Чтение онлайн

28 января Калиновский пометил свою записку, дающую краткий, но очень глубокий анализ причин и хода восстания. Всего несколько листков, исписанных его твердым ровным почерком, но как много содержат они. Руководитель восстания писал, что отвергает предъявленное обвинение во враждебных действиях против России и разрыве государственной общности с ней, указывал, что вопрос о государственном устройстве он подчиняет борьбе за обеспечение народного счастья. Он открыто объявлял себя врагом порядков,

лишивших польский, белорусский и литовский народы государственности и элементарных условий для развития культуры. «Я мог прийти к такому заключению, — писал он, — что Россия хочет полного с собой слияния Литвы для доставления счастья здешнему народу Я не противник счастья народного, я не противник и России, если она добра нам желает, но противник тех бедствий и несчастий, которые посещают край наш несчастный». Высмеивая Муравьева, изображавшего себя «другом народа», Калиновский писал, что его действия могут привести только к новому восстанию.

Побежденный, но не сломленный, Калиновский верил, что придет время, когда народы России и Польши, Литвы и Белоруссии будут жить в дружбе, и закончил записку словами: «В моем сознании я преступник не по убеждению, но по стечению обстоятельств, а потому пусть и мне будет дозволительным утешать себя надеждой, что воссоздается народное благо. Дай бог только, чтобы для достижения этого потомки наши не проливали лишней братней крови».

Находясь в застенке, Калиновский сумел переслать на волю несколько воззваний к белорусскому крестьянству, вошедших в литературу под названием «Письма из-под виселицы». Это последнее обращение его к народу.

«Браты мои, мужики родные, — пишет Калиновский. — Из-под виселицы царской приходится мне к вам писать, и, видимо, в последний раз. Горько покинуть землю родную и тебя, мой народ. Грудь застонет, заноет сердце, но не жаль погибнуть за правду твою. Прими же, народ, искреннее мое слово предсмертное, ведь оно как бы с того света, только для добра твоего написано... Нет, братья, большего счастья на свете, если есть возможность человеку получить доступ к науке, овладеть мудростью. Тогда только он будет жить обеспеченно, тогда только он сам будет управлять судьбой своей... ибо, обогатив наукой разум и развив чувства, с искренней любовью отнесется ко всему народу своему. Но как день с ночью не ходят вместе, так и не идет рядом наука правдивая

с: неволей царской. И пока мы будем под гнетом этим, у нас ничего не будет, не будет правды, богатства и никакой науки, как скотину, нас гонять будут не для добра, на погибель нашу..»

Даже в самые трудные минуты борьбы, когда восстание угасало, а над головой Калиновского нависла смерть, он не отчаялся, не потерял веры в конечную победу народа, до последних дней жизни оставаясь несгибаемым революционным демократом.

13 марта Калиновский предстал перед военно-полевым судом. На вопрос, нет ли у него каких-либо претензий к суду или желания что-либо сказать в оправдание, он написал: «Показания мои, при следствии данные, вполне утверждаю. К оправданию своему или разъяснению дела ничего более представить не имею». 14 марта военный суд по полевому уголовному кодексу приговорил Калиновского к расстрелу «...за принятие звания члена Революционного комитета Литвы, а после этого главного распорядителя восстания в здешнем крае, а вместе с тем измену государству и склонение к бунту жителей». 16 марта при* говор был рассмотрен временным полевым аудиториа-том, который постановил: «За преступление его, составлявшее высшую степень участия в мятеже против правительства с возбуждением к тому деятельным распространением и поддержанием восстания... казнить смертью повешением». Резолюция Муравьева гласила: «Согласен. Исполнить приговор в Вильно в три дня».

22 марта в десять часов утра приговор был приведен в исполнение на базарной площади Лукишки. «Было ясное холодное утро, — пишет Мосолов, — Калиновский шел на казнь смело: придя на площадь, он встал прямо лицом к виселице и лишь по временам кидал взоры в далекую толпу. Когда ему читали конфирмацию, он стал было делать замечания. Так, например, когда назвали его имя- дворянин Викентий Калиновский, он воскликнул: «У нас нет дворян, все равны!»

Над современными площадями и средневековой готикой Вильнюса возвышается и ныне гора, увенчан-

ная башней Гедимина. Тяжким был труд строителей этой некогда грозной крепости. «Как тябе у Вильню горы капаць», — чертыхаются и поныне старцы белорусы. Много преданий и легенд связано с этой твер' дыней. Грозные сечи литовцев и русских с тевтонами видели ее стены. Деревья Ботанического сада, раскинувшего на склонах горы, еще хранят память о бурном 1863 годе, о конспиративных встречах повстанцев под их кронами. На вершине Замковой горы под охраной столетних лип покоятся останки героев 1863 года — Зыгм^унта Сераковского, Константина Калиновского и других руководителей восстания, имена которых олицетворяют кровную, неразрывную связь народов Советского Союза и демократической Польши.

Константин Калиновский.

P R Г К Д Z

Ml (ЗИМ

I IlMri 1 Ш*мМ ;

Мужицкая правда» и «Приказ народу земли Литовском и Белорусской».

4 «ГС

Г *чй>:•v!1' tb ‘*

{.Щи г^й*»'& ti‘Ti4Ss'lb•*йй*«

•H ’

i ДИВаёЕзШви ДИИишташИ

:;;И1рЩ^Ж‘Йй|р iS

а'*'5ЩШИНрг^да

*KiiM 'te Ч Ч" i^fiSp - Щ::

iJUlijpi

i-KUHUa.-

!•, Ml

Людвик Звеждовский.

«Бой». Рис. А. Гротгера.

Юзеф Гауке — Босак.

Мпхал Гейденренх — Крук.

Иероним Кеневпч.

ИМ, АЛЕКСАНДРЪ ВТОРЫМ

ИМПЕРАТОРЪ И САМОДЕРЖЕЦЪ ВСЕР0СС1ЙС К1Й

ЦАРЬ ПОЛЬСКОЙ ВЕЛИК1Й КНЯЗЬ ФИНДЯИДСК1Й,

я прочел Я С^ОЧМ г пули Обгавласвг вдги ОАШВНЪ Иртвгддаагшгг

I v догоняв* мботмвоств ПАШЕЙ о благ* aetn atpnoni шипите НАШНП., MU, Умаояг кг Г» деве вбирала 1861 row. армпвлв u благо отвДякте вргдотво* ярд») tin (main гоелопсне Бог«мг и1унм1 ВАМЪ Poena

Wtjui просг&вяг Doitiunon, КЫ un яа tier jo было НАШЕМУ М«гари«ву с/рдпу, по*/л1ла аццо aclirw врсмгат® — •Л|шнип «рсттедиаге nniuxui вг rfwmi wjxi JtTBilo rpcia, t t. ю 19 Ф'арала вас травлю 1863 rofti. вг мш{ ecnnnoxTt ; biv бившиiг алаЛлеат

Hurt n?mm Веевогтвиго в* воиыпе, пктоящвгх Манифест ore ofruajacin. полвув свободу aelre etpuoeojOa»»»»* НА ШИМЬ гг ааяову бы «лип в cocioihib» они ягаряпадаолла Отяыя! гаобсм Иры в выполв/як обридовг »а цсрсяя состоите юс-одам* ясявагч

Ре\ге ерсетежпаве, ran бишвявг грепоствияг твп в госуйрствспнпгг, мрут вг огрсдглсжябгг pBiatpi хшжи. бог I'uol л оцуп уплаты tan ВиМишп r»n в Государеву, п ввлас* веотгелияи'* в вотоветвсвяс* вхг алахбжй Ппдвгмп. яа rlpaoere варода НАШЕГО в вркавааг и благо it* облачен:в края угряинвта арвш НАШУ. МЫ. отшм! вора, а плат и, оаобмрлк НАШИХЪ любе пом г Ирвопоцавиихг отг кто ром набором в воинаосто* рскрутсдог. 3* *tn, сплдатаге арап НАШЕЙ повел 1алежг вомратятгся яа Исто вхг родяяи