Чтение онлайн

После этого был исполнен Государственный гимн СССР, и одновременно прозвучали 50 залпов артиллерийского салюта. К. К. Рокоссовский подает команду о начале торжественного марша. В порядке положения и действий фронтов на театрах военных действий к концу войны (с севера на юг) проходили сводные полки фронтов во главе с командующими войсками (полки 1-го и 2-го Белорусского фронтов – с первыми заместителями командующих): Карельского (Маршал Советского Союза К. А. Мерецков), Ленинградского (Маршал Советского Союза Л. А. Говоров), 1-го Прибалтийского (генерал армии И. Х. Баграмян), 3-го Белорусского (Маршал Советского Союза А. М. Василевский), 2-го Белорусского (генерал-полковник К. П. Трубников), 1-го Белорусского (генерал армии В. Д. Соколовский), 1-го Украинского (Маршал Советского Союза И. С. Конев), 4-го Украинского (генерал армии А. И. Еременко), 2-го Украинского (Маршал Советского Союза Р. Я. Малиновский), 3-го Украинского (Маршал Советского Союза Ф. И. Толбухин). Сводный полк ВМФ возглавлял вице-адмирал В. Г. Фадеев.

В первых шеренгах сводных полков фронтов шли командующие армиями, а подразделения возглавляли командиры корпусов, дивизий и бригад. В составе сводного полка 1-го Белорусского фронта особой колонной прошли представители Войска Польского (во главе с начальником Генштаба Войска Польского генералом В. В. Корчицем). Вслед за сводными полками фронтов и Военно-Морского Флота на Красную площадь вступила сводная колонна воинов, которые несли опущенные до земли 200 знамён немецких войск, разгромленных на полях сражений. Эти знамена под дробь 80 барабанов были брошены к подножию Мавзолея, первым – штандарт Адольфа Гитлера. Затем торжественным маршем прошли войска Московского гарнизона во главе с командующим войсками Московского военного округа генерал-полковником П. А. Артемьевым: сводный полк наркомата обороны СССР, колонны Военной академии им. М. В. Фрунзе, Артиллерийской академии им. Ф. Э. Дзержинского, Военной академии механизации и моторизации им. И. В. Сталина, Военно-воздушной академии им. Н. Е. Жуковского и др. За ними проследовали колонны Горьковского, Калининского, Орловского, Тульского суворовских военных и Ленинградского нахимовского военно-морского училищ. После этого на площадь вступила сводная кавалерийская бригада во главе с генерал-лейтенантом Н. Я. Кириченко, а за ней – военная техника различных видов, подразделения мотоциклистов и др. Парад, продолжавшийся 2 часа, завершился маршем сводного оркестра.

Газета «Вечерняя Москва» опубликовала очерк «Слава времен» писателя Льва Кассиля, в котором отмечалось: «Много праздников было на Красной площади. Не раз видели мы ее оживленной, нарядной, многолюдной и не однажды о славе, доблести нашего народа звучали тут речи и песни. Но такого торжества, такого праздника, какой вместили 24 июня 1945 г. эти просторы, еще не знавала Красная площадь… Над полками реяли боевые знамена, под которыми одержано столько славных побед. Немеркнущая память этих выигранных гигантских сражений сверкала в орденах, прикрепленных к знаменам. То были знамена, пронесенные через битвы Великой Отечественной войны, гордо взвившиеся над поверженными германскими городами. Вот она, могучая, живая слава Красной Армии, вот ее лучшие сыны – гордость нашей Родины. Слава народа!.. Где найти нужные слова! Как передать то вдохновляющее чувство живого приобщения к истории, какое испытывали мы в тот момент, когда на наших глазах посредине Красной площади появились два прославленных всадника, два знаменитых маршала… Шли торжественные часы парада. Четверти часа отмеривали своим мелодичным звоном куранты на древней кремлевской башне. На трибуне стояли прославленные полководцы, укреплявшие мощь Красной Армии в годы Гражданской войны. Стоял на трибуне маршал Жуков, принимавший от имени Советского командования безоговорочную капитуляцию фашистской Германии. А парадом командовал Рокоссовский. И народ на Красной площади с восторгом узнавал Конева, Мерецкова, Говорова, Малиновского, Толбухина, Баграмяна, Еременко, Рыбалко, Катукова, Лелюшенко, Богданова, Рыбальченко, Судеца, Красовского и многих-многих других полководцев-победителей, чьи имена останутся в истории Великой Отечественной войны…»

На этом торжества не завершились. Москва сияла праздничными огнями. Когда стемнело, начался большой фейерверк. «Все потрясало своими масштабами и размахом в этой неизвестной поэме света, красок и звуков, – писала газета «Вечерняя Москва». – Необычно велико было количество прожекторов. 1200 установок заняли вчера позицию на набережных, мостах и площадях столицы. При каждом ракетном залпе с земли поднималось 22 тысячи ракет. Алые флаги, поднятые аэростатами, достигали 35 метров в длину и 19 метров в ширину».

На следующий день в Кремле состоялся прием в честь участников Парада Победы. И. В. Сталин в своем выступлении отметил:

– Не думайте, что я скажу что-нибудь необычайное. У меня самый простой, обыкновенный тост. Я бы хотел выпить за здоровье людей, у которых чинов мало и звание незавидное. За людей, которых считают «винтиками» великого государственного механизма, но без которых все мы – маршалы и командующие фронтами и армиями, говоря грубо, ни черта не стоим. Какой-либо «винтик» разладился – и кончено. Я подымаю тост за людей простых, обычных, скромных, за «винтики», которые держат в состоянии активности наш великий государственный механизм во всех отраслях науки, хозяйства и военного дела. Их очень много, имя им легион, потому что это десятки миллионов людей. Это – скромные люди. Никто о них не пишет, звания у них нет, чинов мало, но это – люди, которые держат нас, как основание держит вершину. Я пью за здоровье этих людей, наших уважаемых товарищей.

Торжества и приемы закончились и надо было возвращаться к служебным делам. Еще 29 мая 1945 г. маршал Рокоссовский получил директиву № 11097, в которой говорилось:

«Ставка Верховного Главнокомандования приказывает:

1. Переименовать с 24.00 10.6.45 г. 2-й Белорусский фронт в Северную группу войск. Штаб группы иметь в районе Лодзь (временно в районе Бромберг). Командующего войсками 2-го Белорусского фронта маршала Рокоссовского именовать главнокомандующим Северной группой войск[646] ».

В состав Северной группы войск вошли 43-я и 65-я армии, отдельный 96-й стрелковый, 3-й гвардейский кавалерийский, 3-й гвардейский танковый, 5, 10 и 20-й танковые корпуса, 4-я воздушная армия, управление 8-го артиллерийского корпуса, 23, 15, 1-я артиллерийские дивизии прорыва, 8-я пушечная артиллерийская дивизия, три пушечные артиллерийские и 4 истребительные противотанковые артиллерийские бригады, 6 зенитных артиллерийских дивизий. Кроме того, в подчинение Рокоссовского передавались из состава 1-го Украинского фронта – 52-я армия, из 4-го Украинского фронта – 18, 60, 1-я гвардейская армии. В состав 1-го Белорусского фронта из 2-го Белорусского фронта вошли 2-я ударная, 70-я и 49-я армии, 1-й гвардейский танковый корпус и две отдельные стрелковые дивизии.

К. К. Рокоссовский после всех торжественных мероприятий вернулся в Польшу, где ему предстояло провести почти одиннадцать лет. Дел и забот у командующего Северной группой войск было предостаточно. Среди них демобилизация армии и перевод ее на мирное положение. Восстановление народного хозяйства, разрушенных городов и населенных пунктов требовало колоссальных материальных затрат и огромных людских ресурсов, значительная часть которых находилась в Вооруженных Силах. Содержание многомиллионной армии при отсутствии в то время широкомасштабной военной угрозы было экономически нецелесообразным. Поэтому ЦК ВКП(б) и Правительство СССР, признав необходимость существенного сокращения армии и флота, обязало высшее военное руководство сохранить их боевое ядро, обеспечить обороноспособность страны за счет качественного совершенствования Вооруженных Сил. 20 апреля Государственный Комитет Обороны принял постановление «Об установлении состава, численности и организации Красной Армии после окончания войны с Германией».

21 мая на совместном совещании членов Ставки ВГК, командующих войсками фронтов, военных округов, видов Вооруженных Сил, а также командующих (начальников) родов войск была обсуждена концепция поэтапной демобилизации армии и флота с учетом возрастов, специальностей и других факторов. С учетом предложений, высказанных на совещании, концепция была доработана и легла в основу Закона «О демобилизации старших возрастов личного состава действующей армии», принятого 23 июня первой послевоенной (XII) сессией Верховного Совета СССР. Всего в период с 1945 и до конца 1947 г. в шесть очередей было уволено из армии тридцать три призывных возраста рядового и сержантского состава общей численностью 8,9 млн. человек. Среди демобилизованных были независимо от возраста все женщины, лица, имевшие множественные ранения или прослужившие в армии 7 и более лет, а также учителя, специалисты со средним и высшим образованием, бывшие студенты высших учебных заведений. В этот же период народное хозяйство получило из Вооруженных Сил около 150 тыс. автомашин, более 1 млн. лошадей, свыше 1500 судов и много другой техники. [647]

Наряду с демобилизацией маршал Рокоссовский предпринимал активные шаги к установлению прочных и широких связей с правительством Польши, общественными организациями, демократическими партиями, с руководителями Войска Польского. По инициативе Константина Константиновича офицеры и солдаты группы войск участвовали в восстановлении фабрик и заводов, в проведении сельскохозяйственных работ. Например, осенью 1945 г. и весной 1946 г. советские воины засеяли не менее 750 тыс. гектаров земли. Они очищали поля от мин, ремонтировали брошенные немецкими войсками тракторы, тягачи, автомашины и затем безвозмездно передавали их крестьянским кооперативным организациям. Когда в июне 1948 г. было принято решение о выводе части советских войск с территории Польши, Рокоссовский следил за тем, чтобы Войску Польскому были переданы в полной исправности освободившиеся помещения, казармы, склады, лечебные учреждения.

Большой объем работы приходилось выполнять командующему Северной группой войск и его штабу по организации оперативной и боевой подготовки. При этом учитывались изменения, произошедшие во взглядах на характер будущей войны и способы ее ведения в первые послевоенные годы. Исходя из складывавшейся политической обстановки, война представлялась как вооруженное столкновение двух мощных коалиций (капиталистической и социалистической). По масштабу и количеству участвующих государств она прогнозировалась как мировая, хотя допускалось возникновение и локальных войн. Предполагалось, что война будет длительной и для успешного ее ведения потребуются массовые вооруженные силы. Ее намечалось вести способом последовательного достижения промежуточных стратегических целей в ряде кампаний. По-прежнему стратегическое наступление считалось основным видом военных действий. Оно представлялось в форме одновременных и последовательных наступательных операций групп фронтов на одном или нескольких театрах военных действий при участии всех видов Вооруженных Сил. Стратегическая оборона признавалась временным видом военных действий, применяемым вынужденно или преднамеренно. Ее основное содержание составляли оборонительные операции групп фронтов на стратегическом направлении или на всем театре военных действий в интересах подготовки контрнаступления, которое могло проводиться силами одного или нескольких фронтов в стратегическом или оперативно-стратегическом масштабах.