Чтение онлайн

***

Мы находились в ячейке для твердого сырья одноименного склада, которую я наскоро приспособил под тюремные нужды. Султана уже частично оклемалась и начинала становиться опасной. Однако быстрые консультации с Ботом-1 убедили меня в том, что ничего особо страшного в ближайшие несколько часов биос сделать будет не в состоянии. Бот… Или лучше Мед… Я все-таки остановился на этом наименовании, о чем Меда же немедленно и уведомил. Он не возражал, так как не умел. Так вот, Мед, который стоял за ее правым плечом, заверил меня, что фея не может ничего предпринять до тех пор, пока ее армис не избавится от тетрапанкурония-три (я еще не обладал всем объемом медицинских данных Меда, но, методом превентивного анализа, предположил, что это – паралитик, или что-то похожее) пленница не сможет ничего сделать. Даже если она этого сильно захочет.

Меня это объяснение вполне успокоило, поэтому я выставил против нее трех легионеров и одного центуриона в полном вооружении. Руки биоса были накрепко связаны сзади десятимиллиметрового 5 троса из высоколегированной стали. Под стулом разведчицы прятался готовый ко взрыву клоп-камикадзе. Ещё один был готов шлёпнуться ей на макушку.

После всех приготовлений я отдал приказ на снятие колпака с ее головы. Незачем ей было запоминать обстановку, пока ее вели сюда. Пусть даже она и была в полукоматозном состоянии. Ее зрачки скрестились на мне, безошибочно выделив самого главного в этом битком набитом механизмами помещении. Без всяких проволок я приступил к допросу:

– Назови себя. Имя, звание, уровень, специальность, задание?

Биос как-то непонятно смерила меня тусклым взглядом прищуренных щелей, и медленно отвернула голову. Я ничего не понял в жесте. Хм-м… О! У меня же теперь есть эксперт в области психологии этих мерзких кусков мяса! Вот пусть и отрабатывает съеденные батарейки.

– Организм биоса постепенно возвращается в исходное состояние. Ответ ее означает, что она не будет говорить с Тактиком-1. От сотрудничества отказывается.

– Возможные меры воздействия?

– Химическое воздействие на нервную систему биоса в целях изменения сознания.

– Конкретнее.

– Введение внутривенно двух миллиграмм тиопентанала натрия 6– 16.

– Ожидаемые результаты?

– Нейтрализация психологических барьеров и защитных установок, направленных на противодействие сотрудничеству с нежелательным для нее объектом. Вероятность успеха – 93%.

– Разрешаю применить указанное средство.

Весь разговор мы вели по внутренним каналам связи, поэтому, разумеется, для закаленного в боях тела разведчицы вонзенная в ее загривок игла инжектора случилась полной неожиданностью.

Спустя две минуты я повторил вопрос. А потом задал следующий. И еще 167 вопросов после этого. 93% вероятности успеха полностью реализовались.

Ценность взятия в плен вражеского лазутчика я осознал уже после третьего ее ответа. Это был действительно бесценный опыт во всеувеличивающемся объеме тактических и частично стратегических знаний. А непонятный Мед заработал сразу несколько «плюсов» в свою копилку и уже рисковал догнать по этому показателю незаменимого Петовода.

Из беседы с пленницей я выяснил, что в данный момент в «яйце» сосредоточены силы в количестве 366-ти биосов всех специализаций. Все они рассредоточены на трех хорошо укрепленных, и пяти слабо защищенных базах. На вооружении состоят тяжелые образцы инженерной и военной техники в составе: 90 средних шагоходов; 42 тяжелых тетрапода; 189 тяжелых штурмовых экзоскелетов повышенной мобильности и 70 летательных аппаратов штурмового действия. Правда, слабеньких. Но всё равно – летательных.

За последние пять месяцев, что прошли с момента формирования «яйца», к нему присоединились двадцать три «клетки». Моя «клетка», получается, двадцать четвертая. Уровень развития локации уже приближается к максимальному, отчего через пару месяцев можно ожидать ее выхода на поверхность Триеры. «Яйцо» должно будет войти в состав материка на Коре. На данный момент управление «яйца» насчитывает трех полковников. Главным среди них является Зоргер – человек, мужчина, прибыл в локацию во второй «клетке». Со стороны врага ему постоянно противостоят пять роботов, класса «претор», которых он, с относительной легкостью, до сих пор побеждал.

В общем, я очень плодотворно побеседовал с Султаной, выяснив очень много интересного в структуре как военной, так и социально-бытовой этих неразумных существ. Невзирая на их убогость, я осознал, что был близок к катастрофическому для себя исходу – недооценке возможностей врага. Радовало одно: всех сил у живых не хватало для того, чтобы гарантировано снести меня с поверхности этой локации за один удар. Но если бы и я сунулся со всей своей армией на территорию врага, то результат также был бы разгромным. Для меня, разумеется.

Вообще, впервые появившись в Мантии, я думал, что здесь действуют такие же законы, что и в Ядре. Но ошибся. Начнем с того, что ландшафт, да и вообще вся природа вокруг разительно отличались от «клеточных». Тут преобладали холмы и горы против болот и полей предыдущего яруса. Тут преобладал чистый воздух против легкой хмари «клетки». Вследствие этого тут было солнце – светящийся шар, который буквально слепил камеры наших визоров. В том, болотистом краю, откуда мы пришли сюда, такого никогда не было. Единственное, что нас там слепило, так это вспышки мощных взрывов и залпы лучевых орудий.

Тем не менее, согласно механизму интеграции «клеток» в Мантию, часть нашего края туманов и трясин переместился вместе с базой на эту благодатную землю. В течение часа развеялся туман; в течение светового дня – половина болот; в течение полных суток – все наши сомнения насчет того, что мы переместились именно в Мантию. Не теряя времени, я развернул бурную деятельность: во все восемь сторон унеслись разведчики, весь периметр был полностью обновлен, согласно изменившимся реалиям, а боевые порядки моей армии были тщательно пересмотрены.

Например, теперь я не был уверен в том, что мне можно использовать свою бронетехнику едва ли на треть ее мощности. Вся артиллерия пошла на модернизацию, с учетом того, что «потолок» локации вырос более, чем на три километра, чего мне было вполне достаточно. Кроме того, я переобул всю пехоту в более узкие сапоги-ступни, так как почва под ногами теперь не проваливалась на полметра вниз и являлась действительно почвой, а не загустевшей грязью.

Осведомленность пленницы объяснилась, спустя пару часов, прошедших с начала допроса. Она оказалась одним из четырех координаторов объединенной группировки биосов, целью которой было удерживать контроль над «яйцом» и обеспечивать беспрепятственный проход людских подразделений на следующий ярус. Стратегия группировки особой сложностью не отличалась: ежедневно в небо запускались десяток аэроипкисов на предмет вновь появившихся территорий и сформированных новых баз противника. Логова киберплантов также считались приоритетными целями.

Осуществление разведки, на самом деле, являлось делом далеко не простым, так как, во-первых, тут уже имелись несколько новых видов киберживотных, большинство из которых умели летать. В «клетке» это умел только жесткокрыл, да и тот мог осуществлять полет на не особо впечатляющие расстояния. Но, тем не менее, в воздух подниматься он мог и атаковать оттуда же – тоже. Но местные механизированные «орлы» с легкостью расправлялись с высылаемыми каждый день разведчиками, отчего те успевали отлетать от аэродрома на довольно скромное расстояние.