Чтение онлайн

Огляделся вокруг и никого не увидел. Ни одной живой души, хотя здание и окрестности имели жилой вид. Только пожал плечами и направился за своей провожатой к центральному входу.

Посмотреть было на что. Стены сложенные из очень больших камней. Видно было, что их положили достаточно давно. Об этом говорил мох, успевший прорости на довольно большой площади стен и их цвет, указывающий, что камни мокнут, вероятно, даже не одно столетие. Моё внимание привлекли окна. Чем-то они казались неправильными. Вот только чем? Они были очень большими. Очень большими… и застеклёнными. А ещё они были без единого внутреннего разделения. Что здесь такого? Ничего, кроме их высоты. А она была метров пять, если не больше. Вы себе можете представить лист стекла с размерами два метра в ширину и пять в высоту? И главное, что это не высокоразвитый мир! Хотя если вспомнить гномов с их машинкой…

Двери, превосходившие окна по ширине раза в два, и примерно, такой же высоты, открылись без единого звука. И за ними тоже никого не было. Хотя правильнее будет, если уточню, что двери открылись сами. Так как моя сопровождающая не удивилась происходящему, то решил делать так же. Сделал моду лица кирпичом и последовал за ней. Интересно, а как я с такой физиономией смотрелся со стороны?

Мы прошли несколько помещений, перед тем как попали в очень большой зал. Марра попросила меня подождать, пока она сходит за дедушкой и быстро скрылась в одной из боковых дверей. Так как просто стоять было скучно — начал рассматривать обстановку. А посмотреть было на что. Чего только стоили картины, вывешенные на одной из стен. Вряд ли вы даже можете представить, что на них было изображено. Специально не говорю, что было нарисовано, ибо о том, что над картинами работали художники, у меня были большие сомнения. Это были, вероятно, фотографии, притом очень высокого качества и огромного размера. На них было изображение галактик, примерно такое, как его видит Хаббл.

Самое интересное находилось в дальнем углу зала. Это была подставка. Довольно красивой резной работы. На ней находился венец. Его высота была сантиметра два с половиной — три. Металл мне был не известен, так как я не специалист в них. Он был матово-белого цвета. Может быть это белое золото? Да какая разница. Не это главное, а главное то, что он как бы находился в сфере силового поля, голубоватого цвета.

Несколько минут молча пялился на произведение высоких технологи. Ну не верю я в магию, не верю! Её не существует! Потом шаловливые ручки потянулись взять столь высоко защищённую вещь. Когда до меня дошло, что на месте ручек могут остаться одни культяпки, венец уже был в моих руках. И ничего там такого не было в этом произведении искусства. Или всё же высоких технологий? Да ладно, у нас такой ширпотреб на каждом углу продаётся притом за копейки. Не тянет сей артефакт на произведение искусства, как ни крути. А вот на произведение китайских умельцев, выдающих своё детище за фирменную вещь, очень даже походит.

— А известно ли вам, молодой человек, что произошло с предыдущими кандидатами на место князя? Я имею в виду тех, которые попытались взять то, что вы держите в своих руках, — прозвучал у меня за спиной голос пожилого человека.

Медленно обернулся, чтобы рассмотреть того, кто так тихо приблизился ко мне со стороны спины. Дамблдора, из Гарри Поттера, помните? Так вот — совершенно не похож! Передо мной стоял военный. Может быть и в отставке, но совершенно точно — военный. Выправка, жесты, одежда, да буквально всё прямо таки вопило, что передо мной офицер. Хотел сказать — солдат, но язык не повернулся так обозвать этого человека в возрасте. Дедом его назвать тоже не могу. Он стоял и ухмылялся.

— Даже не представляю, уважаемый… — сделал паузу, намекая, что не мешало бы представиться.

— Хранитель, Ваша светлость. Просто Хранитель, — прозвучало в ответ.

— Уважаемый Хранитель, — принял правила его игры.

Так как продолжать разговор мой собеседник не спешил то, как меньший в данной компании, спросил:

— И что же с ними случилось, Хранитель?

Он долго смотрел мне в лицо, а потом, как бы не слыша моего вопроса, выдал:

— А похож… Очень похож… Он тоже не боялся свои шаловливые ручонки совать куда не попадя. И тоже, никакого уважения к старшим.

Притом было заметно, что это было сказано не мне, а просто мысли вслух, произнесённые почти шёпотом.

— На кого похож? — попытался вклиниться в его громкие мысли.

— Как на кого? — удивился мой собеседник. — А тебе разве не говорили?

Что бы вы ответили на столь интересно поставленный вопрос? Мне оставалось только головой отрицательно покачать.

— Да на прадеда твоего. На него, на кого же ещё?

Конечно! Ну как я сам не догадался, что только на него и могу быть похожим! Это конечно были мысли, и вслух ничего такого конечно не говорил. Оно мне нужно расстраивать столь почтенного человека?

— А Вы не ёрничайте, юноша, — выдал он глядя мне в глаза. — У меня ещё не настолько почтенный возраст, как Вам кажется. Триста лет не так и много. Вот мой учитель…

У меня глаза полезли на лоб от такого сообщения.

— Триста? Вы сказали триста? — это был не вопрос, а, скорее, восклицание удивления.

— Ну да. Триста. А что так плохо выгляжу?

И не дав мне ничего сказать, продолжил извиняющимся голосом.

— Согласен! Что-то в последнее время здоровье шалит, — притом произнесено это было на полном серьёзе.

Наши пенсионеры таким голосом рассказывают друг другу какие лекарства они принимают, чтобы поправить здоровье.

— Так что же случилось с предыдущими претендентами на княжеский венец? — постарался переключить Хранителя с вопросов здоровья.

Не люблю когда люди начинаю рассказывать, да ещё и со вкусом, что, где и главное, как у них болит.

— Посмотри под ноги, — прозвучало в ответ.

Посмотрел. Пол красивый, мраморный, но возле стойки какие-то пятна грязи. Или копоти? Присмотрелся повнимательнее и мне стало плохо. Нет, я понимаю, что дуракам везёт, но это же и от меня могло остаться только мокрое место. Вернее, сухое, но с большим количеством не отмывающейся гари.

— Так почему же вы меня не остановили? Я же мог помереть. Меня же…

Слова застряли в горле. Похоже, так называется это состояние. На меня смотрели глаза военного, а не доброго дедушки, и в них не наблюдалось ни капли жалости.

— А свои мозги тебе зачем? Или за тридцать лет думать не научился? А если не научился, то ничем помочь не могу.

— Но мне же только двенадцать? — прикинулся веником. — Какие тридцать.

— И транспортное средство тебя не сбивало, перед тем, как ты появился в этом мире и занял место в теле Кевина де Сента? Хватит забивать мне мозги разной ерундой.

Я просто потух. Этот человек видел меня насквозь, как рентген.

— А кто тебе сказал, что я человек? — удивился он на мои невысказанные мысли.

— Ну, как же? А внучка? — вроде как озвучил логичный аргумент.

— А кто тебе сказал, что она человек?

— А кто же Вы тогда?

Моему удивлению не было предела?

— А вот это тебя не касается. Мы — Хранители!

Вот так, Хранители с большой буквы.

Мне стало не по себе. Постарался обо что-то опереться. Под локоть попала какая-то опора. Облокотился об неё, стоять стало легче, точно силы добавилось. Чем больше я стоял, опираясь на столь удачно появившуюся подставку, тем больше становились глаза моего собеседника. Наконец он спросил:

— Как ты себя чувствуешь?

Какая забота о моём здоровье, с чего бы это?

— Полегчало, немного. А то после таких разоблачений чуть не помер от страха. Думал, сразу убьют, — ответил ему.

— А локоток, правый, не жжёт?

Да к чему такая забота о моём здоровье?

— А ты посмотри, куда ты его всунул.

Я и посмотрел. Подумаешь, опёрся на подставку с защитным полем, проблем-то. Непонимающе уставился на хозяина замка, как бы спрашивая, что тут такого?

— Просто интересно. Как бы сам смотрел на человека, опёршегося на провода высоковольтной линии в которых тысяч десять вольт?