сказала мне, что тебя тревожит.

Элоиза вздохнула.

– Я надеялась, что ты забыла об этом.

– Я обучалась настырности у настоящего мастера.

Эта реплика вызвала у Элоизы улыбку, но только на мгновение.

– Я чувствую себя предательницей, – сказала она.

– Что такого ты сделала?

– О, ничего. – Она похлопала ладонью по своему сердцу. – Это внутри. Я… – Она замолчала, уставившись на бахрому ковра, но Пенелопа подозревала, что ее взгляд обращен внутрь, в ее смятенное сознание.

– Я так счастлива за тебя, – сбивчиво заговорила Элоиза, прерывая поток слов томительными паузами. – И честное слово, ни капельки не завидую. Но вместе с тем…

Пенелопа терпеливо ждала, пока Элоиза соберется с мыслями. А возможно, пока она сама соберется с духом.

– Вместе с тем, – продолжила Элоиза так тихо, что Пенелопа едва слышала ее, – полагаю, я всегда думала, что мы обе останемся старыми девами. Я выбрала такую жизнь. Сознательно. Хотя и могла выйти замуж.

– Знаю, – тихо сказала Пенелопа.

– Но я не сделала этого, потому что не встретила подходящего человека и не могла согласиться на меньшее, чем есть у моих сестер и братьев. А теперь и у Колина, – добавила она, указав на Пенелопу.

Пенелопа не стала говорить, что Колин никогда не признавался ей в любви. Момент казался неподходящим, да и, честно говоря, ей не хотелось откровенничать на эту тему. К тому же она надеялась, что небезразлична Колину, и готова была довольствоваться этим.

– Я вовсе не хотела, чтобы ты не выходила замуж, – объяснила Элоиза. – Просто я никогда не думала, что это случится. – Она в отчаянии закрыла глаза. – Извини, это прозвучало ужасно оскорбительно.

– Ничуть, – искренне ответила Пенелопа. – Я тоже никогда не думала, что выйду замуж.