Чтение онлайн

— Вы не сожалеете о своем выборе? — спросил Рандольф.

— Только в тех случаях, когда меня обманывают люди, которым я доверяю.

Рандольф удивленно посмотрел на Элизабет, и она добавила:

— И когда я вынуждена встречать Рождество в Англии.

— А что вы ждете от нынешнего Рождества?

— Я очень надеюсь, что в этот раз мне удастся справить Рождество дома. Я украшу своих лошадей веточками эдинбургского плюща, а сама буду греться возле очага с горящими и потрескивающими дубовыми дровами. А вы?

Рандольф неопределенно пожал плечами, но Элизабет почувствовала его внутреннее напряжение.

Рандольф взял у нее мешочек с зерном и начал кормить лебедя. Часть зерен лебедь клевал сам, а другие, взяв в клюв, относил в хижину своей подруге со сломанным крылом.

— А я надеюсь услышать радостные крики и слова благодарности ткачей Локкаррона, когда они увидят купленные мною прялки, — ответил Рандольф. — Этот год выдался тяжелым, и подобные подарки людям нужнее, чем обычные праздничные безделушки.

Элизабет согласно кивнула, подумав, что за предпраздничными ожиданиями Рандольфа все-таки скрывается нечто большее, чем радость ткачей Локкаррона.

На вечернюю службу в часовню Элизабет отправилась вместе с Макквином и семьей его брата. Племянник Рандольфа Аласдаир радостно прыгал вокруг нее и, с любопытством оглядывая ее, задавал откровенные вопросы:

— А вы собираетесь отвести моего дядю Рандольфа к алтарю?

Элизабет смутилась и покраснела, но ответила:

— Я — герольд короля, и мне не полагается иметь мужа.

Рандольф многозначительно посмотрел на маленького племянника, но тот лишь засмеялся и сказал:

— Это хорошо, а то мама говорит, что от графини Наирна не так-то легко отделаться. Правда, дядя Рандольф?

Они вошли в часовню, и Макквин увидел, что Элизабет беззвучно смеется. Опасаясь новых вопросов и реплик шустрого племянника, он взял его за локоть и, строго посмотрев ему в глаза, произнес:

— Плохо воспитанные дети не дождутся рождественских подарков!

Мальчик опустил глаза.

— Я не буду больше ни о чем спрашивать, если вы попросите леди Элизабет научить меня быть герольдом.

Отблески зажженных свечей осветили нежное лицо Элизабет и ее роскошные пышные волосы.

— Аласдаир, — тихо позвала она, услышав слова мальчика, — я думаю, когда ты вырастешь, станешь влиятельным человеком, и тебе самому будет нужен герольд.

На лице Аласдаира появилось важное выражение.

— Той весной у меня появилась сестра, — сказал он. — Когда она немного подрастет, станет моим герольдом Двери часовни тихо закрылись, и вечерняя молитва началась. Элизабет наклонилась к Рандольфу и прошептала:

— Сегодня король Эдуард II поймал много крупных лососей и пребывает в отличном расположении духа. Я знаю, он запретил Драммонду видеться с родственниками, но, может быть, мне попросить короля изменить условия его освобождения и разрешить вам навещать брата и его семью ) Предложение Элизабет было неожиданным, но если ей действительно удастся убедить короля изменить одно из условий освобождения Драммонда, то Рандольф сможет часто видеться с братом, а это очень важно и необходимо для них обоих.

— Так мне поговорить с Эдуардом II? — спросила Элизабет.

Рандольф с восхищением посмотрел на нее.

— Буду вам очень признателен, — искренне ответил он, а затем, улыбнувшись, добавил:

— Если вам это удастся, я построю для ваших лошадей большую просторную конюшню!

Элизабет вопросительно глянула на него.

— Нет, не волнуйтесь, — поспешно сказал он, — ни о каких предварительных условиях, обязательствах и пари речь не пойдет!

В глазах Элизабет мелькнули веселые огоньки.

— Клянетесь?

Рандольф прижал руку к груди.

— Клянусь, — твердо ответил он и весело подмигнул Элизабет.

— Хорошо, считайте, что я вам поверила.

Какое-то время она внимательно смотрела на алтарь, а затем, снова повернувшись к Макквину, доверительно прошептала:

— Я всегда мечтала иметь большую просторную конюшню. — И, немного помолчав, добавила:

— Ну и корабль, разумеется, тоже.

Рандольф решил пока не делиться с Элизабет Гордон своими сокровенными желаниями и мечтами, опасаясь, что, услышав их, она с негодованием выбежит из часовни, помешав вечерней молитве прихожан.

В праздник святого Николаев Рандольф и Элизабет отправились в Клоузбург. Пока девушка выбирала на ярмарке праздничные товары, Рандольф подошел к старухе-гадалке и, дав монету, шепнул ей что-то на ухо. Затем якобы случайно подвел свою спутницу к гадалке и попросил, чтобы та предсказала ей судьбу.

Гадалка внимательно и долго разглядывала руку Элизабет, после чего заявила, что у них с Рандольфом Макквином будет много сыновей.

Элизабет Гордон, вопреки ожиданиям Рандольфа, отнеслась к заявлению гадалки спокойно и без суеверного страха. Немного помолчав, она вздохнула и сказала, что предпочитает иметь мужа и дочерей от него.

— А скажите, кто родится у моей лошади Мэджести? — спросила она гадалку.

— Черный жеребенок, — уверенно ответила старуха. — Абсолютно черный, без единого пятнышка.

Элизабет лукаво улыбнулась Рандольфу:

— Кажется, вы собирались купить черного жеребца?

— Да, но я предпочел бы получить его в качестве вашего приданого, — невозмутимо ответил он.

— Боюсь, вам это не удастся, — покачала головой Элизабет. — Но если мы сойдемся в цене, то я привезу его вам. К тому времени я уже научусь управлять вашим кораблем.

«К тому времени ты будешь моей женой», — подумал Макквин, а вслух сказал:

— Какая вы самоуверенная, Элизабет! Должно быть, праздничный эль ударил вам в голову!