Чтение онлайн

Что ж, тогда катаемся и ждём, когда вода уйдёт!

А теперь ещё больше спецэффектов, еще больше воображения! Это ведь Вьетнам, он пробуждает чувственную сторону человека. Она сидела позади него на байке, обхватив руками крепкий торс. Спутанные соленые волосы развевались по ветру, ей хотелось уткнуться в его плечо – оно обещало спокойствие. Что она думала, что чувствовала? Боюсь, что не подобрать нужных слов – восторг, радость и энергию! Это было обещанием приключения, обещанием неизвестности, но непременно приятных ощущений и открытий! Они мчались по оживлённой дороге, плотно прижавшись друг к другу, чувство страха так и не пришло ни разу: определенно она знала его тысячу лет и доверяла свою жизнь.

Оказалось, что света в северной части города нет в принципе. Исключение составляли дорогие отели, у которых были собственные автономные генераторы. Тем радостней было мчать по неосвещённой дороге в неизвестном направлении. Они уезжали прочь из города. Денис привёз её к дикому пляжу, где было пришвартовано множество рыбацких кастрюлек. Море было неспокойным, предвещая шторм. Они сидели на песке и снова болтали о жизни. О, прекрасный момент! Почему ты столь краток и быстротечен! Что может быть естественнее, чем он и она под звёздным небом, ровно так, как это было тысячи лет назад? И я прошу тебя, создатель, пусть такой порядок вещей будет вечным!

Они не касались друг друга физически. Это был разговор двух душ, двух характеров: встреча двух разных дорог, двух разных судеб. Опять пресловутое чувство фатальности и неизбежности – оно преследует её. Конечно, он будет её, а она – его, это же очевидно! Но не он, вовсе не он герой её рассказа. Что делать с этим всем? Встречаются на жизненном пути люди, которые вдохновляют, очаровывают, притягивают, но в то же время наперёд известно, что это не то. Вопрос лишь в том – брать или пройти мимо, не правда ли? Но даже в этом очевидном раскладе случаются сбои, когда хочется взять от момента всё и жить сейчас.

Наглое притяжение: как смеет оно возникать само по себе, без спроса и надобности? Почему он, почему она? Притяжение было слишком велико и очевидно, Денис нервничал. Ей же не хотелось ничего решать, пусть он поймёт, хочет или нет, готов или нет. Конечно, образ его девушки постоянно маячил в разговорах, но и это было смешно: она уже победительница, поскольку знала, что будет потом.

А потом начался ливень. Она достала дождевик с логотипом «Парк Горького», он достал дождевик в крупный розово-голубой горошек. Как два идиота, щурясь от мелких острых капель дождя, хлеставших по лицу, они не желали покидать местечко. В конце концов, он повёз её в гостиницу. Они мчали по тёмной дороге в сторону города, который приближался и вырастал с огромной скоростью. На севере света так и не было, но в южной части жизнь шла обычным чередом. Он высадил её около дверей, крепко пожав руку. Обменявшись номерами телефонов под неловкие взгляды и робкие улыбки, они простились. «До встречи, мой дорогой, до скорой встречи».

***

Они общались постоянно, когда он не спал. Жизнь во Вьетнаме – она такая – встаёшь поздно, ложишься поздно. Перекусываешь фруктами или рисом, пьешь много соков и смузи. Изо дня в день, изо дня в день. А ещё можно мотаться в красивые дикие уголки страны, коих ещё много осталось: пляжи, водопады, горы, парки, рисовые плантации… Она надеялась, что Денис составит компанию, ведь с байком можно организовать очень интересное приключение в пределах часа езды. На все уговоры и предложения он реагировал без энтузиазма, ссылаясь на дожди и работу, которую все-таки иногда надо делать, чтобы вести простое существование здесь.

Они виделись на пляже: проводили целые дни вместе – купались, болтали, ели, гуляли. Когда стояла хорошая погода, что бывало редко, на пляж высыпала масса людей, среди них было много русских. Надо сказать, что Вьетнам – самое перспективное направление Азии с точки зрения развития туризма, экономики и инфраструктуры. Уже сейчас поток туристов значительно вырос, а в приморских городах число новостроек растёт с бешеной скоростью, чему поспособствовали изменения в законодательстве, позволившие иностранцам приобретать недвижимость, несмотря на коммунизм в стране.

Вокруг да около, всё вокруг да около самого главного: прогулки вечером и до глубокой ночи, посиделки на берегу моря под звёздами, а иногда и под дождём – никто не хотел нарушать завёденный в мире порядок вещей: пусть решит сам – да или нет. Сколько кафе суа было выпито, сколько морепродуктов, лапши, нэмов и риса съедено – не сосчитать. Он всегда отвозил до дверей гостиницы и прощался. Однажды она психанула и спросила прямо в лоб:

Слушай, что происходит? Мы же не дети. Ты поднимешься со мной или нет? Так и будешь провожать меня до дверей, или ты не хочешь?

Хочу, очень хочу! Но понимаешь, это всё страх, стеснительность и скромность, которые надо изгонять калёным железом разве что… Дай мне немного времени, пожалуйста, я сам дам знак.

Наверное, он всё ещё испытывает чувства к той, из Питера. Но можно ли назвать это предательством, если отношения закончились, да и они не строят новые? Они просто пытаются жить здесь и сейчас: каждый залечивает свои раны, каждый пытается научиться жить просто, повинуясь естественным желаниям, не блокируя их. Так странно! В большом городе хочется успеха, славы, внимания, денег, а здесь все обнуляется: подавай природы, общения, любви, романтики. Что может быть естественнее симпатии и влечения: она привлекательна, он чертовски привлекателен?

На следующий день он дал знак:

Вечером устроим посиделку у меня с элементами вьетнамского рома и фруктов.

От мысли о предстоящем вечере захватывало дух, было неловко появиться на «его» пляже, в голове маячили его слова. Они смущались и старались не встречаться взглядами, мысленно благодаря знакомых людей, которые болтали без умолку, отвлекая от главного. Вечером они условились о времени и месте, чтобы начать программу для взрослых. Они пошли к морю: было довольно ветрено, и собирался дождь, но тепло висело плотным облаком над городом, тело моментально становилось влажным. По пути несколько раз выпили кафе суа, от чего сердце колотилось бешено. Прошло несколько дней с момента знакомства, но такой легкости и прозрачности общения не случалось с ней давно. Он по-прежнему привлекал: была в нем эмоциональность и даже агрессивность, которые он зачем-то скрывал. Периодически они обнаруживались, доставляя ей небывалое удовольствие. Они стояли друг против друга на набережной, облокотившись на перила. «Сжать бы его крепко в объятиях, держать долго. Но нельзя. Нельзя, чтобы не сделать хуже. И что вот он ходит около меня туда-сюда, но ничего кардинального ведь не происходит. В конце концов, сегодня ничего не будет», – рассуждала она мысленно. Злость овладела ею, заставив идти обратно к гостинице, молча. Он уловил её мрачное настроение и попытался оправдаться:

Не обижайся, пожалуйста. У меня просто болит живот, мне лучше домой поехать.

Конечно, как скажешь. Пока.

Она развернулась и ушла, твёрдо решив, что больше не будет общаться с Денисом никогда. Пустая трата времени и болтовня. Бла-бла-бла. Вьетнам – лучшее место, чтобы слиться с природой и почувствовать жизнь. Бла-бла-бла. Придётся как-нибудь самой провести остатки отпуска.

***

На следующий день в уличной забегаловке она познакомилась с Сашей из Новосибирска. Он лениво жевал нэмы, запивая их пивом «Сайгон». Они зацепились языками на тему мимимишности вьетнамцев и трудностей перевода. Уверенный в себе, авантюрный, весёлый, он отдыхал уже не в первый раз во Вьетнаме, в этот раз один. Идеально! Никакого притяжения и сиюминутной симпатии: они сошлись на авантюризме и жажде приключений. Она тут же выложила информацию обо всех близлежащих интересных местах, он предложил байк. На следующий день они уже мчались на бешеной скорости к местным водопадам.

Опять незнакомый мужчина, в торс которого она отчаянно вцепилась. Он был любителем скорости и агрессивного вождения, что на оживлённых дорогах Азии дарит незабываемые ощущения. Ей нравилась его уверенность и простота, в то же время не было никаких намёков и приставаний: кажется, ему просто было скучно, и попутчик был кстати. Мелькали рисовые поля, дикие пляжи, деревни и едва живые поселения. Изредка останавливались, чтобы отпить воды или обновить слой солнцезащитного крема. Вскоре приехали. Оставив байк на организованной парковке, они отправились смотреть водопады. То оказались не просто водопады, а целый каскад, который бурным потоком сбегал с вершины местной горы, образуя стремительные речки и пороги. Огромные камни и валуны, быстрое течение, буйная растительность и деревья постоянно преграждали путь: приятной прогулкой назвать поход было нельзя. Приходилось карабкаться по камням и взбираться вверх. Из-за частых дождей реки стали полноводными, некоторые места приходилось преодолевать вплавь. Никогда прежде ей не доводилось пересекать столь трудные естественные препятствия: карабкаться, подтягиваться, прыгать, скатываться. Все усилия были вознаграждены: достигнув верхний, центральный водопад, который мощно падал с высоты, они обнаружили лазурную лагуну среди камней. Здесь были туристы, которые отдыхали после полосы преодолений. С камней можно было прыгать в лагуну, почувствовав себя частью водопада – высота составляла примерно пятьдесят метров. Саша не переставал удивлять своей физической формой и активностью: он лихо преодолевал все препятствия и подшучивал, она снимала на видео его многочисленные прыжки в воду. Она прыгнула всего единожды – больше не хотелось, слишком сильными были ощущения. Даже один прыжок в бездну охватил всё тело ощущением драйва и волнения, такое бывало в детстве, пожалуй.