Чтение онлайн

– Ника… – послышался тонкий голос. Вероника обернулась. Алина смотрела на неё, и её глаза были полны слёз. Бывшая подруга резко встала со стула, так, что тот с грохотом опрокинулся, и крепко обняла Веронику. – Я не знала… прости… тебе столько всего пришлось пережить…

– Я… – Вероника растерялась.

Алина отстранилась.

– Мы сможем поговорить? – с мольбой в голосе спросила она. – Не сейчас, после собрания, а чуть позже. Я тебя найду.

– Да, конечно.

Слова сорвались с губ раньше, чем Вероника успела их осознать.

Бывшая подруга еле заметно улыбнулась и обернулась к мэру.

– Простите, что прервала.

– Не страшно, – он кивнул. – Продолжим, если не возражаете.

– Да, – ответила Вероника.

Краем глаза она видела, как подруга неловко наклонилась за стулом, подняла его, села. Хотя неприятный допрос продолжался, теперь стало капельку легче.

Может, она и зря решила согласиться. Может, это и грозит очередным шагом на те же грабли. Только не всё же общаться с несносным «соседом». Люди тоже нужны, а с её неумением общаться терять старых друзей и вовсе непозволительно.

Пятнадцать минут спустя всё закончилось.

– Спасибо, – наконец сказала директриса. – Можешь сесть.

Вероника опустилась на стул и оглянулась на Адена. Он показал большой палец. Она кивнула и с облегчением выдохнула. Всё. Кажется, кошмар кончился.

– Я прошу подняться Порождающего тьму Деланея, бывшего бога тьмы, Столпа и повелителя мира мёртвых, – монотонно пробубнил помощник мэра.

А вот и нет. Не кончился…

В зале вновь воцарилась звенящая тишина. Под взглядами присутствующих Деланей поднялся и замер.

– Прежде всего я хотел бы поблагодарить вас за то, что вы решили остаться в Санктуме, – заговорил мэр. Бывший бог тьмы поморщился, словно хотел сказать: «как будто у меня был выбор», но решил промолчать. – Мы предоставим вам отдельный дом и назначим опекунов.

– Да, спасибо.

– Я хотел бы поднять неудобные темы, если не возражаете.

– Ещё более неудобные, чем те, что здесь уже поднимались? – с горечью в голосе спросил Деланей.

Изумлённая Вероника взглянула на него. Отец подмигнул ей и вновь посмотрел на мэра.

– Да, пожалуй, – пробормотал тот. – Ладно, начнём. Я хотел бы узнать, с какого момента… кхм… вы были одержимы Дьяволицей?

– По вашему летоисчислению – примерно с первых десятков лет нашей эры.

Вероника вздрогнула. Отец произнёс это спокойным, лишённым эмоций голосом, но что-то выдавало в нём истинные чувства. Она была уверена, что если бы Санни связала их, как когда-то с Аденом, она бы ощутила ту же пустоту, если не хуже. Одно дело – быть в тишине и темноте сто восемьдесят лет, другое – две тысячи под каблуком вселенского зла.

– Но… как? – изумлённо спросил бог огня.

– Вот так, дружище, – Деланей невесело усмехнулся. – Я спустился в мир людей, познакомился с девушкой. Она была очень милой, приветливой, заботливой. Я провёл с ней несколько месяцев. Однажды она ушла и не вернулась. Я отправился на поиски и нашёл душу рядом с мёртвым телом. И, чтобы не потерять её, я сохранил её в своей тени. А она…

Бывший бог тьмы замолчал. Вероника ощутила, как сердце заколотилось в груди. Она машинально коснулась шрама на щеке. Что-то похожее однажды случалось и с ней.

– Постой, ты сказал… душа рядом с телом? – еле слышно спросила Благословляющая воду.

– Джина – мастер… как бы это сказать… незнакомой нам магии, – Деланей опустил взгляд. Похоже, воспоминания давались ему нелегко. – Я не уверен, что смогу это правильно объяснить… У неё нет своего полноценного Дара. Вернее, есть, но она не может им пользоваться – только передать по наследству. Сама же она может манипулировать энергией мироздания, использовать элементы, которые неподвластны Дарам, соединять их и получать что-то новое. Обычные люди, наверное, назвали бы её алхимиком или ведьмой.

Фалберт откашлялся.

– Но как это вообще возможно?

Деланей пожал плечами.

– Не знаю, дружище, не знаю… Я мог только наблюдать за этим, объяснений мне никто не давал.

– И как же ты себя чувствовал при этом? – прошептала Ведущая битву.

– Лучше тебе не знать.

Допрос продолжался несколько часов.

Обедали и ужинали там же, в зале. День пролетел незаметно. Казалось, всё только началось – и вот помещение уже затопила мягкая тьма, которую разогнал Фалберт двумя щелчками пальцев. Совет грозился затянуться до утра, но боги решили, что пора остановиться.

Руководители академии и глава города в спешке подводили итоги и раздавали последние указания. Вероника удобно устроилась на плече Адена, напрасно пытаясь вслушиваться. Слова долетали до неё сквозь сладкую дремоту, обрывками, кусочками, из которых не собрать целого паззла. Аден помогал – мысленно дополнял всё своими словами. Иногда Вероника открывала глаза и смотрела по сторонам, пытаясь увидеть, как реагируют окружающие на решения администрации.

Санни и Лилиан предстояло помогать Элиоту. Последний выглядел недовольным – казалось, он сам был не рад своему предложению, сделанному в начале дня.

Алина должна была отрабатывать при академии вместе с Ведущей битву. Последняя вызвалась сама – похоже, она решила, что тоже заслужила наказание, пусть и такое бестолковое. Вероника на мгновение захотела предложить что-то посерьёзней – в конце концов, доля вины за смерть Джереми лежала на плечах богини войны – но передумала. Слишком устала, да и желание иссякло так же быстро, как появилось. Одарённым не должна быть знакома жажда мести.

Герои, участвовавшие в битве, оставались в городе под наблюдением руководства. Для некоторых из них это означало вызов с каникул и командировок. Веронике казалось, что она слышит невысказанный вопрос о зове Дара. Она была уверена, что после собрания его ещё поднимут, но уже без Одарённых, в узких кругах администрации.

Деланей оставался в Санктуме. Ему назначались наставники, призванные приучить к человеческой жизни.

Александроса, бывшего помощника Элиота, депортировали из страны. Кажется, поднимался вопрос и о лишении гражданства.

После собрания Вероника ждала Алину, но та выскользнула из зала и растворилась во тьме. Видимо, появится завтра. Интересно, где она ночует? Их общая комната в общежитии по-прежнему пустовала.

Что происходило дальше, запомнилось смутно. Кажется, Вероника позволила Адену довести себя до кровати и уложить спать. Сквозь полудрёму услышала пожелание приятных снов и отключилась, едва голова коснулась подушки.