Чтение онлайн

— Спасибо, — ответил я, пожав руку. — Дружбы с вами будет более чем достаточно.

— А что за хрен этот губернатор-то? — вклинилась Анна, разбив нас, будто мы тут спорили. — Я, конечно, недолго в Вайтарне пробыла. Так, проездом. Но тогда там не было никакого губернатора.

— На самом деле он всегда был, — усмехнулась Гертруда, — просто раньше у него власти не было. Так, подай, принеси, с посольством Ганзы перетри.

— Но? — спросила Оса.

— Но, когда везде вокруг началась заварушка, и эти дурацкие «Искатели» захватили несколько стран Ганзы, а потом и Пограничье, у нас тоже пошли волнения. Несколько крупных банд решили, что они ничем не хуже, и попытались захватить власть в городе. И вот тут-то и пригодился губернатор. Его, кстати, зовут Викрам.

— Он из Индии? — спросила Оса.

— Он из Аркадии, — усмехнулась «нянька», — но корни вроде какие-то тянутся. Он со своей общины и начал сопротивляться, когда банды передел решили устроить. Много кому это не понравилось, и они стали подтягиваться к Викраму. «Белые тигры» тоже присоединились, когда губернатор хорошие условия предложил. Викрам выступил перед городом хранителем традиций, и заткнуть с наскока банды его не смогли. Вместе с нами уже хватало сил на первый раунд, а дальше всё уже как по накатанному маслу понеслось. Люди не любят перемены, и банды-зачинщики получили чёрные метки.

— И как я понимаю, когда всё закончилось, губернатор власть уже не отдал?

— Правильно понимаешь, и жители Вайтарны понимают, что «Искатели», как свои проблемы решат, придут и к нам, — раскинув руки, будто говорит очевидные вещи, продолжила «нянька». — Я, правда, слышала, что им кто-то навалял в Пограничье. Есть подробности, вы же оттуда?

— Мы оттуда хотим переехать, — сказал я, постаравшись сделать такой вид, будто эта тема уже надоела. — Какая-то битва в Хардервайке. Думаю, там тоже нашлись люди, которые смогли объединиться. А мы добыли партию отличного вискаря, хотим получить за неё деньги и двинем в Ганзу. Мимо нас прошло, — я вздохнул, вроде как сожалея.

— Жаль. С газетами у нас туговато. Есть местная и кое-что из Ганзы приходит, но долго. «Миротворцы» не любят к нам ездить, — Гертруда дёрнула плечом и хохотнула. — На них-то договор не распространяется, а поживиться там есть чем. Хотя по-разному бывает, иногда и договариваемся. Слушайте, что-то вы меня заболтали! Я так до вечера вам про город не расскажу или неинтересно уже?

— Очень интересно, — улыбнулся я, попытавшись изобразить что-то в духе Чеширского Кота.

— Тогда слушай, — сказала Гертруда, обращаясь почему-то только ко мне. — В центре — авианосец, не спорь, даже если это не авианосец, то всем по фиг и название прижилось. Там казино, там даже театер есть, — слово «театр» она не только произнесла с ошибкой, проскочившей даже через акцент, но и протянула так, будто это какая-то непонятная блажь для непонятных пижонов. — А дальше вокруг центра чего только не разбросано. Как крупняк, который сам притянуло, так и мелкота, которую натащили, а остальное застроили лачугами, гаражами и сараями. Но не смей так говорить владельцам! Близко к сердцу примут обиду на свои фазенды и дворцы, будут за ножи хвататься.

— Ага, понял, записываю, — я подмигнул Гертруде, делая вид, что пишу что-то в несуществующем блокноте.

«Нянька» улыбнулась, а Оса незаметно ущипнула меня за бок.

— Люблю понятливых котов, — сказала женщина. — Застройка плотная, но хаотичная. Можно часами под крышами бродить и солнца белого не видеть. И крупного можете в пароходе поселиться, там из кают отель сделали. Грязновато, конечно, зато название красивое — «Виктория». На барже — самый большой оружейный магазин, но туда не ходи. Там ржанина одна. Иди на баркас, ориентируйся на маяк, его почти отовсюду видно хорошо.

— Сюда и маяк попал? — удивился я.

— Нет, это уже сами построили. У кого-то ностальгия в одном месте играла. Построили бар, умники, но пришлось закрыть, когда оттуда с каждой драки вылетал кто-то и на мель костями садился, — усмехнулась Гертруда. — Там сейчас распорядитель боёв живёт. Но вам к нему не надо. А вот на баркасе, который почти вплотную прилепило, там выбор меньше, но прямые поставки из города мастеров.

— Ценник соответствующий?

— Конечно. Но владелец, его зовут Самир — мой друг, скажи, что от меня, скинет чутка. А заодно через него виски свой сдадите по нормальной цене. Он подскажет кому, чтобы вас не нагрели. Но только не говори, что ты меня спас, а то, наоборот, поднимет цены.

Я непонимающе посмотрел на Гертруду, но уточнять не стал.

— У нас с ним сложные отношения, — засмеялась женщина. — Так, к подлодкам лучше не приближайтесь. На немецкой наркоши сидят, секта у них какая-то, называется «Глубина». Когда-то были идейными, но сейчас адеквата там мало.

— Как мутанты «Искателей»?

— Нет, эти мирные. Обдолбятся, на глубину свою уйдут и себя ищут. Я такое не одобряю. В гниль они не лезут, только чистые дурман-сахарки признают. За это их собственно, и терпят в городе, скупают задорого.

— А сами где деньги берут?

— Нанимаются иногда «эхолотами» к добытчикам и охотникам, — пожала плечами Гертруда.

— Кем, прости?

— «Эхолотами», ну ходячими сканерами. Там сознание как-то на такую уже глубину ушло, что они могут за несколько километров почувствовать и монстров, и людей, и всякое-разное, — Гертруда замолчала, вглядываясь мне в глаза, но понимания, про какое разное она говорит, в них не нашла. — Золотой караван «Миротворцев» один раз так выследили, например.

Хм, интересно. Вообще, разговор был очень интересным и наводил на целую кучу потенциальных планов. От попытки добыть нужные геномы через сделку на арене до найма «эхолота», который наведёт на нужный геном на реке. Хотя арена меня не заинтересовала, а вот оружейный с эксклюзивом и какую-никакую, но гостиница я бы посетил. Ещё губернатор Викрам — пока неизвестная переменная. В том плане, что может оказаться союзником против Драго, а может быть очередным безумцем, дорвавшимся до власти. И если изначально планы у него были вполне благородные, то полученная власть могла спокойно, а главное, быстро его чистые помыслы подзагрязнить.

— А с остальными подлодками что не так? — спросила Оса, вернув мои размышления в разговор.

— В советской сейчас мастерская одного чудика, он очень остро на незваных гостей реагирует, — ответила «нянька». — А американскую прикопали возле авианосца и сделали из неё сейф. Типа гарант сделок, там ставки хранят до окончания боёв.

— Прямо какое-то ассорти по странам собрали, — пробурчала Оса, а потом шепнула только мне: — Если что, то я примерно знаю, слабые места «американок».

— Что ещё вам рассказать? — не обратив внимания на наши перешёптывания, продолжила Гертруда. — Одежда и снаряга, даже из редкой кожи, в любой лавке есть. Лекари и прочие проходимцы в «Кресте» сидят — тоже легко найти, там один корабль, прямо поперёк другого выбросило. В лачугах и с лотков лучше еду не покупать. Даже свежевыжатые соки не берите, у лавочников вечно посуды не хватает. Они сейчас тебе сок делают, а пять минут назад в этом же стакане черевичный суп крошили.

— Ты хотела сказать чечевичный? — нахмурился я.

— Ну если чечевица мясная и членистоногая, то пусть чечевичный, — улыбнулась Гертруда. — Ну и главный совет — клювами сами не щёлкайте. Для многих местных не обобрать залётного, считай дело принципа. Тормозни, я к своим перейду, а то подъезжаем уже. Мы называем это — Северной бухтой. Так-то тоже не бухта, ближайшая вода здесь километров за тридцать, но название прибилось. Плюс-минус здесь всё так выглядит, так что привыкайте.