Чтение онлайн

Товарищи пожимают руку Буффарику и подшучивают над трубачом с дамой на спине.

– Смейтесь! – отвечает Соленый Клюв. – Эта баба настоящий солдат. Из-за нее захватили в плен нашего Сорви-голову, она оторвала ногу у Понтиса и выбила мне зубы!

Наконец Буффарик и трубач подходят к укреплению. Оба – измучены. Изувеченная нога бедного Понтиса бессильно болтается Дама в черном приходит в себя, стонет, сердится.

Ясное июньское солнце освещает ужасную картину: трупы убитых, пушки, обращенные на Малахов курган, окровавленные штыки, закоптелые лица.

– Кто вы такие? – восклицает вдруг дама в черном, обводя окружающее блуждающим взором. – Куда вы несете меня?

– Я – трубач и капрал, несу вас в лазарет!

– Я не хочу, оставьте меня!

– Сударыня, – тихо возражает трубач, – вы не можете сделать шага… будьте благоразумны! Вы тяжело ранены. В лазарете доктор Фельц будет ухаживать за вами!

– Оставьте меня, говорю вам!

Трубач ставит ее на ноги и поддерживает.

Бледная, как мертвец, окровавленная, с неподвижной и распухшей до локтя рукой, она, по-видимому, начинает сознавать всю серьезность своего положения. Ее раздробленная рука тяжела, как свинец, и причиняет невыносимые страдания. Обычная энергия изменяет ей. Изувеченная, взятая в плен, зная о новой победе французов, она чувствует дрожь во всем теле, и крупные слезы катятся из ее глаз.

Вдруг в двух шагах от нее останавливается украшенная двумя Трехцветными значками карета, подъехавшая с легким звоном колокольчика, Юноша в костюме зуава и молодая девушка выскакивают из кареты.

Дама в черном готова упасть, молодая девушка принимает ее в свои объятия.

– Роза… дитя мое… это вы? – тихо шепчет раненая. – Я умираю!

– Нет, нет, – с волнением восклицает Роза, – вы не умрете! Мы спасем вас!

Дама в черном грустно улыбается сквозь слезы. С помощью брата Роза усаживает раненую в карету, потом возвращается к отцу, держащему на руках Понтиса.

– Местечко для товарища, правда, Роза? – говорит сержант, с любовью глядя на дочь.

– Папа, милый папа! Ты невредим! Какое счастье! Бедный Понтис! Мы позаботимся о нем!

Зуава кладут рядом с раненой, потом отец и дочь горячо обнимаются.

– А где Жан? – тихо спрашивает Роза, беспокоясь, что не видит любимого человека.

– Баста! Представь себе, его взяли в плен!

– В плен? Тогда он умрет? Боже мой!

– Клянусь тебе, что нет! Он вернется. Его выменяют на полковника. Генерал Боске устроит это!

– Соленый Клюв, выпьешь? – спрашивает Тото своего приятеля-трубача с окровавленной рукой.

– Да, это лучшее средство против всех болезней. За твое здоровье, друг!

– Роза, милая, – говорит Буффарик, – скорее в лазарет! Бодрись, не скучай! Все будет хорошо. А ты, трубач, иди на перевязку. Твоя рука нехороша. Тото пойдет пешком, а для тебя найдется местечко в экипаже!

Соленый Клюв беззаботно улыбается.

– С траншеей вместо лазарета, – говорит он, – с кухней тетки Буффарик вместо аптеки и с новым инструментом, чтобы трубить на приступ, я быстро поправлюсь!

– Ты смельчак и молодец! Это я тебе говорю, я, Буффарик, и расскажу капитану о твоем поступке и твоей ране!

– Расскажешь? Правда?

– Это мой долг! Я буду доволен, когда увижу на твоей груди медаль, давно тобой заслуженную!

* * * Благодаря этой победе осада Севастополя сделала решительный шаг вперед.

Обратная сторона победы: убитые, похороны, раненые, ужасная работа в лазарете.

Раненые прибывают со всех сторон. Их несут на носилках, на ружьях, на спинах, везут в каретах.

Доктор Фельц в фартуке, с засученными рукавами, теряет голову. Его помощники не знают, за что приняться. Всюду кровь, которая струится, течет, капает. Кровью окрашены матрацы, полотно палатки, покрывала, люди, земля, на которой лежат умирающие.

В нескольких шагах – ампутированные члены, сложенные в кучу, как дрова. Крики, жалобы, рыдания, вопли!

Отвратительный запах крови, смешанный с запахом хлороформа! Бедные солдаты! Бедные молодые люди, крепкие, сильные, цветущие! Бедные матери, которые там, далеко в деревнях, с трепетом прочтут известие о победе!

Работа хирургов в самом разгаре. Доктор Фельц собирается оперировать русского солдата, когда Понтис и дама в черном появляются на пороге этого ада.

Скоро пять часов.

Буффарик спешит к Понтису, ободряет и утешает его. Роза не отходит от княгини. Княгиня, мрачная, бодрится и молчит.

Однако при виде заботы и ухода, которыми окружены русские раненые, ее взор смягчается и складка гнева на лбу исчезает.

Не выказывая ни малейшего удивления при виде элегантной женщины, доктор почтительно кланяется ей и говорит:

– Сударыня… я страшно занят… каждая минута на счету! Все, что я могу сделать для вас… это уделить вам несколько минут…

Охваченная волнением, княгиня говорит доктору:

– Благодарю вас, сударь… Но этот солдат страдает более меня. Займитесь им. Я подожду!

– Это ты, Понтис? – наклоняется доктор к раненому. – Что у тебя такое?

Смертельно бледный, но твердый и решительный, зуав поднимает свои шальвары до колена и показывает раздробленную ногу.

– Ничто не поможет, господин доктор? – спрашивает он слабым голосом.

– Одно только средство, бедный мой… ампутация!

Зуав вздрагивает и сейчас же говорит:

– Начинайте, господин доктор!

– Усыпить тебя?

– Вы очень добры… не стоит труда! Сержант Буффарик, пока господин доктор отхватывает мне ногу, я выкурю трубочку…

– Да, да, голубь мой, я сейчас раскурю ее тебе! – отвечает Буффарик с влажными глазами.

Приготовления к операции окончены в одну минуту. Понтис берет трубку и затягивается.

– Готов?

– Валяйте, господин доктор!

Одним ударом хирург отрезает лоскут кожи. Понтис вздрагивает и курит. Еще несколько секунд… скрип пилки по кости… отрезанная нога падает на землю.

Пот градом льется по лицу зуава, продолжающего, сжав челюсти, курить.

Бледный как полотно Буффарик смотрит на него. Княгиня отвернулась, Роза тихо плачет.

– Ты молодец, Понтис! – говорит доктор. – Ты выздоровеешь и будешь награжден!

– Сейчас же! – произносит звучный голос, заставляющий всех обернуться.

Доктор кланяется, Буффарик выпрямляется, раненый, приподнимаясь, отдает честь и бормочет: