Чтение онлайн

– До свидания, леди Эзме, – мисс Стенли взяла обе руки Эзме в свои. – Я уверена, что мы будем встречаться часто в ближайшие месяцы… и еще более часто позже. Мы должны стать хорошими друзьями.

– Д-да… конечно, – пробормотала Эзме, и Сара спрятала улыбку. Похоже, Эзме тоже была не лучшего мнения об этих дамах.

Сара сделала реверанс, пожелала гостьям хорошего дня, и те удалились.

Сара и Эзме едва успели обменяться облегченными взглядами, как вошла миссис Френч. Это была высокая худая женщина, с темными седеющими волосами и в очках с толстыми линзами. В руках она держала плоский кожаный портфель. Войдя, она поклонилась, прижимая портфель к груди.

– Леди Эзме, возможно, вы меня не помните, но я была представлена вам в прошлом году.

– Конечно, я помню вас, миссис Френч. Мы с матерью посещали вашу школу в прошлом году и видели, как хорошо вы работаете с вашими учениками.

Женщина покраснела от смущения.

– Спасибо, миледи.

Эзме жестом указала на Сару.

– Это мисс Осборн. Мисс Осборн, это миссис Френч, управляющая пансиона Оугилви для людей, лишенных зрения.

– Приятно познакомиться с вами, мэм.

Сара слышала о миссис Френч и ее школе от герцогини, которая была очень довольна успехами директора в обучении и последующем трудоустройстве лишенных зрения студентов.

Эзме проводила даму к дивану и предложила:

– Не хотите ли чаю? И лимонного пирога?

Сара заметила, что с этой женщиной Эзме общается гораздо легче и непринужденнее.

– О нет, благодарю вас, миледи. Мне нельзя здесь долго задерживаться.

Миссис Френч присела на краешек шикарного дивана и положила портфель рядом с собой. Сара и Эзме снова расположились в креслах напротив.

– Я припоминаю, что вы начинали программу обучения шитью для некоторых наиболее талантливых девочек. Как сейчас обстоят дела?

– Очень хорошо, миледи. Недавно первую нашу девушку наняли швеей здесь, в городе.

– Замечательно, миссис Френч, – сказала Эзме, прижимая руки к груди. – Я знала, что это будет очень полезное начинание. Моя мама была бы рада это услышать.

– Спасибо, – ответила гостья. Наступила долгая пауза, которую, сглотнув, прервала миссис Френч: – Я пришла сегодня к вам, поскольку услышала, что наша благодетельница герцогиня… что она… что ей нездоровится.

Голос Эзме вдруг стал резким:

– Надо же! А что конкретно вы слышали о… недомогании моей матери?

Миссис Френч крепко сцепила руки на коленях.

– Сегодня утром в «Таймс» напечатана статья о том, что герцогиня исчезла. Вот уж действительно шокирующая новость. Мне очень жаль.

– Вы говорите – в «Таймс»?

Эзме взглянула на Сару. Та в ответ недоуменно покачала головой.

– Его светлость уехал рано утром, – сказала она Эзме. Сара проснулась двумя часами раньше, но Саймона уже не было дома. – Конечно, если бы он увидел эту статью в газете, то обязательно предупредил бы нас.

Эзме вновь обратилась к миссис Френч:

– Скажите, а почему эта новость заставила вас приехать ко мне?

Женщина сидела, ломая руки.

– Мне так жаль! – Она внезапно резко поднялась. – Мне не следовало приходить. Сейчас для вас не лучшее время.

– Пожалуйста, сядьте, миссис Френч, и скажите, зачем пришли.

В этот момент Эзме неожиданно стала очень похожа на Саймона. Она отдавала команды и требовала ответа.

Миссис Френч резко села, положила на колени портфель и достала из него какую-то бумагу.

– Понимаете, миледи, – начала она хриплым голосом, – мы должны оплачивать ренту, но у нас нет средств. Герцогиня выписала вексель на сумму ренты. Она заверила меня, что деньги будут оплачены к середине апреля, и ко времени оплаты ренты, к тридцатому числу, вопрос будет закрыт, но… – Миссис Френч покачала головой, старательно избегая взгляда Эзме. – Мне очень жаль, но мы не получили денег. У нас недостаточно собственных средств, чтобы оплатить указанную сумму. Из-за вспышки ревматической лихорадки в Ист-Энде к нам попали еще десять новых студентов. Мы были вынуждены нанять нового учителя. И на оплату ренты практически ничего не осталось. Вся надежда была на помощь герцогини.

Миссис Френч замолчала. Эзме и Сара смотрели на нее, потеряв дар речи. Тридцатое апреля было уже послезавтра.

Наконец Эзме спросила:

– Сколько?

– Семьдесят четыре фунта и шесть шиллингов, миледи.

Эта сумма вдвое превышала годовую зарплату Сары как главной горничной Айронвуд-Парка.

Эзме вздохнула.

– Могу я взглянуть на документ?

– Разумеется, – миссис Френч передала бумагу Эзме.

Она долго молча изучала ее, потом передала Саре.

Согласно документу, герцогиня обязуется передать пансиону Оугилви для людей, лишенных зрения, сто фунтов до пятнадцатого апреля для покрытия расходов по ренте и других нужд. Под «другими нуждами», видимо, подразумевался новый учитель. Сара узнала размашистую подпись герцогини в нижнем углу листа. Расположенные рядом другие подписи ей были незнакомы.

Сара взглянула на Эзме. Сестре герцога было всего девятнадцать лет, и Сара знала, что у нее нет собственных средств. Часть фамильного состояния, отведенная ей при рождении, пока принадлежала герцогу.

И тут Эзме снова удивила ее.

– К завтрашнему утру вы получите обещанную сумму. Герцог и я позаботимся о том, чтобы ваш пансион продолжал делать свое доброе дело, миссис Френч. Об этом больше можете не беспокоиться. Вы поступили правильно, придя ко мне.

Когда Саймон вернулся домой, Эзме и Сара объяснили ему ситуацию. В этот же вечер он организовал передачу денег для школы слепых. Намерение матери оплатить предъявленный вексель послужило еще одним доказательством того, что герцогиня не планировала никуда исчезать: если она куда-то собиралась, все финансовые вопросы решались заранее. Какой бы ветреной ни была герцогиня, она всегда очень ответственно относилась к подобным вещам.

За обедом Саймон подтвердил, что новость о загадочном исчезновении герцогини Трент уже разнеслась по всему Лондону.

– Мне жаль, что я не успел вас предупредить и визит дам Стенли стал для вас сюрпризом, – сказал он. – Сегодня был очень напряженный день, и если честно, я и не думал, что сюда сразу начнет прибывать столько посетителей.

Герцог корил себя. Ему следовало догадаться, что стервятники из лондонского общества не станут откладывать растерзание добычи.

– Эзме прекрасно со всем справилась, – заметила Сара.

Он пронзил кусок говядины вилкой и мрачно продолжил:

– Есть еще новость. Хотя, я полагаю, это уже не новость.