Чтение онлайн

По Нимвегенскому мирному договору 1678 года Франция возвратила Нидерландам город Маастрих и наследственные земли Оранского дома, а Нидерланды признали за Францией земли, захваченные ею в Гвиане и Сенегале. Испания отдала Франции область Франш-Конте и ряд городов и крепостей в испанских Нидерландах, а империя Габсбургов — Фрейбург и Альт-Брейзах.

Во время войны за испанское наследство Клод Виллар командовал уже корпусом и разбил войска принца Баденского в сражении при Фридлингене в 1702 году и в сражении при Гохштедте в 1703 году. Победа была столь весомой и бескровной, что солдаты провозгласили его маршалом, а королю ничего не оставалось делать, кроме как утвердить это решение.

В 1709 году Людовик XIV направил маршала Виллара во Фландрию. Здесь Виллар вложил свой военный талант в реорганизацию и повышение боеготовности французской группировки войск. Военный талант его был бесспорен. Пока Виллар руководил боевыми операциями, французы одерживали победы одну за другой. А когда он, получив тяжелое ранение, лечился, французские войска тут же потерпели поражение в битве при Мальплаке. Оправившись от ран, Клод Виллар вернулся к командованию и сразу же нанес поражение австрийским войскам под командой известного и талантливого генералиссимуса Евгения Савойского, победить которого практически мало кому удавалось. В целом эта война для Франции, несмотря на отдельные успехи, была неудачной — она терпела поражение. Но французам все-таки удалось избежать полного поражения благодаря противоречиям внутри неприятельской коалиции — Англия, Австрия, Голландия, Пруссия, Савойя, ряд германских княжеств раньше времени стали делить успех как шкуру неубитого медведя.

В 1715 году Клод Виллар был назначен председателем военного и регентского советов Франции. В связи с этим назначением ему и было присвоено звание генералиссимуса. А с 1723 года Клод Виллар был вдобавок назначен еще и государственным министром. Занимая эти весьма высокие должности, генералиссимус очень удачно провел Францию через весьма сложный период регентства при малолетнем короле Людовике XV, когда стране грозили многочисленные внутренние раздоры и внешние враги, не позволил втягиваться в затяжные всеевропейские конфликты. Удержалась Франция от открытых столкновений с Россией в ходе всеевропейской драки из-за польской короны, когда на нее претендовали Станислав Лещинский и саксонский курфюрст Фридрих-Август II. В этом конфликте Франция оказалась на стороне Лещинского и прошла буквально по самому краю большой войны с Россией.

В этот период генералиссимус Клод Виллар, командуя французской армией, совершил успешный поход в Северную Италию. Мир был подписан, к сожалению, уже после кончины генералиссимуса 17 июня 1734 года.

Мориц Саксонский родился 28 октября 1696 года в Гос ларе. С детских лет он приобщился к военной профессии, будучи родственником знаменитого полководца и генералиссимуса Евгения Савойского. Генералиссимус с юношеских лет взял его под свое покровительство так же, как когда-то самому Евгению помог заполучить офицерский чин его двоюродный брат маркграф Баденский. Мориц участвовал под командой Савойского в целом ряде боевых операций. Первой его кампанией была война за испанское наследство — Савойский взял его с собой в поход. И сразу военная карьера молодого Морица Саксонского с головокружительной быстротой взвилась вверх. За какие-то два-три года он овеял себя славой умелого военачальника, стал командиром полка, а в 1711 году за умелые действия по разгрому французских войск в Саксонии получил от императора графский титул.

Четырнадцатилетняя война за испанское наследство дала возможность молодому графу Саксонскому повоевать на различных театрах войны и в армиях союзников — польской и австрийской.

В 1720 году Мориц Саксонский перешел на службу к французскому королю. Теперь он воевал против своих недавних коллег. Знание противника изнутри позволило ему отличиться при взятии Праги в 1741 году и Эгера в 1742 году. Так что Морицу Саксонскому на службе Франции пришлось двадцать лет дожидаться признания королем Людовиком XV своих блестящих полководческих способностей. В 1742 году он стал главнокомандующим французской армией во Фландрии. Здесь Мориц Саксонский выиграл ряд сражений у объединенных англо-голландских войск — при Фонтекуа в 1745 году, при Року в 1746 году и Лауфельде в 1747 году. Из этих сражений Мориц Саксонский вышел командующим всех сухопутных и морских сил Франции. Людовик XV присвоил ему звание генералиссимуса.

Генералиссимусом Мориц Саксонский прожил не более трех лет.

Он заболел и умер 30 ноября 1750 года в Шамборе.

Перу Морица Саксонского принадлежит ряд военных научных трудов. В трактате «Мои мечтания» он, например, выдвигал новые для того времени идеи о преимуществах воинской повинности над системой вербовки, о необходимости иметь постоянные военные кадры, об атаке пехоты в колоннах, о роли инженерных укреплений на поле боя и другие. Большое значение в войне Мориц Саксонский придавал и моральному фактору. Может быть именно поэтому он стал одним из немногих военачальников, кому не пришлось испытать поражений.

Леопольд Даун родился 24 сентября 1705 года в Вене. Его отец — Вирих Филипп Даун был генералом-фельдцехмейстером австрийской армии, одержал в свое время блестящую победу над французами в Ломбардии, завоевал для империи Габсбургов неаполитанскую Корсику и дважды занимал пост вице-короля.

Гедеон Лаудон родился в лифляндском Троцене в переселившемся сюда из Шотландии небогатом семействе. Военную службу он начинал в русской армии и лишь позднее перешел на службу к австрийцам.

Оба они участвовали в войне за австрийское наследство, будучи молодыми генералами. Оба вместе с русскими фельдмаршалами сражались против прусского короля Фридриха II, пожалуй, самого драчливого из германцев.

Австрийская армия была хорошо подготовлена к этой войне. Не зря Фридрих II то и дело обращал внимание своих офицеров на силу и опытность противника. Медлительный и осторожный Даун, тем не менее, был способным командиром. Весьма одаренным оказался и генерал Лаудон, в ходе этой войны принимавший все большее участие в руководстве кампанией. Первая победа в сражении при Любозице далась кичливому Фридриху II очень нелегко. Настолько, что он признал необходимость больших жертв для полной победы над австрийцами. Конечно, такие жертвы не остановили бы Фридриха II, и он шагал бы по трупам и своих солдат, и неприятельских. И он даже начал это делать, осадив в 1757 году Прагу. Но тут в дело ввязались русские войска. Часть своей высококлассной армии прусскому королю пришлось бросить против них, ослабив давление на австрийцев. Тем временем и Даун навязал пруссакам битву при Колине. Он начисто переиграл в этом сражении Фридриха II: пруссаки потеряли более четырнадцати тысяч человек, а австрийцы — в два с лишним раза меньше. Фридрих II скрепя сердце вынужден был заявить своим генералам: «Все! Снимаем осаду этой проклятой Праги и уходим, пока нам еще не надавали. Но мы еще вернемся, и тогда уж…» «Тогда уж» у Фридриха II не получилось — русский фельдмаршал П. Салтыков так врезал пруссакам под деревушкой Гросс-Егерсдорф, что Фридрих позорно бежал!

К началу кампании 1759 года союзники отказались от сражений на померанском направлении. Главный удар наносился по Силезии. Фельдмаршал П. Салтыков должен был теперь, после громкой победы под Гросс-Егерсдорфом, идти на соединение с австрийской армией Дауна. К тому времени Даун был уже назначен главнокомандующим всей австрийской армией и получил чин генералиссимуса. 21 июля 1759 года армия Салтыкова, при переходе попутно разбив прусскую группировку под командой Дона у деревни Пальциг, захватила Франкфурт-на-Одере и встретилась с двадцатитысячным корпусом генерала Лаудона, посланного Дауном навстречу русским. Армия Салтыкова и корпус Лаудона вместе приняли бой с армией Фридриха II под Кунерсдорфом. Это был страшный бой. Резня! Пруссаки потеряли только убитыми семнадцать тысяч человек, русские — тринадцать тысяч, а австрийцы — только две тысячи. Союзники взяли богатые трофеи — 26 знамен, 172 орудия, горы амуниции и вооружения. Фридрих II лишь чудом увернулся от плена — казаки уже настигали его — и бежал в родимую Пруссию.

После этой битвы фельдмаршал Салтыков почему-то двинул русскую армию не на Берлин, где его с ужасом ждали германцы, а в другую сторону — на соединение с австрийской армией Дауна. При встрече Даун добавил к русским войскам кроме десятитысячного корпуса Лаудона, еще и двенадцатитысячный корпус Гаддика. Но сам перейти в наступление отказался. «Господин фельдмаршал, — заявил Даун Салтыкову, — я не могу оставить Австрию без прикрытия. Если я уйду с вами, то кто защитит бедных австрийцев от прусских корпусов принца Генриха в Саксонии и генерала Фуке в Силезии. Их ведь около шестидесяти тысяч». Салтыков, конечно, скривился от такой речи. Он-то прекрасно понимал, что битые пруссаки и носа не высунут, даже если союзники, все до единого солдата, двинутся на Берлин. А Даун гнул свою линию, рассчитывая русскими штыками прикрыть Австрию: «Нам с вами, фельдмаршал, надобно ударить по Саксонии и Силезии. Разбив там пруссаков, перезимуем, а потом уж и на Берлин!»

В конце концов Салтыков согласился на такой план, видя, что австрийцы панически боятся Фридриха II. Но, поразмыслив над картами, русский фельдмаршал убедился, что предложение Дауна чревато серьезным разрывом и растяжением коммуникаций. Но не это главное, Салтыков понял, что хитрый Даун в борьбе с прусским королем-забиякой пытается победить за счет русской крови. И Салтыков, как истинный российский патриот, отказался двигать свою армию в Саксонию и Силезию. В итоге его разногласия с австрийцами привели к тому, что Салтыков увел свою армию на зимние квартиры к Висле. И эта кампания, ознаменовавшаяся двумя блестящими победами и стоившая русским не менее шестнадцати тысяч жизней, не стала последней в битве с прусской армией Фридриха II.