Гел-Мэлси и Бог-Ягуар
Шрифт:
Мортимер поднялся и перерезал связывающие его верёвки.
— Катись отсюда, пока я не передумал, — приказал он.
— Ты что, отпускаешь его? — возмутился Кортес. — Он же свидетель!
— Теперь ему уже нечего свидетельствовать, — отмахнулся Дюпур. — А труп в гостинице нам совершенно ни к чему.
— Спасибо. Я никогда этого не забуду, — пробормотал пилот, выскакивая за дверь.
Француз помассировал шею, задумчиво глядя на напарника.
— Ты тоже можешь отправляться на все четыре стороны, — сказал он.
— О чём это ты? — нервно дернулся Кортес. — Куда это, интересно, я должен идти?
— Куда хочешь, — пожал плечами Мортимер. — Статуя исчезла. Нам больше нечего делить. Дальше я предпочитаю действовать один.
— И что же ты собираешься делать? — раздраженно спросил Бальдомеро.
— Извини, друг, но это тебя не касается. По правде говоря, я и сам этого не знаю. Возможно, вернусь на яхте в Европу.
Кортес выхватил из-за пояса пистолет и направил его в грудь француза.
— Не считай меня дураком, — рявкнул он. — Наверняка, ты сам организовал похищение статуи, а теперь думаешь, что я клюну на всю эту дешёвую туфту с парализующими крысами!
— Ты и есть дурак, — скривился Дюпур. — Ты сам подтвердил, что отключился после того, как тебя укусила крыса, и видел, что со мной произошло то же самое. Я деловой человек, а не долбаный дрессировщик мелких грызунов. Если бы я захотел избавиться от тебя, то пришил бы тебя ещё в джунглях. Поверь, это было бы гораздо проще.
Поколебавшись, Бальдомеро спрятал пистолет.
— Ладно, я ухожу, — сказал он. — Но наш разговор не закончен. Я никому не позволю водить себя за нос.
— Скатертью дорога, — крикнул ему вслед француз.
Кортес с грохотом захлопнул дверь. Затем он потопал ногами, имитируя удаляющиеся по коридору шаги и, согнувшись, приложил ухо к замочной скважине.
— Тебе не стоило называть меня дураком, — зловеще улыбнувшись, пробормотал он.
В баре "Нежное мяу" зазвонил телефон.
— Йоти, это тебя, — позвал бармен, опуская трубку на стойку.
— Слушаю, — сказал Нетцалькойотль.
— Всё в порядке? — спросил Дюпур.
— "Pжавая бритва" бреет без промаха! — хвастливо заявил потомок Писарро. — Пленники связаны и находятся в надёжном сарае под усиленной охраной моих людей. Но случилась одна накладка. Старый китаец не поехал вместе со всеми, и я стал следить за более крупной добычей.
— Ты хочешь сказать, что вам не удалось его захватить?
— Он был один, а других — много. Я же не мог раздвоиться.
— Так я и думал, — раздраженно сказал Мортимер. — Лучше бы ты проследил за китайцем, а не за другими.
— Откуда мне было знать! — обиделся Йоти. — Я упаковал для вас парочку влюблённых, двух собак и барсука. Этого что, мало? Около гостиницы, в которой остановилась вся компания, я оставил дежурить Хавьера Волосатую Спину. Как только китаец вернётся к себе, Хавьер сообщит мне об этом.
— Ладно, будем считать, что все в порядке, — сказал француз. — Пошли кого-либо к Хавьеру и вели ему снять наблюдение. Это уже не нужно. Кстати, в какой гостинице остановился китаец?
— В "Эльдорадо", — ответил Нетцалькойотль. — Надеюсь, вы заплатите, как договорились?
— Pазумеется. Примерно через час моя яхта бросит якорь в бухте Чамперико к северу от Бельмопана. Знаешь эту бухту?
— Нетцалькойотль знает всё! — с истинно латинской скромностью заявил Йоти. — Вы выбрали на редкость укромное местечко. Не думал, что о нём известно иностранцам.
— Не стоит недооценивать меня, — усмехнулся Дюпур. — Захвати своих ребят и, разумеется, пленников. Жду вас на яхте ровно через два часа. Посигналишь мне с берега, и я отправлю за тобой шлюпку.
— Не беспокойтесь, я не опоздаю, — сказал Нетцалькойотль.
Потирая руки от удовольствия, Бальдомеро оторвал ухо от замочной скважины.
"Значит всё-таки яхта, — подумал он. — Что ж, до встречи на "Марии-Луизе", партнёр. К счастью, мне тоже известно, где находится бухта Чамперико".
Голубая Ящерица, ударившись об пол, сдавленно замычала. Заорать во весь голос, выражая своё возмущение, ей не позволяла полоска залепляющей рот клейкой ленты. Чучу Картавый затолкал в чулан остальных пленников, после чего захлопнул тяжёлую дверь и, задвинув засов, вытер пот со лба.
— Жарко сегодня. Пивка бы, — мечтательно произнес он.
— Пойдём на корму. Француз говорит, что у него к нам ещё одно дело, — сказал Нетцалькойотль.
— Опять работать! — недовольно скривился свободолюбивый Чучу.
— За дополнительную плату! — веско заметил Йоти.
— Что ж, такова наша земная юдоль, — философски рассудил Чучу, направляя свои стопы на корму.
Гел-Мэлси огляделась вокруг. Тесная каморка, в которой их заперли, оказалась совершенно пустой и полутемной. Единственным источником света был расположенный высоко над полом небольшой иллюминатор.
"К счастью, они обмотали мне морду пластырем вдоль, а не поперёк, — подумала Мэлси. — Передние зубы свободны, челюсть слегка приоткрывается, и я хоть с трудом, но смогу говорить. К чёрту конспирацию. Ситуация слишком опасная. Нельзя терять ни минуты".
Цепляясь за пол связанными лапами, собака, извиваясь всем туловищем, подползла к Володе и ткнулась носом ему в бок.
— Послушай меня, — приглушённо, но чётко произнесла она по-русски.
Володя зажмурился и потряс головой.
— Смотри на меня, когда я с тобой разговариваю, — обиделась Мэлси. — Я и без того вся на нервах.
"А ведь раньше я никогда не страдал галлюцинациями, — в отчаянии подумал Володя. — Почему, если неприятности случаются, так сразу все вместе? Как же я умудрился дойти до такого состояния?"
— Будь мужчиной! — вслед за сестрой подал голос Мавр. — Pазве можно так реагировать? Ты что, говорящих собак никогда не видел? Все-таки ты в цирке работаешь.
"Не видел", — подумал циркач, поворачивая голову и осторожно приоткрывая глаза.
— А как насчёт говорящих барсуков? — поинтересовался Вин-Чун.
— Да помолчите же вы! Дайте мне сказать! — разозлилась Мэлси. — Сейчас каждая минута на счету. Мы должны выбраться отсюда.
Всё ещё не пришедший в себя Володя кивнул, выражая своё согласие. Ему тоже хотелось как можно скорее оказаться в более спокойной и непринуждённой обстановке.