Гегемон Греции!
Шрифт:
«Легат, а мы, лучники и пращники, не примем участие в этой операции?». — Арпенст видел, что для него не нашлось места в отряде, поэтому не смог удержаться от вопроса.
«Конечно, без тебя нам не обойтись». — рассмеялся Давос: «Арпенст, ты поведешь лучников и пращников в засаду вдоль дороги, ведущей к городу Росцианум на востоке лагеря. Как только кто-то выйдет из города на выручку, ты нанесешь им урон».
«Да!».
«По данным разведки Изама, солдаты Роскианума, отправившиеся вместе с Кротоном, не вернулись в город, потому что хотели отпраздновать свою победу в лагере. Поэтому в городе не должно быть много солдат, которые могут сражаться, и их боевая сила не должна быть сильной. Есть также высокопоставленные офицеры Кротоне, которые развлекаются в городе. По моим расчетам, к утру их ноги будут слабыми, и они не смогут владеть своим оружием». — Давос закончил говорить, и толпа тихо засмеялась.
«После того, как вы все займете свои позиции и расставите свои центурии в атакующем ряду, мы начнём, но вы должны помнить, что в атакующем ряду не должно быть разрыва между взводами и взводами, между центурией и центурией, и между бригадами и бригадами».
***
Гипнос — в древнегреческой мифологии персонификация сна, божество сна и сновидений. Он спокоен, тих и благосклонен к людям.
Глава 143
Давос встал, оглядел толпу и сказал глубоким и властным голосом: «Первая битва завтра утром определит принадлежность равнины Сибарис! Определит будущее нас, граждан Амендолара! Когда начнется битва, не будет ни звука рога, ни криков! Мы должны быть жестокими! Быть быстрыми! Уничтожайте врага во сне с наибольшей скоростью! Мчитесь к центру с наибольшей скоростью! Чем быстрее мы будем продвигаться, тем теснее и плотнее будет строй, и тем больше враг будет напуган. Затем мы окружим их в центре и заставим сдаться!».
Толпа ничего не ответила, но в их глазах горело предчувствие битвы.
***
Ранней летней ночью в южной части Апеннинского полуострова все еще относительно прохладно. К сожалению, на темном небе нет ни луны, ни звезды.
Войска Амендолары начали выдвигаться в путь. Первый взвод первой центурии первой бригады поочередно выходил из лагеря. Глава каждой роты держал зажженный факел, чтобы освещать дорогу впереди. Пятитысячное войско шло спокойно и организованно. Шум реки, пение насекомых и лягушек, и даже вой диких животных вдалеке перекрывали звуки марша и лязг доспехов. Издалека можно было увидеть лишь слабые вспышки огня через каждые несколько сотен метров.
Переход по понтонному мосту ночью был одной из самых больших проблем на марше. Войска маршируют двумя колоннами, чтобы на мосту было достаточно места и обе стороны позаботились друг о друге. К счастью, большинство солдат первой бригады, шедших впереди, участвовали в Персидской экспедиции. Поэтому, имея большой опыт ночных походов, они успешно преодолели первый понтонный мост, а затем и второй. Их хорошее выступление вселило уверенность в последующие войска.
Вторая бригада также успела прибыть на другой берег.
Скорость марша третьей бригады начала замедляться, как только они достигли моста. Арсинис ступил на поднимающуюся и опускающуюся доску, посмотрел на темную реку, протекающую под понтоном, и представил себе ее глубину, его тело затряслось вместе с доской моста, и он готов был вот-вот вынырнуть. В это время чья-то рука крепко схватила его за руку.
«Не паникуй, смотри вперед и не смотри вниз под ноги». — Это был голос Ксетиппа, командира отряда, который шел параллельно с ним. Он стабилизировал свое настроение и сделал все по методу командира отряда, что было намного лучше.
Пройдя несколько шагов, он услышал позади себя всплеск, за которым последовал крик о помощи.
Кто-то упал в воду! Арсинис был потрясен.
«Не оглядывайся назад и двигайся вперед». — Голос Ксетиппа, который обычно любил поворчать, в это время был необычайно спокоен.
Арсинису наконец-то удалось ступить на слияние двух рек. С таким опытом переправа по второму понтонному мосту стала намного легче.
Чтобы помочь луканцам беспрепятственно пересечь реку, Эпифан придумал способ, который заключался в том, чтобы по понтонному мосту бок о бок шли грек и луканец. С помощью этих ветеранов большинство луканцев также смогли беспрепятственно пересечь реку.
Когда он достиг южного берега реки Крати и ступил на твердую землю, нервное настроение Арсиниса упало на землю, тогда он спросил командира отряда: «А что с нашими товарищами, которые упали в реку?».
«Легат попросил военного офицера Филесия организовать несколько человек по обе стороны реки, чтобы спасти их. Конечно, при условии, что они отбросят свои круглые щиты, копья и шлемы и доплывут до берега, а также зависит от того, серьезно ли они тренировали свои навыки плавания. Теперь ты понимаешь важность тренировок, каждая тренировка должна быть завершена серьезно, потому что, возможно, когда-нибудь в будущем она тебе пригодится». — Ксетипп использовал любую возможность, чтобы обучить новобранцев.
Арсинис серьезно кивнул.
Через два часа войска подошли к городу Росцианум, и все факелы были погашены. Во главе отряда Изама они подошли к среднему течению реки Трионто (Росцианум находился в устье реки Трионто), построились в восемь колонн, воины держали копья впереди и сзади друг друга (щит висел на плечах воинов, а шлем — на шее) и перешли реку вброд. Хотя этот участок реки самый широкий, его глубина не достигает даже пояса, а течение не быстрое. Помимо большого количества гальки, переправа через реку Трионто не доставила солдатам никаких хлопот.
Неподалеку находился лагерь Кротоне.
Сейчас еще глубокая ночь, и небо еще не успело просветлеть. Под руководством горной разведки каждая бригада тихо и неторопливо отправилась на заранее определенную позицию и начала ложиться и отдыхать, чтобы восстановить силы. Офицеры подошли поближе и осмотрели лагерь Кротоне, сравнив его с тем, что они видели на предыдущей карте, они начали корректировать и расставлять позиции атаки своих бригад.
Как только в восточном небе появились проблески света, офицеры начали будить остальных солдат. Пока они приводили в порядок оружие и снаряжение, капитаны взводов провели тихую предвоенную мобилизацию. Для ветеранов было просто сказать: «Эти высокомерные кротонцы набрались смелости оскорбить нашего Архонта Давоса и сожгли наши здания. Теперь мы должны заставить их заплатить за это кровью, нашими копьями и щитами».
Этого было достаточно, чтобы разжечь их гнев. Новобранцам, помимо ободрения, следует также напоминать о некоторых деталях, на которые нужно обращать внимание в бою, например: «Не сосредотачивайтесь на том, чтобы атаковать в одиночку, двигайтесь вперед вместе со всей командой. Когда копье входит в тело врага и не может быть вытащено, не тратьте время на то, чтобы вытащить его, а просто достаньте свои мечи и продолжайте рубить их» и так далее.
Арсинис начал выстраиваться вместе со своими товарищами, а затем надел свой тяжелый коринфский шлем, но он не чувствовал привычного ощущения изоляции от мира. Хотя он и не мог почувствовать своих товарищей, стоявших позади него (ведь они находятся в отдельной колонне). Однако через глазное отверстие шлема он видел не только палатки, установленные кротонианцами в сотне метров от него, но и тонкую переднюю шеренгу, сформированную его товарищами-амендоларианцами, которая, отражая свет в уголке его глаз, бесконечно тянулась вдоль местности и огибала лагерь по дуге, пока не скрылась из виду