Чтение онлайн

Оружие – в консервационной смазке. Магазины разряжены, патроны сложены калибр к калибру и запаяны в прозрачный герметичный пластик. Маловато, конечно. По 105 штук на ствол, но за неимением гербовой… А рядом с «укоротами»… Сначала я принял эту парочку за АК «сотой» серии. Но быстро понял свою ошибку. Патрон был экзотический – 6,4х45, а на клейме производителя красовалось: «Тульский Императорский оружейный завод. 1910». Четким шрифтом без всяких «ятей» и «ижиц». Судя по маркировке, патроны к этому оружию были произведены в 1918 году. Кроме того, я опознал МП-38 и ППШ-41. Вот только вместо диска к последнему предлагался шнековый магазин. Под тот самый маузеровский 7,62х25. Уровнем ниже лежали гранаты самых разнообразных систем.

Выбор оружия шел просто: сначала я схватил себе «укорот» и порекомендовал второй Мюллеру-старшему. Нет ничего хуже в бою, чем отказавший от старости патрон. Потом остальная мюллеровская пятерка выбрала себе автоматы поновее и под чутким руководством оружейника принялась очищать их от консервации. Потом отобрали оружие себе пятеро «моих» непосредственных подчиненных. Пулеметы под винтовочный патрон достались добровольцам покрепче. Крупнокалиберные взяли охранники Рого. Прочие ополченцы выбирали себе лучшее из оставшегося. Как в большой, но бедной семье. Кто первым встал, того и тапки.

«Чем же он, интересно, проштрафился, что погнали в бой, пока другие будут геройски отсиживаться в тылу?» – глядя на Рого, подумал я. Хотя… монолитным Род выглядит только для нас, стоящих в самом низу социальной лестницы лиц, пораженных в правах экономически. А грызня за место на вершине идет и, в соответствии с учением усатого практика строительства коммунизма в одной, отдельно взятой стране, в период кризисов только усиливается. Мог ведь и просто попасть под раздачу.

Разборка, чистка и смазка оружия заняла почти час. Тонкий ручеек добровольцев тянулся и тянулся, не пересыхая. Практически все они ранее либо служили в самых разнообразных армиях Галактики, либо были сыновьями захваченных в плен ветеранов. Опоздавшим доставались магазинные и лазерные винтовки под самые разнообразные калибры. За оставшееся до выхода время те, кому достались автоматические стволы, успели выпустить по 10 патронов на брата одиночными и короткими очередями, привыкая к оружию. И снова вычистить и смазать табельное оружие. Хотя нет, «максим» пришлось оставить. Свои десять патронов он из-за осечек отстрелял аж тремя очередями.

А потом пришло время вскрывать упаковку с презервативами, чтобы аккуратно надеть один на дульный срез ствола, во избежание попадания песка внутрь. Группа истребителей мехов, мои ординарцы и просто те, кто успел, постреляли инертными выстрелами из «Инферно», привыкая к отдаче и проклиная грохот чужих стрельб. Получалось не так уж плохо. Во всяком случае, боеголовки летели в нужном направлении.

После «медицинской процедуры», когда обвешанные оружием и снаряжением матерящиеся бойцы в наскоро пригнанной поношенной форме построились в зале, настало время последних указаний и психологической накачки. Людей разбили по десяткам, «методом тыка» выбрали командиров отделений. Заставили запомнить, кто в каком десятке числится и кому подчиняется, построили поотделенно, и я обратился к ним с речью:

– Значит так, орлы! До тех пор, пока врага не уничтожим, каждый день будете проходить такую полезную для организма процедуру, как клизма! – Тихий стон пронесся по рядам.

– Поэтому в ваших интересах, чтобы все закончилось к утру! ВСЕМ ПОНЯТНО?

– Да, – раздались разрозненные голоса из строя.

– НЕ СЛЫШУ!

– Да! – рявкнул строй.

– ВЫ ЧТО, НЕМЫЕ? ЕСЛИ Я СПРАШИВАЮ: ПОНЯТНО? НАДО ОТВЕТИТЬ…

– ДА!!! – взревел строй.

– ВЕДЬ МЫ ИХ УНИЧТОЖИМ!

– ДА!!!

– И ВСЕ ТРОФЕИ ЗАБЕРЕМ СЕБЕ!!!

– ДА!!!!

– И ВСЕ ДЕВКИ БУДУТ НАШИ!!!!

Рев, раздавшийся из строя, впечатлял. Никогда не думал, что полторы сотни глоток могут издавать звук подобной интенсивности. Вот теперь можно вести их в бой.

– Напра-во! – застучали по полу каблуки сапог.

– Шагом марш!

На ходу закрепляя на лицах противопылевые фильтры, сводный отряд двинулся к выходу. Нас ждали ночь, буря и вражеский отряд.

Предположим, перед вами стоит задача: за фиксированное время переместиться из точки А в точку Б. Занять позиции и изготовиться к отражению вражеской атаки. На первый взгляд – ничего сложного. Если не учитывать ограничения. Во-первых – время суток. Ночные марши заслуженно считаются достаточно сложным заданием даже для опытных солдат. Во-вторых – погода. Ветер, несущийся со скоростью 15 метров в секунду, сам по себе доставляет мало удовольствия для тех, кому он дует в морду лица. А если ветер при этом еще и несет тучи песка… Видимость стремительно сокращается до нескольких шагов. В-третьих – электромагнитная буря. Проходящий сквозь ионосферу челнок существенно изменяет разность потенциалов планеты и магнитных поясов, создавая мощнейшее северное сияние в небесах и чудовищную грозу у поверхности. В это время отключаются все электромагнитные приборы. Радиосвязь, навигаторы и радары не работают из-за чудовищных помех. А стрелка компаса крутится как наскипидаренная, пытаясь указать на «север» во всех направлениях одновременно. Вы и теперь считаете, что пройти четыре лиги из пункта А в пункт Б не заблудившись и скрытно занять позиции проще простого?

На мое счастье, на всех планетах-колониях сталкивались с подобной проблемой каждый раз, когда им приходилось доставлять сырье до космопорта для загрузки в только что севший челнок. Не имеющий возможности определить свое положение в пространстве автопоезд не мог доставить свой груз в пункт назначения до прекращения бури, что порождало простой челнока и немалые финансовые потери для продавцов. Изобретательный разум создал компьютерную программу, которая считывала количество оборотов переднего колеса автопоезда и определяла его направление движения, позиционируя транспортное средство на карте. При прохождении пути в 1000 лиг по маршруту любой сложности разработчики гарантировали относительное отклонение не более 2–3 шагов.

По моей просьбе, во главе колонны добровольцев шел автомобиль геологоразведки, оборудованный аналогичным прибором. В его объемистый багажник было загружено все тяжелое оружие и часть защитных накидок. Сзади, пристегнутые попарно к одному из двух прочных тросов карабинами, неровным четырехколонным строем вытянулись доблестные защитники. Каждый тащил на своем горбу личное оружие, 10 литров воды в герметичных флягах и выстрел «Инферно». Замыкал колонну буксируемый прицеп, в котором находилась часть резервных огнеметных выстрелов. Все это непотребство сейчас двигалось по направлению к месту предполагаемой засады со скоростью спокойно идущего человека.

Я, как и подобает командиру, возглавлял движение, деля сиденье авто с Мюллером-старшим. Центурион Рого сидел за рулем. Наше снаряжение штабелем лежало на заднем сиденье. В отличие от всех остальных, наличие у нашей троицы ясных, незамутненных от усталости голов было необходимым условием успешного боя. Центурион осторожно крутил руль, пытаясь разглядеть в освещаемых зауженными фарами вихрях пыли хоть что-то. Мюллер просто спал, вводя меня в дрему своим мерным дыханием. Казалось, что мы бесконечно кружим на одном месте, заблудившись в пространстве и во времени.

Остановка произошла внезапно. Если верить компьютеру, мы находились в месте, выбранном для засады. Думать о том, что «эта железяка» врет, просто не хотелось. Закрепив на лице фильтры, мы с Рого вывалились наружу и начали навьючивать на себя катушки с нитроволокном, чтобы развести подчиненных в боевое построение. Тоже старый и проверенный метод движения в условиях отсутствия видимости. Катушка с прочным тросиком, внутри которого находятся два проводка, была закреплена на машине не напрямую, а сквозь двойную рамку, внутренние края которой были сделаны в виде упругих пластин. Если пластина внешней рамки касалась провода, проходящего через нее, замыкалась цепь и перед моим лицом загоралась красная лампочка для правого края или зеленая для левого. Интенсивность свечения зависела от степени уклонения. Такой примитивный «навигатор» позволял двигаться по прямой с точностью плюс-минус 3 градуса. Для моих целей – более чем достаточно. Когда я отойду на 300 шагов, заранее закрепленная на катушке планка ограничителя сделает невозможным дальнейшее продвижение. Тут нужно будет ввинтить в землю внушительный кол и закрепить провод на нем, формируя своеобразный «путеуказатель». Центурион аналогичным способом прокладывал путь в другую сторону.