Гегемон Греции!
Шрифт:
Когда Хейрисоф попросил их замолчать, солдаты умолкли.
«Мы сейчас находимся в очень плохой ситуации! Мы не только потеряли наших выдающихся лидеров, капитанов и солдат, которые были с нами долгое время, но даже наши бывшие союзники Арий и его люди предали нас! Однако, чем больше мы находимся в такой критической ситуации, тем больше нам нужно как можно скорее воспрянуть духом, чтобы мужественно противостоять персам, которые хотят нас уничтожить, и никогда не сдаваться. Мы должны победить врага с помощью щита, копья и храбрости и проложить себе путь, чтобы вернуться в Грецию! Зевс будет вместе с теми, кто храбр!».
Спартанец любит быть пугающе кратким, Хейрисоф напомнил всем о необходимости сражаться, но быстро закончил свою речь, но привел солдат в восторг.
Когда Хейрисоф сошел со сцены и прошел мимо Давоса, он увидел, что Давос улыбается ему, и подумал: «Он не нервничает, но почему он заставил гонца на сцене держать более дюжины деревянных палок?».
Асистес также не понимал, зачем Давос заставил его идти по сцене, держа в руках палку, но когда он стоял на сцене, он уже не мог об этом думать, потому что под сценой было много людей во всех направлениях, и она густо простиралась вдаль.
В это время шум, который он слышал своими ушами, стал намного громче, чем когда он был под сценой, как будто море вздымало сильный ветер и волны, а он и Давос были просто одинокой лодкой, плывущей в глубоком море, и были в опасности опрокинуться в любой момент.
Асистес не мог остановить дрожь в ногах, ему даже казалось, что он может в любой момент рухнуть вместе с таким же дрожащим деревянным помостом под его ногами.
«Эй! Смотрите! Кто это?».
«Сопляк, у которого еще не выросла борода! Это не то место, куда тебе позволено приходить! Убирайся отсюда и иди домой пить мамино молоко! Ха-ха!».
«Какой идиот выбрал его лидером? Они что, с ума сошли?».
Смех и сомнения были ошеломляющими.
Асистес был потрясен и даже отступил на несколько шагов, почти до края деревянной платформы. Но к его восхищению, Давос твердо стоял в центре.
Лидеры, которых не было на платформе, чувствовали легкое нетерпение, они снова были недовольны Давосом, теперь, когда он стоял перед тысячами солдат, но теперь они были группой.
Тимасион жаловался: «Я так и знал, что это произойдет, я не должен был позволять ему выходить на сцену».
Остальные тоже согласились.
Ксенофонт тут же потребовал: «Пусть следующий лидер поднимется и заменит его».
Хейрисоф уже пожалел о своем предыдущем решении и кивнул головой в знак согласия.
***
[1] Лакедемон — в прошлом Спарта была известна как Лакедемон. Город-государство был назван в честь своего царя, Лакедемона, который затем переименовал его в честь своей жены, Спарты.
***
Аид — бог подземного царства мертвых и один из самых известных представителей древнегреческого пантеона богов. Этот бог правил миром тьмы и печали, где жили души всех умерших людей. Он приходится Зевсу, главному из богов-олимпийцев, братом.
Глава 31
В этот момент раздался громовой возглас: «Давос! Давос! Давос!».
Крики были настолько организованными и громкими, что перекрыли весь шум и заставили нескольких лидеров побледнеть.
«Это наемники Менона». — Тимасион посмотрел в направлении криков.
«Теперь они, должны быть, наемники Давоса». — завистливо поправил его Хейронимус.
Давос, стоявший на сцене, улыбнулся и сказал: «Греческие воины, я Давос из Фессалии, я новый лидер, заменивший Менона!».
Когда солдаты на сцене закончили повторять его слова, солдаты из лагеря Давоса немедленно встали и зааплодировали ему, заставив других солдат посмотреть друг на друга: «Эти парни сошли с ума?».
Некоторые из тех, кто знал о внутренней истории, начали хвастаться своей информацией перед своими товарищами: «Я слышал, что парню благоволит Аид, и каждый раз, когда он получает «оракул», его эффективность несравнима».
«Я также слышал, что он волшебным образом спас умирающего солдата. Да! Вон тот человек, который стоит позади него!».
«Он также изобрел кое-что, что было очень полезно для нас! Например, вот это на моей ноге… гм… крепления для ног, вроде так это называется».
Слова солдат переходили из уст в уста, и в мгновение ока все посмотрели на него уже не с презрением, а с любопытством.
Слова Давоса снова зазвучали в их ушах: «Речь Хейрисофа была захватывающей, но она была слишком короткой! Как если бы мужчина и женщина занимались любовью, а когда женщина начала подходить к пику, мужчина уже закончил. Представьте, как бы неловко чувствовала себя та женщина!».
Солдаты не ожидали, что такие вульгарные слова будут произнесены из уст еще юноши. Они были ошеломлены на мгновение, а затем разразились смехом: «Ха-ха-ха!».
«Идиот с длинным языком!». — Тимасион посмотрел на мрачного Хейрисоф и ругнулся.
Ксенофонт также удивился, что Давос, которого он знал, — молодой человек с уникальной проницательностью и вежливой речью, не должен быть таким вульгарным.
Хейрисоф молчал, он не сердился, несмотря на то, что Давос высмеивал его. Но в целом, эта грязная шутка заставила солдат почувствовать близость с этим слишком молодым лидером.
«Когда я только что подошел, я увидел, что все вы поникли от разочарования, а у некоторых из вас даже слезы на глазах. Вы боитесь! Боитесь, что не сможете вернуться в Грецию! Вы боитесь, что персы уничтожат вас! Но подумайте хорошенько, когда мы были посреди Персии и наш наниматель, Кир Младший, был убит, а мы не знали, что делать, персы, у которых было больше солдат, чем у нас, не напали сразу и не уничтожили нас! Что же они сделали?». — Давос медленно пробуждал интерес солдат вопросами.
«Всем здесь все ясно. Персы потратили силы на то, чтобы поговорить с нами, обеспечить нас большим количеством еды и сопровождать нас в столь долгом путешествии. Они потратили столько времени, денег и энергии на то, чтобы обмануть наших вождей, просто чтобы убить их!».
Давос говорил медленно, затем сделал паузу и громко спросил: «Скажите мне! Кто тот, кто боится? Это персы! Они боятся больше, чем мы! Они боятся нашей храбрости! Они не смеют сражаться с нами открыто! Они настолько трусливы, что используют интриги! Они боятся нас больше, чем своих богов, поэтому они нарушили клятву, данную перед своими богами!