Чтение онлайн

Чувствую давление в районе груди. На неё положили руку?

— REFUS

REFUS

REFUS

Я отключился.

***

Пробуждение было неприятным. Началось оно с мысли "Я же сдох, какого хрена так болит голова?" Осознание простой истины, сказанной одним философом, о доказательстве существования, когда тебе больно, пришло в голову резко, только эту боль усилив. Очередная мысль "Там было не про боль, там… как раз про мысли" и после контрольной "Мне больно, я мыслю, значит надежды не осталось — я жив", я открыл глаза.

Знакомый потолок. Я в своей опочивальне. Вокруг никого. Вообще ничего не изменилось — небольшая комнатка, с единственным предметом мебели, на котором развалилась моя бренная туша. Разве что пыли нет. Ну хоть уборку сделали, и за то спасибо.

Эти мысли пронеслись в голове за считанные секунды, отойдя на второй план. Сейчас меня интересовало состояние организма, а не комнаты. А состояние было отличным, я чувствовал себя бодро, энергично. Сделал несколько упражнений — всё в норме, тело полностью подчиняется командам мозга. И конечно, никакой дыры в груди у меня не было. Даже следа от раны не осталось — ни тебе рубца, ни шрама. Ничего. Я даже мог бы решить, что вся схватка с Труб… Щупаром мне привиделась, если бы она так ярко и детально не отложилась у меня в памяти. Да, я превосходно помню и само противостояние человека со зверем, и то, что было после. Вот только, что мне делать с этими новыми знаниями, ответа не нашёл.

Пока делал комплекс упражнений, сам не заметил, как головная боль отступила. Вот только стоило остановиться и задуматься о моей судьбе-злодейке, пришла новая напасть — холод. Через окно в комнату задувал прохладный вечерний ветерок. И я традиционно был без одежды. Да-да, она наверняка пришла в негодность, не имею ничего против моего оголения, но, блин, неужели так трудно принести новую?! Хоть на пол положить, хоть, на лежащего без сознания меня, сверху вывалить. Ну, нет так нет, устал я уже себя этими мелочами накручивать. Лучше попробую разобраться, что это было на тренир…

Дверь, конечно же без стука (успокойся, обещал же не накручивать) отворилась, в комнату вошёл Нес.

— О, Герой соизволил проснуться, — кинул он на меня взгляд. — Знаете, Господин Герой, может, если я вам прямо скажу, что у вас очень сильное, мощное тело, вы прекратите им так вульгарно хвастать. — Честно, я уже устал упоминать о насмешливых, глумливых выражениях лиц окружающих, но тут прямо новый уровень какой-то.

Я не сторонник ни одного способа избегания конфликтов. Как по мне, это просто отговорки. Но сейчас я явственно почувствовал, что вступив в схватку остроумия с этим павианом, опущусь на его уровень.

— Одежду дай, — ровно сказал я.

— Опять? Господин Герой, что же вы так…

— Одежду дай, — не стал я слушать его разглагольствования.

— Хм, давай сюда, — сказал Нес кому-то за дверью.

Мой новый наряд был неотличим от старого (хотя какой он старый, пяти часов не продержался).

— Сейчас за тобой зайдёт Носатик, он проведёт тебя к Цитадели на аудиенцию с Его Преосвещенством. Надеюсь, вы будете вести себя прилично в высшем обществе Его Преосвещенства, — давай, ещё раз скажи, Бог любит троицу.

Но нет, видя, что я не реагирую на его кривляния, он вышел за дверь. Правда долго посидеть в одиночестве мне не дали. Через пару минут в комнату вломился Релий.

— Ошухался, крепкий какой, — вместо приветствия сказал он.

— Какой есть.

— Пойдём, Ехо Преосвесшенство не любит ждать, — сказал он, швыряя на кровать пояс с моим оружием. — Там оно тебе не понадобится, а вообсше старайся при себе всехда носить. Холовой отвешаешь.

По замку шли молча. Я не знал, как задавать ему вопросы, чтобы получить нужные ответы, а сам Релий не спешил объясняться по поводу произошедшего в лесу. Лишь выйдя из замка, решил начать разговор на отвлечённую тему.

— Далеко хоть идти? Где Его Преосвещенство проживает?

— Как хде? В Цитадели. Видишь? — указал он рукой на шпиль, выделяющийся на фоне невысокой городской архитектуры. — Там и живёт.

Шпиль этот я приметил уже давно, удачный ориентир на местности, а это оказывается часть жилища местной большой шишки. Шли недолго, немногим больше десяти минут, когда Цитадель открылась нам во всей красе. Да, это именно Цитадель. Укреплённая, усиленная, даже внешне внушающая уважение тем, кто её создал.

— Стой здесь, — сказал мне Релий. — Тебе было назнашено раньше, пойду узнаю станет ли Ехо Преосвесшенство принимать тебя сейшас.

А заранее узнать?

Релий направился к воротам Цитадели, возле которых крутились пять рыцарей в полных латных доспехах, даже шлемы цельные, лишь с щёлочками для глаз, были надеты на каждом. Меня же привлекло другое. В стороне, в проулке, кучка мальчишек (семь человек) лет семи-девяти, усердно, всеми силами копали яму в земле. Инструментов у них не было, кто использовал доску, кто загребал руками, у одного в руках была кастрюля.

— Всё, хватит, — зашептал тот, что с кастрюлей. — Бросайте!

Парочка мальчишек, стоящих спиной ко мне, швырнули что-то в яму.

— Закапываем, быстро! — поторопил всё тот же владелец кухонной утвари.

— Шотри, ты где, засранец?! — заорали за моей спиной.

Оглянувшись, увидел тучного мужика с красным лицом и отдышкой, как после марафона.

— Шотри, выходи давай! — не унимался мужик.

— Господин Петлий, вы меня искали? — заискивающим голоском запел мальчонка выскочив из проулка на дорогу. Его компаньоны продолжали закапывать яму.

— Вот ты где. А ну возвращай, что стащил! — ещё громче заголосил толстяк.

— О чём вы, Господин Петлий? Что стащил? — таким голосом спросил Шотри, что любому бы стало ясно: "стащил-стащил".

— Не строй из себя дурачка, мелкий ублюдок, — с явно агрессивными намерениями попёр на мальчика мужик. — Сейчас ты мне всё расскажешь.

— Конечно расскажу, Господин Петлий, всё расскажу, — выставил вперёд грязные ладошки Шотри. — Вот вчера, например, видел как Марша, одна из девочек Госпожи Рорты, поднималась на второй этаж всем известного заведения с неким Господином. Правда же интересная история, Госпоже Гапии понравится.

— Как ты?.. — застыл на месте Петлий. — Только попробуй сказать эту чушь моей жене, щенок!

— Какую чушь? Разве это чушь? — "удивился" мальчонка.

Петлий же обошёл паренька и заглянул в проулок. Поздно. Яма была закопана, выровнена, а сами преступники уже скрылись на соседней улице. Постояв немного, Петлий вернулся к диалогу с мальчишкой.

— Не брал значит, говоришь? — спросил он.

— Честное слово! — опять неправдоподобно соврал Шотри.

— Ну хорошо, — сказал толстяк, собираясь уходить.