Чтение онлайн

На каталке ее повезли по коридору.

— Эй, Брэд! Ты здесь? — прокричал санитар перед очередным кабинетом.

— Здесь! — Из-за стеллажей вынырнула согнутая спина в больничном халате. — Ну-с, что тут у нас? — Брэд пролистал карточку. — Подозрение на вывих. Нужен рентген… Ладно.

Через десять минут снимки были готовы. Дадсон даже не досушил их, проворчав что-то о бестактных сотрудниках, которые игнорируют его законное право на отдых. Тибби покатили обратно в кабинет с узкой холодной кушеткой.

— Все в порядке, простое растяжение. Неприятно, больно, но не смертельно. — Врач уже заканчивал бинтовать ногу. — Тугая повязка, холод несколько дней. Можете начинать ходить уже сейчас.

Тибби сразу же воспользовалась этим предложением и сделала пару шагов по кабинету. Бежать отсюда, скорее бежать — от его глаз, от его рук, от его голоса…

— Отлично. Погодите-ка, а что с другой ногой? Вы прихрамываете не на больную…

— К сожалению, они обе пострадали, — грустно сказала рыжая пациентка. — Вторую ногу я обожгла. И кажется, довольно сильно.

— Простите, мисс…

— Торнфилд.

— Очень приятно. Я доктор Дэниэл Глэдисон.

— Тибби, — спохватилась собеседница.

— Мне придется взглянуть и на эту вашу травму. — Доктор невольно нахмурился. — Только, боюсь, ткань могла прилипнуть к коже. В таких случаях мы не рискуем и просто обрезаем ее. — Доктор Глэдисон подошел к столу, нашел ножницы и обернулся, впервые пристально посмотрев на свою пациентку.

Напротив него на больничной кушетке сидела очаровательная молодая особа. Медные локоны растрепались, щеки пылали. Кожа, казалось, светилась изнутри. Точеные черты лица, изящный нос. Немного великоват рот, но при этом губы такие изящные. Она смотрела мимо него, на противоположную стену, и ее профиль четко прорисовывался на фоне окна.

— Итак, приступим к дальнейшему осмотру, — наигранно-бодрым голосом произнес врач.

Тибби в ответ не произнесла ни слова. В этом не было ничего странного: перенесшая стресс пациентка с трудом реагирует на внешние раздражители. Ничего, что во рту сухо, как в Сахаре, а язык намертво прилип к гортани. Перед ней хирург, всего лишь хирург… Ну что она испугалась его, как маленькая? Или не его, а того, что между ними могло бы произойти, сложись обстоятельства иначе? И чего она уже так хочет…

Шок, у нее шок! Подобные мысли можно объяснить только длительным перелетом, разницей во времени и нервным потрясением. Только давно и серьезно больные люди могут страдать эротическими грезами, да еще о лечащем враче.

Дэниэл взял со стола ножницы и направился к своей пациентке. Она испуганно отшатнулась.

— Нет, оперировать вас, тем более ножницами, я не собираюсь. — Он быстрым движением надрезал штанину. Минута — и джинсы годились разве что для пляжа.

Врач осторожно приподнял ткань. Тибби поморщилась. Ожог оказался не сильным, но весьма болезненным. Дэниэл стал аккуратными легкими движениями наносить на кожу антисептик. Она вздрогнула.

— Вам больно?

Его руки мягко дотрагивались до пострадавшего участка, но движения стали машинальными. Дэниэл поймал себя на мысли, что не может и не хочет отвести взгляд от лица. Что-то в нем было, что-то непонятное, необычное, будоражащее… Чуть вздрагивающие бледные губы, покрасневшие щеки, легкие морщинки в уголках рта, которые бывают от частой открытой улыбки… И грустные глаза.

— Что-то не так? — донеслось до Дэниэла откуда-то издалека. Он не сразу понял смысл этих слов, пораженный интонацией, с которой они были произнесены. Прозвучавшая в коротком вопросе нежность не соответствовала образу, который создался раньше, когда он впервые увидел воинственную рыжую бестию, всем и всеми недовольную.

Теперь же он разглядел и терпеливое ожидание в участливо приподнятых черточках бровей, и живой интерес, и волнение… И блеск огненных локонов, и — поразительно! — без единого изъяна кожу цвета слоновой кости…

Из забытья его вывела дрожь, пробежавшая по телу пациентки, непонятным образом передавшаяся и ему. Дэниэл поймал себя на том, что довольно-таки бесцеремонно разглядывает эту рыжеволосую страдалицу.

— Нет-нет, все нормально. — Приблизившись к столу, который стал своеобразным островом спасения, Дэниэл оперся о холодную поверхность руками и тут же отдернул их. Ладони хранили тепло, которое не выносило прикосновений к безжизненному стеклу. Ее тепло.

Он довольно резко обернулся. Пациентка продолжала доверчиво и робко смотреть ему прямо в глаза. На мгновение показалось, что исчезли те несколько метров, что разделяли их. Он увидел ее лицо совсем близко, ощутил ее прерывистое дыхание… и утонул в изумрудном бархате изумительных глаз.

«Это приворот, — подумал он. — Нет, волшебство».

— Вы — колдунья? — чуть слышно прошептал Дэниэл.

Тибби не удивилась столь странному вопросу. Ее еще в колледже так дразнил Пит.

— Нет, — ответила она тоже шепотом, — но я учусь.

— Начинающая ведьма — это еще страшнее.

— Почему же? — удивилась Тибби.

— Стоит произнести пару неудачных заклинаний — и лягушонок вместо принца превратится в кузнечика.

Врач и пациентка быстро привыкли к такой несерьезной манере общения и скоро уже весело смеялись, воображая, что могло бы случиться, если бы Тибби захотела наколдовать порцию мороженого с вишневым сиропом или «шевроле-корвет» с откидным верхом.

— А если бы я превратила вас, скажем, в индюка?

— Только не ко Дню благодарения!

— А что, если…

— Лучше спросите меня, что я хочу сделать сейчас. — Дэниэл подошел чуть ближе.

— И что же? — спокойно произнесла Тибби.

— Я намерен угостить вас кофе. Вы ведь не против? — Получив утвердительный ответ, Дэниэл поправил воротник рубашки, пригладил рукой растрепавшиеся волосы и направился к выходу. Стоя в дверном проеме, он неожиданно обернулся, как будто хотел что-то сказать. Но все же промолчал и лишь покачал головой в ответ на ее немой вопрос.

Дэниэл едва сдерживался, чтобы не побежать по коридору. И если в этом он смог себя контролировать, то спрятать счастливую улыбку оказалось выше его сил. Над ней-то и начал подшучивать Брэд, с которым Дэниэл столкнулся на углу.

— Ого-го! У вас, кажется, весна и месяц март! И чем же она тебя так вдохновила? Я чего-то не разглядел? — Громкие возгласы Дадсона разносились далеко по коридору.

— Уймись, Брэд.

— Куда это ты направляешься?

— За кофе! — процедил Дэниэл, пытаясь обойти друга. Эта задача осложнялась тем, что с одной стороны мешала стена, а с другой — Брэд, которому не хотелось пропустить ничего интересного, что происходило в больнице.

— Со сливками? Гляссе? Черный? Без сахара? — продолжал веселиться Дадсон.