Чтение онлайн

– Не называй ее так, я же просил.

– Хорошо, с Геллой?

– Да.

– У тебя неприятности? Мы будем скрываться?

– Ну что ты, - Борис рассмеялся, - я просто заключил контракт.

– Работа вахтовым методом? Мы поедем на север? Всегда мечтала посмотреть тайгу.

– Нет, Лиска, на север мы не поедем. Нам всего лишь надо в течении трех, четырех месяцев съездить в Румынию.

– Боренька, Румыния это не актуально. Поедем лучше на море. Ты так красиво о нем рассказывал. Никогда не была на море.

– На море съездим обязательно. Но сначала в Румынию. У меня контракт. Ты не забыла?

– И что мы там будем делать?

– Ты, в основном отдыхать. А мне предстоит, в самом центре Трансильвании, у местных вампиров похитить одну большую ценность.

– У вампиров? Круто! Ты прямо как Индиана Джонс. Сокровища древнего храма, и все такое. Обалдеть! А Дракула там будет? – Она капризно надула губки, - хочу на Дракулу посмотреть.

– Посмотришь. Там чуть ли не в каждом отеле восковая кукла стоит. Для туристов. Даже сфоткаться можно. Представь себе, ты и Дракула!

– Я на настоящего посмотреть хочу. Он такой романтичный!

– Милая, это в кино актер романтичный. Трудно назвать романтиком того, кто усаживал людей на кол пачками. Ты представляешь, как это происходило? Бралась палка, толщиной с мою руку, - Алиса уважительно посмотрела на его руку, - затачивалась с одной стороны как карандаш. Но не очень остро. Кончик смазывался жиром. После чего устанавливалась вертикально. И все, кол готов. На него усаживали человека. Прямо анальным отверстием на острие. Человек под тяжестью своего веса медленно насаживался на эту деревяшку. Кол разрывал прямую кишку, рвал кишечник и попутно ломая ребра выходил из спины. Интересно, что человек может в таком состоянии прожить больше суток. Ты представляешь, что он при этом ощущает?
– Алиса побледнела, - Боря, убери голову с живота, а то, меня сейчас вырвет. Это же просто ужасно.

– Конечно ужасно, а твой романтичный Дракула не просто сажал людей на кол. Он этим наслаждался….

– Жуть….

– Лиска, все эти превращения, магия, острые ушки, все это прикольно. Но у всего этого есть обратная сторона. Мы попали в средневековье. В самое настоящее средневековье , спрятанное посреди двадцать первого века. Мы случайно нашли в него дорогу. И прошли по ней. Обратного пути нет. Только вперед. Здесь все взаправду. Рубят головы, сажают на кол, выжигают мозги. Здесь нет женевской конвенции, прав человека и общечеловеческих ценностей. Хотя бы потому, что все они давно уже не люди. Как и мы с тобой.

– Мы не люди?

– Милый мой эльфенок, посмотри в зеркало. Ну какой ты человек? Ты самая натуральная эльфа. Правда единственная.

– И что, других не будет?

– Можно и других наделать. Сегодня, когда мы обедали, я от нечего делать внимательно изучал ауры проходящих мимо людей.

– Ага, ауры изучал. На баб ты пялился. Я видела.

– Не перебивай, именно изучал. Половина из них сможет пройти изменение.

– Это же замечательно!

– Чем?

– Ну, мы сможем возродить эльфийскую расу.

– Зачем? Ты забыла, какими были первые эльфы и за что их уничтожили? Лиска, мы не в сказке, мы в кошмаре. Не забывай об этом. Потом, как ты меня представляешь в роли священного дуба? Впрочем, я готов сделать еще пару эльфиек. Возрастом постарше. Забавно, когда за тобой таскается целый гарем….

– Бабник! Я тебе покажу гарем, - Алиса продемонстрировала маленький кулачок, - всех убью, одна останусь.

– Ладно, - остановил ее Борис, - хватит расслабляться. Я сейчас позвоню Олегу, предупрежу что мы будем завтра с утра. Наверное, начинай готовить а мне пора за бабушкой.

Олег звонку обрадовался. – Ну, завтра народу будет. Кстати, я нашел для твоего знакомого выход на Больницу. Один наш парень, после боев там реставрировался. У них со старшей медсестрой в отделении любовь закрутилась. Наверное, свадьба будет. Завтра в десять у них обход, после него, часов в одиннадцать можешь подъехать, поговорить. Ее Мариной зовут. Телефон в холле, на вахте. Ей про тебя сказали. Будет ждать.

Довольный Борис дал отбой. – Дело сдвинулось. Теперь едем в Затон.

Светлана Ивановна ждала его наверно с утра. Под пристальными взглядами соседей неловко забралась на переднее сиденье, засуетилась отыскивая ремень безопасности. Борис помог ей пристегнуться, она завозилась, устраиваясь поудобнее и наконец успокоившись пытливо взглянула в лицо Бориса, - ну, как прошло?

– Лучше чем думали. – Он достал из боковой ниши конверт с фотографиями, - вот, можете посмотреть. Светлана Ивановна долго разглядывала фото, вертела их и так и сяк.

– Совершенно другое лицо. Ты посмотри, все следы крапивного семени как вымело. Прямо царевна сказочная.

– Крапивного семени? – Бориса заинтересовала случайная оговорка.

– Ну да, крапивного. Мы то не местные, из Воронежа после Войны сюда приехали. Воронеж ведь почти весь в развалинах лежал. А семья отца Алисы, местные. Не городские конечно, деревенские. В Городе первое поколение. Так вот, про деревню. Веселая была женщина, прабабка ее. Из той самой деревни где Гришка Вилкин до Сибири жил. Только уехал он оттуда с семьей еще пацаненком. Зато потом приезжал с дружками своими, батистовыми портянками хвастаться.

– Ну и что? – Не очень понимая о чем речь спросил Борис.

– Ну и то, очень уж любила прабабка грешница с ними в баню бегать париться да мадеру там пить. Хотя драл ее за это мужик ейный вожжами нещадно. Да разве за бешеной бабой уследишь? Вот и пошла у них в семье порода в крапивное семя. Ты еще отца Алискиного не видел. Вылитый Гришка, только бороду приложи. И беспутный такой же. Пьяница горький. Плохая там кровь. Я сильно за внучку переживала, ведь и в ней та порода просматривалась. А тут все исчезло. Как в росе умылась.

Доехали быстро. Вкусные запахи гуляли по всему подъезду. В прихожей их встречала Алиса. Немного встрепанная, в новом халатике и тапочках со смешными помпончиками. С тревогой посмотрела на бабушку и покорно опустила голову. Светлана Ивановна быстро оглядела ее, зачмокала губами, - не тревожься Лиска, признала я тебя, признала. Вижу, хоть и поменялась, а все равно внучка моя родная. – Алиса разрыдалась и бросилась обнимать бабушку. Та тоже не выдержала. Слезы покатились по морщинистым щекам. Борис вытолкал хлюпающих женщин к дивану и поспешил на кухню, достать из холодильника шампанское.

– Алиса, а у тебя рыба не сгорит?

– Рыба!!! – Алиса вихрем пронеслась на кухню и склонилась над духовкой на ходу вытирая слезы. – С рыбой все в порядке. Ты это специально? Ну вот, всласть поплакать не дал.

– Не люблю женские слезы.

– Ага! Теперь если что сразу плакать буду.

– И назовут тебя Царевной Несмеяной….

– Вредина!

Потом они ели вкуснейшую форель. Женщины запивали шампанским. Борис позволил себе коньяк. С удовольствием зажевывал его кусочками чернослива. Любил он так. Его специфический аромат и терпкий кисло сладкий вкус гармонируют с коньяком необыкновенно. Наконец умиротворенные женщины оставили еду и принялись за гадание. Борис закурил. Светлана Ивановна долго рассматривала руку Алисы, заглядывала ей в глаза, перебирала волосы. И потом, почему то обращаясь к Борису, выдала, - ждут вас дороги, да не одна а много. Измениться вы будете не один раз, причем вместе. В Город еще вернетесь, правда ненадолго, чтобы снова уехать. А потом ты Царь Белый, один приедешь. Только возле тебя, я себя молодую вижу. Как такое может быть, ума не приложу. Наверно пьяная совсем стала. Мерещится. Не хочу шампанского, налейте мне коньяку.