Чтение онлайн

Десять дней спустя «Юнайтед» должен был играть с ними на «Энфилде» в чемпионате. Мы наняли автобус с намерением провести ночь в Блэкпуле после матча. Салон трещал по швам, так как в него залезли все психи разом. Через 20 минут после выезда из города автобус замер на месте из-за перегрузки. Какие-то предприимчивые ребята тут же воспользовались этой паузой. Они мигом залезли в располагавшуюся над пабом квартиру его хозяина и извлекли оттуда драгоценностей примерно на 900 фунтов. В результате нас отвезли в полицейский участок в Сэлфорде, и мы пропустили игру, хотя в Блэкпул все-таки доехали.

Когда наступила глубокая ночь и выпивка закончилась, было решено найти какой-нибудь клуб. И некоторые из нас зашли в заведение Брайана Лондона [159] под названием «007». Собралось человек двадцать, и тут меня озарило: здесь были скаузеры — значит, драка не заставит себя долго ждать. Опершись на деревянную стойку и пропустив пару пинт хорошего пивка, я стоял рядом с диджеем и чувствовал, что атмосфера накаляется. Это ощущал не только я, но и все присутствовавшие. Мы стояли по одну сторону, они — по другую, и только несколько танцующих «пташек» между нами. Кто-то должен был сделать первый шаг, и я запел про «Уэмбли»:

— Que sera, sera… [160]

За мной стали подпевать другие. Но не успели мы закончить первый куплет, как в меня запустили бокалом. Уворачиваясь от него, я скрылся за стойкой, и весь клуб взорвался. Кружки, стаканы, столы, стулья летали над танцполом, а я смеялся, стоя на карачках, потому что стал причиной этого бомбометания. Кулачного боя не было, только артобстрел.

В конце стойки находилась дверь. Я решил направиться туда и высунулся из-за угла, чтобы посмотреть, летают ли еще снаряды. А затем попытался пробраться к выходу, потому что драться все-таки лучше на улице. Но не успел я сделать и двух шагов, как — бац! — и пинтовый бокал ударил меня прямо в лоб, куда мне уже заезжали три месяца назад. Я рухнул без сознания на пол, и кто-то оттащил меня в сторону. Пока скаузеры поднимались по лестнице к выходу, в бар вошли остальные наши парни. В результате драка вспыхнула еще и в фойе, а затем на лестнице. Скаузеров прессовали по полной программе, но в это время меня везли в больницу «Виктория» зашивать башку.

Когда я подошел к автобусу, чтобы отправиться домой: моя голова была покрыта спекшейся кровью, а изо лба торчали нитки. Я сел впереди, меня мутило, но все, что я услышал от своих дружков, так это: «Заткнись и не скули! С тобой все в порядке!» Просто им удалось хорошо подраться, и они радовались, не обращая внимания на мои проблемы.

На следующий день в газете «News of the World» Брайан Лондон выразил свое негодование: «Мой клуб разгромлен. Если они так уж хотят подраться — пусть выйдут на ринг против меня, и я разделаюсь с ними в одиночку!» Мы долго обсуждали, следует ли вернуться и навалять ему, но, должно быть, что-то нас отвлекло, потому что мы никуда не поехали.

Бокал попал мне в ту же самую точку, в которую угодил предыдущий. Что касается той истории, то дело было в центре города в субботу вечером.

Где-то в районе 9 часов мы сидели вчетвером в баре, болтая о том о сем. Здесь также находилась одна компания, вся при туфлях и костюмах с галстуками, в общем какая-то холостяцкая вечеринка или типа того. Вдруг, ни с то ни с сего, наши соседи начали драться между собой. Причем нас это никак не касалось. Охранники бегали взад-вперед, а мы не вмешивались, пока один из этих придурков не ударил меня по лицу Странно, я вообще-то бездействовал и молчал, потому что их возня не имела никакого отношения к футболу, а уж ко мне — тем более. Скорее всего, тот чел находился в пьяном угаре и не ведал, что творил, хотя в руке у него была пивная кружка. Недолго думая, я заехал ему с правой, отразил встречный удар и оттолкнул, однако он устоял на ногах, замахнулся и запустил мне прямо в лоб кружкой, разбив ее вдребезги.

Я рухнул, как подкошенный, кровь потекла рекой. Вскоре о происшествии узнали все наши парни, мирно попивавшие свой «Портленд» в округе.

— О’Нилу заехали кружкой по башке!

На зов откликнулись многие, хотя ребятам было известно лишь то, что виновата некая компания в пиджаках и галстуках. Поэтому «красные» принялись избивать всех, кто соответствовал такому описанию, по всей территории Пиккадилли. Прибыв на место, они обнаружили тех самых ребят и кого-то из них выбросили через окно. Я тут ни при чем, таков уж «Юнайтед».

На финал Кубка Англии отправилась огромная толпа наших парней. Следует отдать «гунерам» [161] должное. В 10.30 я с удивлением обнаружил на Ковент-Гарден [162] их небольшой моб, появившийся из-за угла. В его составе было несколько черных, и мы могли легко размазать их по асфальту, если бы они не убежали. Некоторые из наших погнались за ними, но за углом наткнулись на фургон молочника с настежь распахнутой задней дверью. Понятно, что «гунеры» уже успели подсуетиться — в нас полетели бутылки и ящики. Затем мы снова обратили их в бегство. Догнать «гунеров» не удалось, но эта маленькая победа задала тон всему дню и хорошо взбодрила «Юнайтед».

Мы сели в метро, чтобы ехать на «Уэмбли», и весь поезд, от первого вагона до последнего, был забит нашими громилами. По дороге меня посетила безумная идея, что стоит, наверное, сойти на «Уилсдене» [163] , потому что там могут ошиваться «гунеры».

Мы вышли и продолжили свой путь через торговый центр — целый поезд пьяных в жопу хулиганов и воров. Все мысли о фанатах «Арсенала» моментально испарились, так как это место являлось настоящим раем для любителей легкой наживы. Для начала стоило присмотреть подходящую ювелирную лавку — старый северо-западный трюк. Я все еще хотел подраться, однако фанаты «Юнайтед» были заняты совершенно другим делом. Повсюду слышался звон стекла, люди перегибались через прилавки и кассы и выбегали наружу бог знает с чем в руках. Я глазам своим не верил.

От «Уилсдена» до «Уэмбли» путь не близкий. К тому времени, когда мы добрались туда, я сильно выдохся, а к концу игры устал еще больше. Все пребывали в диком депрессняке из-за результата, особенно потому что мы сумели фантастическим образом сравнять счет, но их Алан Сандерленд забил на последней минуте [164] .

Обсуждать такой результат мне не хотелось, поэтому я быстро свалил со стадиона, отправившись в то самое место, где состоялась наша утренняя драка. Мне казалось, что фанаты «Юнайтед» тоже придут сюда, но они так и не появились. Я сидел на перилах, уставившись в одну точку, как вдруг из-за угла выскочило примерно 350 «гунеров». Они ни за кем не гнались, просто высыпали толпой из метро. Вот ведь гниды! Я оказался в нужное время в нужном месте, но в полном одиночестве и бессильно слушал, как эти твари горланят свои песни! Злость просто клокотала во мне.

К 1979 году многие из наших самых отчаянных бойцов сошли со сцены. Когда-то парни из таких мест, как Халл, предпочитали болеть за «Юнайтед», игнорируя команды своих родных городов, потому что жаждали приключений, но поскольку истинных фанов становилось все меньше и меньше, эти отряды «красной армии» саморасформировались. Мы все еще являлись мишенью для органов власти, в то время как другие «фирмы» копы оставили в покое, позволяя им расти и накачивать мышцы.

Подобная ситуация сказалась на мне самым драматическим образом. Я был арестован за грабеж, мошенничество с кредитными картами и насильственные действия, осуществленные вне стен ночного клуба. О последнем обвинении следует рассказать особо. Мы встретились с друзьями в одном из пабов Бенчила в пятницу вечером, выпили по несколько кружек пива и решили зайти в клуб в Олтринчеме. Нам было известно, что такой визит мог завершиться крупными неприятностями, потому что мы находились за пределами родного Уизеншо, а это всегда означало беду. Где-то в глубине души мы догадывались, чем дело закончится. Поначалу, впрочем, все было тихо-мирно, вечерок выдался очень хороший, мы славно посидели, и по пьяни никто не думал о том, что некоторые местные жители сгорают от желания подраться с «этими самыми из Уизеншо». Когда мы вышли на улицу, нас уже ждали. Началась драка, но мы их быстро отпрессовали и продолжили свой путь домой. Придя в себя, они пустились в погоню, но снова были избиты, а мы — арестованы. Причем повязали только нас, а их вообще не тронули. В те времена, если в каком-то районе города или в его центре возникали неприятности, полиция всегда задерживала людей со стороны. Поэтому, покидая Уизеншо, мы заранее настраивались на встречу с копами.

Шесть месяцев я провел в Ризли, в камере предварительного заключения, которая располагалась в бараке для малолетних преступников. Они арестовали шестерых из восьми наших, но мы, по крайней мере, содержались в одном месте. Мне впаяли пять с половиной лет! Когда прозвучал приговор, я отказывался верить своим ушам. Пять лет за насильственные действия и телесные повреждения — чересчур много, даже с учетом отягчающего обстоятельства. Я не сделал ничего настолько плохого, чтобы получить такой срок! В моей голове стучало: я должен видеть «Юнайтед», вы не можете со мной так поступить!