Чтение онлайн

последствия развода для детей» .

Развод — серьезное решение, и не стоит относиться к нему с легкостью. Но он является

«необходимым „предохранительным клапаном" для детей (и родителей) в семьях с серь-

езными конфликтами». Сточки зрения детей, «прекращение несчастливого брака, пожалуй,

предпочтительнее, чем жизнь в семье, где царят насилие и вражда», поскольку насильное

продление неудачных браков будет иметь самые пагубные последствия как для детей, так и

для взрослых. После развода большинство семей «оправляются», и некоторые даже «расцве-

тают». В разводе лучше видеть социальный показатель не того, что с половиной заключаемых

браков что-то не так, а того, что с самим институтом семьи что-то не так; что фундамент, на

228

котором зиждется брак, не выдерживает половины строящихся браков и требует серьезного

внимания со стороны тех, кто отвечает за проведение социальной политики. Семейный врач

Бетти Картер указывала, что если бы любой другой социальный институт не отвечал

ожиданиям половины тех, кто в него вступает, то мы потребовали бы, чтобы этот институт

изменился в соответствии с новыми потребностями людей, а не наоборот86.

«Проблема» того, с кем останутся дети

Мы не знаем, действительно ли развод социальными средствами делает то, что раньше

«естественно» достигалось в силу более высокого уровня смертности, но между этими двумя

«методами» расторжения брака есть одно существенное различие. При разводе часто

возникает проблема, с кем останутся дети. Во времена, предшествующие промышленной

революции, дети рассматривались как экономическое «благо», суды пользовались

экономическим критерием, и дети, как правило, оставались с отцом. Однако в начале XX в. на

детей стали смотреть как на роскошь, и при назаначении опекунства возобладал критерий

заботы и ухода, в результате чего предпочтение стали отдавать матери. Сегодня критерием

для решения этого вопроса являются «интересы ребенка», однако на практике считается, что

интересы ребенка соблюдаются лучше, если он остается с матерью, а не с отцом. Считается,

что мать способна обеспечить лучший уход за ребенком, особенно за маленьким, чем отец.

Такая политика имеет смысл, поскольку именно женщины выполняют большую часть задач

по уходу г. кормлению, в которых дети нуждаются прежде всего. И все ж^ в конце 1970-х гг.

63% отцов, требовавших детей, их получили — существенный прирост по сравнению с 35% и

37% в 1968 и 1972 гг. В недавнем обследовании одной тысячи разведенных пар в двух округах

штата Калифорния психолог Элеонор Маккоби и профессор права Роберт Мнукин

обнаружили, что большинство матерей и отцов хотели получить право на совместное

воспитание, а кто этого не хотел, требовал, чтобы ребенок достался ему, а не супругу. Почти

82% матерей и 56% отцов требовали именно того, чего хотели, 6,7% женщин и 9,8% мужчин

требовали больше, чем хотели, и 11,5% женщин и 34,1% мужчин требовали меньше, чем

хотели. Выходит, «гендер все еще имеет значение» для того, чего родители требуют и что они

делают для достижения своей цели. То, что матери с большей вероятностью будут

229

действовать согласно своим желаниям, выдвигая особые условия, указывает также, что

мужчины просят больше, чтобы не

87

прогадать .

Исследование Маккоби и Мнукина примечательно еще и открытием, что детям жить с

матерями было также хорошо, как и с отцами. «Благополучие детей после развода зависит не

столько от того, кто получает родительские права, — говорила Маккоби журналистам, — а

оттого, как ведется домашнее хозяйство и насколько успешно родители ладят между собой».

Однако в настоящее время отцы часто уклоняются от родительских обязанностей. Является ли

это результатом утраты регулярных контактов с детьми или после разрыва семейных уз отец

испытывает эйфорию «свободы» и считает, что выпутался из конфликтной семейной

ситуации, но многие мужчины «рассматривают роди-тельство и брак как один контракт, в

одном пакете, как будто по расторжении брака они сразу перестают быть отцами», — пишут

социологи Фрэнк Фюрстенберг и Эндрю Черлин. По данным одного репрезентативного

общенационального обследования детей от И до 16 лет, живущих с матерью, почти половина

из них не видела своих отцов в течение 12 месяцев. Почти половина всех разведенных отцов в

Соединенных Штатах не оказывают никакой материальной поддержки своим детям; в Европе

таких отцов примерно четверть88.

Оказывается, самоустранение отцов сильнее всего влияет на их отношения с дочерьми, даже

сильнее, чем на отношения с сыновьями (о которых так много говорят), тогда как отношения

между матерями и дочерьми наиболее согласованы в спорах о разводе и о том, кто с кем

останется жить. Это может удивить тех, кто полагает, будто узы между отцом и сыном очень

хрупкие и безотцовщина после развода сильнее всего переживается сыновьями, однако мы

здесь имеем лишь иллюстрацию того, что в литературе на эти темы о дочерях просто

забывают и что отцовская забота благотворно влияет и на мальчиков, и на девочек89.

В последние годы отцовство после развода стало политической проблемой, поскольку

возникло много организаций, защищающих «права отцов» и объявляющих мужчин жертвами

неравенства в решениях о «разделе» детей. Трудно спорить с тем, что в большинстве

судебных решений дети «в интересах ребенка» остаются с матерью. Защитники прав отцов

отвергают эту логику и утверждают, что для детей предпочтительно совместное воспитание.

Иногда кажется, что за их риторикой об «интересах детей» скрывается месть разозленных