Чтение онлайн

Спустя некоторое время, Аня утвердилась, что все-таки постоянное трехнедельное безделье способно сделать из человека обезьяну: вечером Анна чувствовала себя выжатой, как лимон, хотя просидела всего два урока из четырех. Кира предположила, что силы Лолиты все еще не до конца восстановились, и поэтому усталость стала приходить так быстро. Эта новость не очень обрадовала Ровенскую. Ей очень хотелось стать прежней, потому что сейчас она чувствовала себя неуклюжим бессильным мешком.

Девушка переоделась в пижаму и залезла под одеяло, наконец-то расслабившись. Ей казалось, что этот день был бесконечно долгим, и бесконечно тяжелым. Она подняла вверх забинтованные руки, и посмотрела на них. В свете ночника они смотрелись как-то странно, как у мумии. Аня протянула руку, чтобы размотать ткань, но отдернула, передумав. Боязнь результата была сильнее. Как же все-таки решиться снять их? Это так мучительно – не знать, что скрывается под бинтами, но не будет ли правда страшнее, чем неведение?

— Ну и чего ты боишься? – спросил ее голос. Анна мгновенно опустила руки, и повернула голову.

— Я боюсь того, что под повязкой. – ответила она.

— И всего-то? – улыбнулся Александр, садясь рядом, и беря ее руку. Аня поняла, что он хочет сделать.

— Нет, я боюсь. – сжав его ладонь, и умоляюще глядя вампиру в лицо, сказала она. – Вдруг там будут безобразные конечности вместо нормальных рук? Я этого не переживу.

Он погладил ее по щеке. Как Лолита поняла, это было проявление сдержанной нежности.

— Все будет хорошо. – мягко сказал он. – Ты больше боишься неизвестности, чем результата. Даже если все будет хуже, чем ожидалось, тебе все равно станет легче, потому что ты больше не будешь терзаться страхом.

Девушка сглотнула ком в горле. Нет, наверное лучше умереть, чем заставить себя взглянуть на разбинтованные руки.

— Ты пережила испытания намного страшнее этого. – тихо сказал он. – Ты сама делаешь себе хуже, не желая признавать действительность.

— Я знаю! – упрямилась Анне. – Но я не могу! Ничего страшного не будет, если они побудут у меня на руках еще месяц-другой.

— А вот здесь ты не права. – возразил Александр. – Тугие повязки нельзя носить дольше двух недель, и то, раз в два дня нужно делать перерывы, потому что нарушается кровообращение. А у тебя они уже почти месяц, и никаких перерывов не было. Если их не снять, начнут болеть руки от резких приступов боли.

— Ты говоришь это специально, чтобы заставить меня снять бинты? – подозрительно глядя на него, спросила девушка. Вампир покачал головой:

— Нет. Я просто сообщаю тебе факты, которые ты упрямо не хочешь понимать. Если бы я начал тебя уговаривать, то ты тут же сдалась бы, и стало бы совсем неинтересно. – насмешливо хмыкнул он, задумчиво разглядывая бинты на запястье Анны.

— Ну-ка, ну-ка…с этого места поподробнее! – возмутилась Анне. – Мы же вроде не играем, а живем.

— А кто-то что-то говорил про игру? – удивился Александр. Лола закатила глаза:

— Ты сказал «неинтересно», словно мы играем в какую-то скрытую игру, о которой знаешь только ты.

— Вечно ты видишь во всем двойное дно. – проворчал он.

— Женская логика. – хихикнула Лолита. – И что еще за наезды по поводу силы воли?

В глазах вампира заплясали веселые бесы, пробудив в Анне дикое любопытство.

— Расскажи! – улыбнулась она. Александр хитро прищурился.

— Ты что же, думаешь, что я тебе буду открывать все свои маленькие секреты? Знаешь пословицу: любопытство сгубило…

— …Кошку. – закончила за него девушка. – Знаю, но все-таки?

— Так ты не будешь снимать повязки? – спросил он, словно не услышав ее.

— Нет. – отрезала Анна. Пускай поуговаривает ее, а она посмотрит, какова его самоуверенность на деле.

— Ну что ж, ты сама этого хотела. – усмехнулся он. Через мгновение Лолита почувствовала его обжигающие губы на своем ухе. Жаркое дыхание, аромат вина...

— Аня, пожалуйста…— услышала она тихий шепот, и с отчаянием поняла, что воля снова разлетается в ничто. Дыхание участилось, а сердце заколотилось в два раза сильнее. Да что же это такое! Это просто насилие над личностью!

— Хорошо. – непроизвольно вырвался ответ, и Ровенская тут же зажала рот ладонью. Это же просто нечестно!

— Это не по правилам! – возмутилась она. Правила?

— А разве я говорил, что буду играть честно? – коварно улыбнулся вампир. – Ты дала согласие, и теперь должна выполнить обещание.

Девушка наконец сдалась. Спорить с ним бесполезно.

— Хорошо, только снимать будешь ты, иначе я не выдержу. Я закрою глаза, а ты скажешь, когда можно открывать их. Только предупреди заранее, если будет что-то страшное.

— Хорошо. – с легкостью согласился тот. Анна закрыла глаза. Страх, поселившийся в душе вновь начал нарастать. Девушка чувствовала, как постепенно ослабевает стягивающая хватка бинтов, но вместе с тем, ужас все больше душил ее. Наконец она почувствовала на своей правой руке прикосновение холодной кожи Александра. Настала очередь левой. Спустя несколько секунд, он освободил и ее, и Лола почувствовала себя не в своей тарелке от ощущения свободы в руках. Ей даже на мгновение показалось, что они сейчас отвалятся, и она вздрогнула.

— Все в порядке. – он коснулся губами ее руки. – Открой глаза, бояться нечего, кроме нескольких небольших шрамов.

— Они действительно небольшие? – мнительно спросила Ровенская, не спеша выполнять его просьбу.

— Клянусь. – усмехнулся он. Анна нерешительно приоткрыла один глаз, и нахмурилась. Все действительно было не так уж и плохо, как она думала, но четыре шрама, по два на каждой руке, ее явно не красили. Четыре рубца были белыми, словно заживали уже несколько лет. Регенерация у вампиров очень быстрая.

— Шрамы идут только мужчинам, — проворчала она. Александр засмеялся.

— Я-то думал, что здесь сейчас начнется предсмертная агония, а дело дальше ворчания и не пошло. Знаешь, хирургам пришлось основательно потрудиться над твоими руками, чтобы они выглядели так. Без операции все было бы гораздо хуже, так что скажи им спасибо.

— Мда…— пробурчала Анне, осторожно трогая шрамы. На ее белой коже они выделялись не сильно, но все же…

Лолита одернула себя, заметив, что начинает привередничать. Ведь по сравнению с тем, что она себе представляла, это просто мечта.

«Ровенская! Как тебе не стыдно!» — разозлилась она на себя. «Врачи умудрились привести твои грабли в терпимый вид, а ты еще и недовольна?!» — она тряхнула головой, чтобы отогнать все не нужные мысли.

Девушка откинулась на подушку, и никак не могла отвести взгляда от белых коротких полос, чуть выделяющихся на бледной коже.

— Знаешь, твоей красоты это нисколько не убавляет. – тихо сказал Александр, проведя пальцем по одному из них. – Даже наоборот, ты стала какая-то более хрупкая на вид.