Чтение онлайн

– Таким угодным ты был и при мне, потом, когда я слегла, ты подсидел меня, и опять ты встаёшь на сторону сильных, а не правых

– Не надо мне нотации читать, сдавай оружие и протягивай руки, ты арестована.

Дела были очень плохи, и чтобы Настю не схватили, она заставила встать женщину, у которой якобы взяла взятку и приставила к её голове пистолет.

– Захват гражданского лица в заложники - отчеканил ФСБшник.

– Расступитесь - сказала она силовикам - а то я её застрелю, я не шучу.

– Угроза жизни гражданскому лицу - вставил свои пять копеек ФСБшник.

– Злоупотребление служебным положением, припиши себе - сказала она и направилась с заложницей к выходу, омоновцы расступились, она покинула свой кабинет, а затем и здание, женщина стала ей в обузу, и она оставив её убежала. Куда направляться она не знала, но недалеко слышала вой сирен, это ехали её задерживать, она решила скрыться в лесу, но силовики спустили собак, и те вскоре её догнали, она повернулась к ним и рукой сделала стоп, они остановились. Она посмотрела одной в глаза, нашла общее понимание, та гавкнула:"Её не трогать", а когда показался омоновец гавкнула"Бежим на него" и собаки напали на силовика. Артемьева побежала дальше, недалеко от водоёма шла дорога, там-то ей путь перекрыли полицейские машины, сзади, были силовики.

– Всё кончено, Насть, тебе бежать некуда - сказал Хлебников.

– Я знаю - ответила она и подумала, с палец зажил от воды, может, и рана заживёт? Правозащитники, видя её замешательство, стали приближаться, рискнув, Анастасия направила пистолет к виску и выстрелила. Её тело упало в водоём и было унесено течением.

– За ней - сказал Хлебников.

– За трупом?

– Где доказательства, что она умерла?

– Она тебе Кутузов, чтобы с дыркой в голове жить?
– ответил вопросом ему полицейский.

Придя в сознание, она выплыла, но почувствовала сильную боль в голове.

– Наверное, от пули - подумала она и стала напрягать мышцы головы, чтобы пуля вышла, сначала показалась струйка крови, потом вылезла металлическая горошинка, Артемьева ещё нырнула под воду, и когда вынырнула, это место было целым. Она поплыла по-собачьи, и скоро оказалась на берегу.

Глава 4

Скоро власть оказалась в руках Пчелова, он предложил депутатам подготовить и рассмотреть приказ о введении в оборот смертной казни, законопроект был подготовлен, но большинство проголосовало против. Идя против закона, Пчелов попросил показать ему законопроект и не найдя в нём ничего странного, подписал. Депутаты стали возмущаться, почему он себе такое позволяет, и Пчелов, в ответ на это, распустил Думу и созвал новую, из более лояльных ему людей.

Когда приказ N1 вступил в силу, Бонов в число кандидатов на расстрел внёс Перепелкова, конвойные подошли к камере, назвали фамилии пятерых человек, среди которых оказались благодетель Пчелова и его подопечные, Перепелков не поверил своим ушам, он всё ещё надеялся, что ему выдадут вещи и выпустят, но его вели в подвал. Его заставили раздеться и встать к стенке, офицер дал команду зарядить ружьё. Конвойные дёрнули затвор, Перепелков попытался воззвать к чувствам, сказав, что он друг Пчелова, и если позвонить тому, то Степан за него попросит.

Только прозвучала команда: Огонь! Они выстрелили, и Перепелков с пулей в затылке упал наземь.

– Куда тела?
– спросили конвойные.

– В крематорий - ответил офицер.

Путь к власти Пчелову давался тяжело, приходилось делать всё озираясь, как бы не поймали.

Первым делом он нашёл учёного, который был в психиатрической больнице и забрал его.

– Зачем он нам?
– спросил Бонов.

– Для создания препарата, который нам даст сверхлюдей.

Петров был угрюм и глядел из подлобья.

– Работник больницы сказал, что у него депрессия, а работа - хорошее лекарство, помогающее при этом недуге - сказал Пчелов, он нашёл помещение для лаборатории, свёз туда вещи, но учёный ни в какую.

– Пустая затея - проворчал Бонов

Через несколько дней тот стал меняться, то колбочки от пыли очистит, то записи в дневнике начнёт.

– Это очень медленно - сказал Бонов.

– А ты что предлагаешь?
– спросил Пчелов.

– Я предлагаю привлечь на свою сторону армию и повернуть её против власти.

– А если армия не захочет идти против них?

– Всем есть своя цена.

– Они смертные, и сколько им не дай, страх будет преобладать над ними, а с Петровым мы создадим армию, которая выполнит твои планы.

Пчелов постоянно куда-то убегал, решал вопросы. Катя часто оставалась с его идейным руководителем. Так, он начал по-другому смотреть на неё, в её лице он видел что-то необычное. Когда она проходила мимо, он замирал и медленно поворачивал голову, смотря на её красивую спину, он ещё не понимал, что влюбился. А ведь их отношения не так сладко начинались, он постоянно ворчал, высказывал претензии Пчелову. И когда он отошёл, то Катя спросила мужа: Почему он такой ворчливый?

– Потому что он великий, а я простой.

– Если бы ты был простым, я бы за тебя не вышла, он просто ездит на тебе, мы без него всё можем сделать.

– Наверное, но сейчас я должен думать о других вещах - сказал Пчелов и ушёл.

В помещение зашёл громила.

– Решила против меня его настроить, ты просто его жена, не больше.

– А ты просто трепальщик, и не больше.

– Что ты сказала?
– спросил он, вплотную приблизившись к ней.

– Хочешь выяснить, кто сильнее? Давай - ответила она, встав в позу дзюдоиста.

– Не хочу, у нас много врагов, если мы будем подсаживать друг друга, то ничего не добьёмся - сказал он и вышел.

– Сдался - подумала она. Он прекрасно знал, что после того случая в квартире, когда к Пчеловым вломились люди в масках, она получила способности хорошо драться, не уступая обладателю чёрного пояса по карате, и хоть верзила был не из слабых, соваться к ней он не хотел.

Но потом, сидя с ней, он придумал стих и прочитал:

Твои глаза, как мимоза,

такие красивые, как слеза;

Твои руки - это чудо-руки,

таких нежных рук я не видел никогда.

Немного било по ушам, но то, что это было собственное сочинение, дало ещё больше уважать этого человека.

– Приятно - сказала она, посмотрев на свои руки "такие нежные руки..." я не помню, когда в последний раз такие слова от мужа слышала, наверное, на нашу годовщину, а хочется каждый день. Разве я вышла из возраста, когда женщинам говорят комплименты? Нет, мне всего сорок один, единственное, чего мне не хватает - детей, потому что я всю жизнь отдала мужу, в двадцать три за него вышла, так от него ни на шаг.