Герои Вопреки. Часть I
Шрифт:
Да и с детства считавший себя серьезным, он откровенно презирал взрослых любителей прожигать жизнь в играх. Собственно, в детстве он в них и играл последний раз.
Скорее по причине избытка свободного времени, которое отец старался заполнить подходящими, по его мнению, развлечениями. Видимо ставя галочку напротив того, чего ему самому в детстве не хватало.
Девица, однако, похоже сопровождать его никуда не собиралась, снова приветливо улыбаясь кому-то позади него. Сверившись с коммуникатором, осознал, что ожидали его в самом конце зала.
«Сектор Б-12, прямо как витаминка, — улыбнулся Толя про себя.»
Молодой паренек, вряд ли закончивший обучение в меде, что-то тыкал в голо-интерфейсе небольшого рабочего стола. Белый халат на нем висел, как на вешалке простыня, а крупные голо-очки придавали ему и еще менее серьезный вид.
Погрустнев, Толя невольно стал готовиться к худшему. Например, потоку идиотских вопросов на непонятные темы, собеседование как никак.
Но паренек лишь пробормотал приветствие, получил от него регистрационный номер и, постучав по символам, проецирующимся на стол, сказал:
— Капсула шесть-восемь-два, проходите пока, вещи там в ящик сложите, доступ открыт на вас, эм-м Анатолий Андреевич.
И махнул длинной рукой куда-то в угол. В той стороне сразу нашлась капсула с названным номером. У нее единственной крышка была прозрачной и приоткрытой, видимо все остальные в данный момент использовались. За ней нашелся и шкафчик, распахнувшийся сразу после того, как Толя прижал большой палец к замку.
Спустя пару минут, интерн наконец подошел. И на вопрос, когда же собеседование, сперва повернув голову на бок, оценивающе посмотрел с подозрением. Очевидно гадая, не придуривается ли пациент. То есть, как на идиота.
А потом медленно и вкрадчиво стал разжевывать, растягивая слова, что собеседование проводит Нейро-Интеллект заказчика экспериментов по своим алгоритмам. Он просто сотрудник мед-центра, его дело проследить, чтобы «пациент» себе ничего крышкой не прищемил.
После сделал приглашающий жест внутрь, распахнувшейся на этих словах, капсулы. Толя же, чувствуя, что начинает привыкать ощущать себя идиотом при столкновении с, избегаемыми всю жизнь, новомодными технологиями, молча залез внутрь пластикового гроба с огоньками.
Устроился в ложементе и невольно зажмурился, когда крышка капсулы внезапно оказалась закрытой и непроницаемо черной.
Миг, и она вновь стала прозрачной, почему-то ослепив неоново ярким освещением мед зала. С трудом разминая затекшие конечности, Толя начал что-то подозревать, косясь на черный «шайтан гроб».
«Усыпил он меня что ли незаметно.»
Не торопясь достал вещи. Размял шею и стал соображать, что дальше делать. Тут же подошел зевающий парень, подтвердив опасения.
«Он же еще недавно бодрячком был вроде.»
Неуверенно косясь на долговязую фигуру, Толя достал свои вещи и принял из его рук устаревшие и громоздкие голо-очки с мнемо-управлением. Медработник пояснил, что они проведут до самого кабинета экспериментаторов.
«А то совместимого устройства у вас нет, загрузить маршрут некуда. За руку каждого водить некому.»
Уточнил при этом, что голо-очки нужно сдать на руки нанимателю. Потер шею и молча поплелся к своему столу.
Будущий экспериментатор покосился на свой коммуникатор, гадая с чем это он несовместимый. Помялся, держа в напряженных руках тяжелое устройство будто хрустальную гадюку.
Неохотно напялил на голову неудобное приспособление и, чуть не шарахнулся, когда поверх окружающего мира загорелся непривычный угловатый интерфейс. Будто нарисованный поверх объектов.
Цифры на капсулах стали обведены светящимся контуром, а на полу появилась частая сетка координат, прямо поверх которой змеился пунктир маршрута. Сперва его привычно затошнило, но сжатые зубы помогли сфокусироваться на окружающих объектах.
Привыкая, потрогал гладкую поверхность капсулы. Вгляделся в отражающиеся на глянцевом плексигласе лампы, сияющие под потолком. Сделал глубокий вдох, а затем выдох, приводя восприятие мира в норму. Не торопясь повертел головой, приноравливаясь к весу конструкции и все увереннее пошел за мигающим пунктиром на полу.
Идти пришлось и впрямь долго. Комплекс был громадным, пронизанным горизонтальными транспортными туннелями и лифтовыми шахтами. Только вот между ними еще нужно было знать куда идти.
Действительно будь у него голо-комм, не пришлось бы нести на голове это чудо из прошлого чисто скворечник. Но встречные ни разу даже не покосились на него с улыбкой. А на некоторых крепких старичках были точно такие же шлемы.
Толин личный коммуникатор мог складываться, а мог не складываться. Мог показывать, а мог озвучивать. На этом достоинства модели заканчивались. Начинка коммуникатора устарела уже настолько, что даже кофе-машина на этаже его игнорировала.
Невольно стало как-то неудобно за свою отсталость. И это чувство неумолимо усилилось, когда мимо с шуршанием пронеслись две старушки на гиро-платформах.
Через двадцать минут, мрачно стягивая с головы чудо техники, мужчина постучал наконец в ничем не примечательную дверь. Современная, она представляла из себя скорее контур посреди длиннющего коридора без единого номера, видимого невооруженным глазом, или навигационной линии, хотя бы к туалету.
Никакой реакции, постучал еще раз. Постояв дурнем еще минуту, догадался опять напялить шлем и мысленно нажать на мигающий сигнал виртуального вызова, прилипший к тому месту на двери, где должна бы располагаться старомодная дверная ручка.
На двери появилось мерцающее окошко. В центре которого проступило лицо немолодого собранного мужчины с ровной короткой прической. Он что-то суетливо делал, но вдруг повернулся и кивнул, нажимая что-то за пределами окошка.
Дверь беззвучно открылась, сама собой уйдя в стену. А на экране очков полностью исчезли все светящиеся отметки, превратив их в обычный прозрачный пластик.
У порога Толю уже встречал тот самый мужчина в белом халате.
— Руководитель проекта Мерченков Риктор, — представился он. — Ведаю микро-отделом исследования капсул длительного погружения по государственному гранту. Добро пожаловать в лабораторию, надеюсь ваше рабочее место на ближайшие три месяца.
По идеально поставленной речи с академическим акцентом, было очевидно, что русский не его родной язык, но говорил он вежливо и подчеркнуто приветливо. Так что показался нормальным мужиком.
— Анатолий. Здравствуйте… — неуверенно поздоровался Толя, озираясь вокруг.
Лаборатория, слово громкое. Две смежных конуры с рядами гробов под потолок, перевитых кожухами кабелей и трубок. Капсулами эти конструкции называть не хотелось. Настолько они были громоздкими, угловатыми и оплетенными неопрятными пучками кабелей и трубок.