Чтение онлайн

«Агнес, моя жена, ты прекрасна, как Гера!». — Взволнованно заявил Давос.

Агнес вдруг озорно улыбнулась, выливая на Давоса воды и говоря: «С Днем Брака!».

Она не могла удержаться от смеха, видя смущенный вид Давоса, и дрожь ее тела усиливала искушение.

Но вот ее муж показал улыбку и поднял ее, идя в спальню и положил на кровать.

Под нервным и ожидающим взглядом Агнес, Давос сорвал с нее хитон и склонился над ней.

«Моя Гера». — Прошептал он, целуя ее нежные губы.

***

Тем временем, если раньше Никостратос сомневался в слухах о превосходных медицинских навыках Теонии, то после дня медицинского симпозиума у него больше не было сомнений.

***

Глава 347

На самом деле, говорили в основном врачи Теонии. В первый день они в основном обсуждали медицинскую теорию и всевозможные медицинские термины, звучащие из уст этих молодых врачей, которые были не только неслыханными, но даже всевозможными уникальными медицинскими теориями и открытиями, которые опрокинули их прежние знания и опыт, заставив их задуматься, как будто перед ними открылось окно в новый и более широкий мир медицины, что привело их в восторг.

Никостратос почти не ужинал, так как всю ночь провел в размышлениях о том, что услышал днем. В это время единственное, что он ненавидел, это то, что его память недостаточно хороша, чтобы запомнить все, что он узнал. Поэтому ему приходилось лежать в постели, пытаясь вспомнить то, что он услышал днем, из-за чего он не мог нормально спать этой ночью. Однако на следующее утро он все равно отправился в Медицинскую школу вместе со Страсиппом, полный энергии.

Когда они подошли к воротам Академии Теонии, там уже ждали сотни врачей. Естественно, они ждали не двух кротонцев, а прибытия Архонта Теонии, Давоса, с большим нетерпением.

К счастью, Никостратос уже не был таким крайним, каким был до приезда в Турии. Во время обмена мнениями накануне он пообщался с другими врачами, благодаря чему глубоко осознал высокое положение Давоса в Теонии, и даже иностранные врачи, слышавшие его речь раньше, говорили о нем с уважением, что вызвало у Никостратоса любопытство к Давосу. Поэтому он ждал так же спокойно, как и другие врачи.

Вскоре пришел Давос в сопровождении декана медицинской школы Герпуса и дюжины стражников.

Тогда начался переполох среди врачей, пытавшихся встретить Давоса.

Охранники тут же хотели их остановить, но Давос их отозвал. Затем он с улыбкой приветствовал их, а Стейхидас тут же попросил лекарей внимательно следить за порядком.

Давос в основном мог по имени назвать тех иностранных врачей, которые в прошлом году участвовали в медицинском симпозиуме, и он был рад пообщаться с ними.

«Клаус, я тебя помню. Ты тот самый знаменитый врач из Метапонтума. Какую замечательную речь ты привез на этот раз?». — с улыбкой сказал Давос, обращаясь к сидящему перед ним врачу.

«Архонт, перестаньте. В вашем присутствии, как я могу осмелиться называться знаменитым врачом?». — Смиренно сказал Клаус.

«В этом священном месте нет такого понятия, как «лорды». Есть только врачи и ученые, которые занимаются медициной». — Давос улыбнулся, поправляя его: «Так что можешь звать меня просто Давос».

«Давос». — Клаус почтительно поклонился, а затем сказал: «Кориопас из Таранто по некоторым причинам не смог присутствовать на этом симпозиуме. Поэтому он попросил меня принести свои извинения и сожаление о том, что не смог услышать вашу замечательную речь!».

Выражение лица Давоса стало несколько беспомощным, и он вздохнул: «Хотя за последние два года между Теонией и Таранто были небольшие недоразумения и конфликты, это не должно быть препятствием для академических обменов!».

После заключения мирного соглашения с Мессапи, Таранто постепенно восстановили свои силы. Однако они начали злиться на Гераклею и Метапонтум за то, что те откололись от Тарантийского союза, и, конечно, вместе с этим они ненавидят Теонию, которая когда-то спасла их. Однако нынешнее могущество Теонии может заставить их проглотить свою ненависть. Диаомилас, представитель радикалов, едва не был изгнан из-за обвинений экклесии в том, что он чуть не потерял все войска, попав в засаду коалиции Мессапи-Певкетии, что поставило крест на его дальнейшей политической карьере. Но за последние два года, хитростью выполняя пожелания народа, он много раз публично нападал на Теонию и даже осуждал Совет как слишком слабый в отношениях с Теонией, что позволило ему вновь завоевать поддержку недовольного народа. Таким образом, ему удалось вновь быть избранным архонтом в конце прошлой осени.

В результате между Таранто и Теонией стали часто возникать мелкие трения, например, тарантинцы много раз без всякой причины заходили на территорию Метапонта; когда рыбацкие суда Таранто и Теонии встречались в море, они часто обменивались оскорблениями и вызывали конфликты; товары, скопившиеся на торговых судах Теонии в порту Таранто, часто пропадали, а иногда и захватывались, что заставляло дипломатического посланника Теонии много раз отправляться в Таранто, чтобы выразить протест. Он даже шутил: «Время, проведенное мной здесь, в Таранто, больше, чем совокупное время путешествий в другие страны за всю мою жизнь!».

Но в целом обе стороны сохраняли сдержанность. В конце концов, они все еще состоят в союзе, и Таранто все еще нуждался в поддержке Теонии, поскольку все еще испытывал давление со стороны Мессапи и Певкетии. Просто новоизбранный архонт пошел на некоторые хитрости, чтобы выплеснуть недовольство населения и ответить на их ожидания от него. А Теония из чувства вины за переманивание Гераклеи и Метапонтума закрыла на это глаза и попыталась замять дело.

Обменявшись приветствиями с лекарями, толпа собралась вокруг него, и он вошел в ворота.

Пройдя немного, какой-то человек бросился вперед, шокировав Марция, который уже собирался бежать вперед, чтобы остановить этого человека.

Подойдя ближе, они услышали, как мужчина возбужденно кричит: «Давос, все завершено! Мы сделали это! Мы закончили разработку модели каменного моста на реке Сарацено! И после наших испытаний мы обнаружили, что нет никаких проблем!».

Обнаружив, что это был Мартикорис, Мартиус замедлил шаг. Однако это напомнило ему о необходимости немедленно приказать стражникам патрулировать окрестности и пресекать любые необдуманные вторжения.

При этих новостях Давос тоже обрадовался: «Вот и отлично! Отдай модель каменного моста и данные Гераклиду Младшему, а я, как только закончу здесь, пойду проверю твои замечательные результаты!».

«Есть еще одна хорошая новость! Мы разработали новый блок шкивов, который может заставить подъемный рычаг вращаться на 360 градусов. Так что вы должны пойти проверить его и дать нам несколько предложений по улучшению». — Продолжал Мартикорис.

Давос обрадовался и тут же дал обещание.

Сейчас Мартикорис уже не так халатен, как в то время, когда он только приехал в Амендолару. Теперь он также начал выполнять некоторые управленческие задачи, занимаясь исследованиями в Институте математики. Сказав несколько слов, он поспешно убежал.