Чтение онлайн

– Я тоже терпеть не могу всю эту суету, – кивнул Холлсуорт. – Моя супруга непременно хочет присутствовать на всех балах, а я сбегаю при малейшем удобном случае. В моем возрасте балы уже не столь интересны. Они для молодых людей вроде вас. Возможность полюбоваться юными леди.

– Вообще-то именно этим мы и занимались, но Страттона потянуло на террасу.

– Я его понимаю. Нет ничего лучше хорошей сигары.

– Однако его привлекла сюда вовсе не возможность выкурить сигару, а беседа с вами.

Холлсуорт молча выпустил дым. Слова Брентворта ему явно не понравились, однако он не предпринял попытки уйти.

– Ему необходимо кое-что узнать, – продолжал Брентворт. – Уверен, вы со мной согласитесь.

– Если он ищет драки, имен я не назову, – заявил граф.

– Мне всего лишь хочется знать, в чем обвиняли моего отца, – вступил в разговор Адам. – Я не могу довольствоваться сплетнями.

Холлсуорт посмотрел на мерцающий кончик своей сигары, затем перевел взгляд на Брентворта, и тот, молча кивнув, сразу же отошел на другой конец террасы.

– В обществе говорили разное… – произнес Холлсуорт.

Однако Адам был уверен, что старик знал больше, чем остальные. Он был из тех людей, с которыми дружат все. Холлсуорт говорил крайне редко, чтобы нажить себе врагов. И если бы он присутствовал на скачках и сел за игральный стол, то все присутствующие уже через четверть часа забыли бы о его существовании.

– Я узнал, что в деле замешаны некие драгоценности, – сказал Адам.

Холлсуорт кивнул.

– Да, верно. Очень дорогие. Принадлежащие вашей семье. По разным оценкам их стоимость несколько тысяч. Во всяком случае, ходили такие слухи. Однако точной цены не знал никто. И якобы драгоценности оказались не в тех руках в то самое время, когда корсиканец пребывал на острове Эльба. Если быть точным, драгоценности попали в руки французов. Ими воспользовались для финансирования вновь созданной армии.

– Откуда это известно?

– После войны людям, замешанным в этом деле, начали задавать вопросы. Обычная практика.

– Да, конечно.

– Об этом говорили два офицера, посвященные в суть дела, – добавил Холлсуорт.

«Стало быть, для обвинений имелись основания…» – подумал Адам, невольно вздохнув, и спросил:

– Кто именно заполучил эти драгоценности?

– Маршал Ней. – Холлсуорт шумно выдохнул, и облачко дыма смешалось с туманом. – Он был другом отца вашей матушки.

Адам снова вздохнул. Проклятье! Ней был одним из тех, кто принимал участие в стодневной кампании Наполеона, и погиб из-за своего императора.

Но что же сказал отец, когда ему предъявили эту историю? Как он объяснил отправку драгоценностей во Францию? Если, конечно, таковая вообще имела место… А если отец все же сделал это – Адам гнал от себя эту мысль, – то почему? Потому что мать попросила помочь давнему другу семьи?

– А Ней подтвердил это перед тем, как его казнили?

Холлсуорт покачал головой.

– Нет, не сказал ни слова. К нашему разочарованию. Ведь нам очень хотелось узнать, откуда у французов появились деньги. Чтобы вооружить армию, нужно нечто большее, нежели одно ожерелье, пусть и очень дорогое. Для этого потребовалось бы великое множество драгоценных камней. Расследование велось в течение нескольких лет во Франции и здесь. Разумеется – тайно.

Адам молчал, не зная, как реагировать на этот рассказ и стоило ли вообще верить словам Холлсуорта. А тот между тем продолжал:

– Вы же понимаете, почему правительство заинтересовалось этим делом… Но все должно было оставаться в тайне, поскольку детали знали лишь несколько человек. Мы рассчитывали, что разговоры на время утихнут, но один влиятельный человек решил дать делу ход и…

– Кто именно?

– Я же сказал, что имен не назову.

– И все же мне кажется, я знаю, о ком речь.

Наполовину выкуренная сигара Холлсуорта, мигнув в полумраке, потухла. Пожав плечами, граф пробормотал:

– Видите ли, у всех есть враги, и поэтому…

– Но у вас-то их нет, – перебил Адам.

Холлсуорт тихо засмеялся.

– Просто иногда полезно кое-что забывать. – Граф бросил сигару в сад. – Ваш отец поступил так, как считал нужным. Возможно, вам лучше принять это и все оставить как есть. – С этими словами Холлсуорт направился к дверям.

Из тумана возник Брентворт.

– Узнал что-нибудь?

– Кое-что, но ничего хорошего, – ответил Адам.

Возвращаться в бальный зал ему не хотелось. Этот яркий свет и шумное веселье… Влажный и холодный туман гораздо больше соответствовал его нынешнему настроению.

Он присоединился к Брентворту, решившему прогуляться по террасе.

– Значит, я оказал тебе плохую услугу? – спросил друг.

– Напротив – огромную. Спасибо тебе. Ты был прав, когда сказал ему, что мне нужно об этом знать. – Адам улыбнулся и добавил: – А теперь расскажи мне о той женщине, что тебя соблазнила.

Клара сидела на диване у себя в гостиной, а Алтея – рядом с ней. На подушке между ними стоял складной столик вроде тех, которыми пользуются путешественники. Кроме того, в гостиной находились леди Фарнсуорт, леди Грейс, миссис Кларк и миссис Далтон. Леди Фарнсуорт снова попросила принести хереса и даже подсказала миссис Финли, где его отыскать.

«Если когда-нибудь в этом доме откроется дамский клуб, то дни в нем будут проходить именно так, как сейчас», – с улыбкой подумала Клара, окинув взглядом гостей, и сказала:

– Итак, наша цель – составить макеты двух следующих номеров «Парнаса». У нас уже есть список тем, и теперь нужно определить стиль повествования и подобрать авторов.

– А стихи в этих номерах будут? – с надеждой в голосе поинтересовалась миссис Кларк.

Она редко принимала приглашения Клары посетить встречи, подобные сегодняшней, объясняя свой отказ множеством дел в шляпной мастерской, но Клара подозревала, что истинной причиной являлась неловкость, которую миссис Кларк испытывала в присутствии высокородных дам.

Однако сегодня пришла даже миссис Далтон. Мелкопоместная дворянка с копной светлых волос и необъятных размеров талией, миссис Далтон писала эссе на исторические темы, которые подписывала псевдонимом Дочь Боадицеи. Она дружески относилась к миссис Кларк и была ее постоянно покупательницей.

– Конечно, стихи будут, – сказала миссис Далтон. – Как же без стихов?

– Вы совершенно правы. Без поэзии не обойтись. Я уже получаю произведения, адресованные журналу и оставленные в некоторых книжных магазинах. Может быть, вы взглянете на них и отберете наиболее достойные, миссис Кларк? – Клара выдвинула ящик стола и достала стопку рукописей.