Чтение онлайн

— Ты был нужен в Друфриэме, у меня были на тебя определённые планы.

— А по конкретнее?

— Ну, если честно, то я хотела посмотреть как ты сможешь повлиять на это общество работорговцев. Вдруг получилось бы его сломать? — лукаво улыбалась мне эта женщина, что очень удачно сейчас имитировала молодую девушку.

Гоблин-повар достал из под стола три большие кружки, разлил по ним свой пунш, один оставил себе и два раздал нам с богиней. Усевшись на свой табурет по ту сторону прилавка, повар начал внимательно следить за беседой меня и богини.

Сделав острожный глоток, сжимая двумя руками свою кружку, продолжила говорить женщина:

— Чтобы ты знал, боги не могут вот так просто пойти и поговорить с нужным им смертным или с почти бессмертным героем. Для этого нужен бог посредник, что случается крайне редко, мы не то чтобы не ладим, мы стараемся друг друга не замечать. Илитариал организовал это место, где мы с тобой можем пообщаться. Так сказать поймал тебя на вкусненьком, — прыснула богиня от своей шутки.

— Хм… бесплатный сыр, — поворачиваюсь в сторону повара. — Так ты поэтому не принял с меня деньги в начале?

Тот кивает отрицательно, а потом кивает в сторону таблички с ценниками. Я посмотрел на ценники, потом посмотрел на улыбающегося самой мерзкой гоблинской улыбкой хозяина павильона, который к тому же еще правой рукой показывал мне межмировой жест означающий «деньги».

— А чего он сейчас молчит тогда? В начале говорил.

— Наговорился, — ответил гоблин.

— А ну раз так, тогда ладно.

Мы все втроём сделали по глубокому глотку пунша, который уже успел чуть-чуть подостыть и не быть таким обжигающим как в начале.

— То есть всё дело в банальном интересе, как герои, которых вы засылаете, снова и снова ломают этот мир? — задал я вопрос, для которого тщательно подбирал слова.

— Ну… — богиня, которая изображала молодую девушки, начала болтать ногами полностью повернувшись ко мне, — если коротко и ничего тебе не объяснять мой ответ: «да».

— И я по твоему первоначальному замыслу должен был сломать Друфриэм?

— Да, но ты оттуда слишком резво убежал. А потом натворил делов в одном из перспективных регионов внеся туда толику своего героического хаоса. Признаюсь, довольно интересное решение эти ваши «профсоюзы»…

— Это к вам еще теоретики коммунизма, видимо, не попадались.

— Нет, не попадались.

— Чего?! Серьезно?

— Как ты себе вообще представляешь вселенную?! Думаешь, что мир в котором есть одно, то оно возможно в другом?

— Ну… в общих чертах да…

— В этом своем заблуждении ты в чём то прав, но упускаешь кое-что другое, другую сторону этого утверждения. И звучит оно примерно так: «что невозможно в одном мире — возможно в другом». Есть общие законы, по которым развивается разумное общество. Ты можешь это видеть, когда сравниваешь свой и другой миры, но есть миры где люди никогда не кооперировались и не прекращали видеть в друг друге доступный белок. А есть миры, в которых люди наоборот воздвигли кооперацию в абсолют, дошло до того, что часть особей таких ульев полностью теряют свою индивидуальность во имя общности и высшей касты.

— Мне нужно уточнить. Под словом «люди» ты подразумеваешь именно людей как вид?

— Да. Только про людей.

— Знаешь, я немного разочарован.

— Чем же? — поставила богиня пустую кружку на столешницу.

— Я ожидал какого-то откровения от общения с богом, а тут какой-то третьесортный фантастический роман. Видимо я слишком много насмотрелся в свое время кино с их спецэффектами. Думал, почему-то, вот встречу бога, а он мне такой фьють, бах, бум и море лавы по колено.

— Ну… — богиня чуть-чуть помолчала и продолжила, — я конечно могу устроить тут тебе персональное звездное представление, но ведь оно на таких как ты из более менее развитых миров не работает. Это местным фермерам налил вина из бочки с водой и всё, они уже твои, молись и получай винишко без труда. А вот с вами так не работает, вы начинаете задаваться вопросами, ищите где-то у нас — богов — тайные умыслы. Наше явление вам одновременно ваше разочарование и триумф. До вас снизошли боги, но боги оказались слишком человечны в вашем представлении.

— А еще ты забыла упомянуть, что мы обязательно попытаемся вас убить, так, на всякий случай от, простите ваше божественность, — я начал хихикать, — от греха подальше! Аха-ха-ха.

Гоблин шутку понял и поддержал меня смехом. Его смех был действительно заразительным, потому что чем больше смеялся он, тем больше смеялся я, так у нас через некоторое время не осталось в легких воздуха и мы одновременно начали пытаться дышать через пробирающий нас новый позыв смеяться.

— Две пьяные морды, — продемонстрировала нам своё «фи» богиня.

— Ни в одном глазу, — ответил ей я, — так что там с моими поисками и зачем я тебе теперь такой нехороший беглец нужен?

— Да всё просто, не пригодился там, пригодишься тут. Тут примерно схожая ситуация как в Имперском огрызке — Друфриэме.

— Фашиствующая элита и низведенные до скота крестьяне?

— Да.

Минутка тишины.

— Погоди, — говорю я, — эм… ну я же видел на улице людей, они радуются улыбаются.

— У некоторых нет повода грустить, а у некоторых нет возможности не грустить.

— И…

— Сломай тут всё, — сказала богиня и исчезла.

— Вот так просто взяла и свалила! Ничего не объяснила и свалила! — жалуюсь я уже гоблину допивая остатки пунша.

Соскакиваю со стула и начинаю вспомнить ничего ли я не забыл. Встречаю взглядом гоблина и вижу как то жестикулирует «деньги давай». Достаю один серебряный. Расплачиваюсь. Стою жду, когда Илитариал вместе со своим павильончиком тоже исчезнет.

Минута, две.

— И сколько ты так стоять будешь? — спрашивает меня гоблин, — иди-иди, не пугай мне посетителей.

И я пошёл.

***

Юрай, Марина и их новая компания вернулись в особняк тем же тоннелем. Парня, что ожидал увидеть некоего Ромея, но вместо этого встретился с тупым тяжелым предметом, развязали и привели в чувство. Жертва обстоятельств очень обрадовалась, что жива и с тех пор всячески пытается избегать орка. Мощь красного он прочувствовал более чем достаточно, но при этом не испытывал к нему злобы или обиды. Парень оказался поразительно незлоблив: дело житейское, всякое бывает. Марина даже стала подозревать, что Юрай его слишком сильно ударил по голове. Но другие ребята, которые относились к «пленникам» дружелюбно, намекнули, что тот малый всегда был таким — неоднозначным.

По дому носились люди и приводили его ударными темпами в с состояние «жилого» помещения.

Бывшие рабыни-горничные хорошо знали свою работу, очень часто от качества проведенной уборки зависела их жизнь. Некоторые барышни имели «довесок», с которым им удалось спастись от своих хозяев. Грустным фактом являлось то, что биологическими отцами таких девушек становились как правило рабовладельцы. И эти же хозяева отказывались от своих обязательств перед «ублюдками». Детей так же записывали в рабы, «своими» владельцы орудий говорящий таких младенцев не считали.