Гештальт Метаморф
Шрифт:
Внутри было темно и стоял затхлый воздух, несмотря на отсутствие дверей. Они медленно двинулись вглубь помещения, обостренное обоняние больше не могло помочь, запах крови казалось, шел отовсюду. Девушка совсем уж собралась предложить Гештальту воспользоваться фонарем, когда их окликнули:
— Эй, это место вообще-то занято, — мужской голос звучал спереди и сверху. — К тому же ты привела с собой живую еду. А с ней часто бывают проблемы.
Вспышка не сразу сообразила, что говорящий обращается к ней. Без сомнения, это была их цель. Похоже, мужчина решил, что девушка — конкурент, решивший поужинать и укрыться в его убежище. Пленница прикрыла глаза и вновь призвала свой голод, благо это было несложно. И верно, там, откуда шел голос, она заметила зеленоватый силуэт, который стремительно приближался к ним. Вскрикнуть, чтобы предупредить Гештальта, девушка не успела, но охотнику этого и не требовалось. Послышался неприятный хруст, а затем разраженное шипение нападавшего. Секундой спустя в воздухе зажегся яркий источник света, озаривший весь ангар и на мгновение ослепивший его обитателей.
Выглядела их добыча точь-в-точь, как сама Вспышка в катакомбах. Грязная одежда, превратившаяся в лохмотья. Спутанные волосы и отросшая борода. Безумно-голодный взгляд и бросающаяся худоба, особо подчеркиваемая раздувшимся животом. Наверняка он набит останками того бедняги из переулка. Девушку замутило от таких мыслей. Гештальт, уже развеявший защитный, кристалл стоял, сложив руки — явно готовился к новой атаке. Но монстр и не думал атаковать. Мужчина баюкал левой рукой отшибленную правую. Похоже, он все еще не осознал в какой переделке оказался:
— Вы еще поплатитесь за эту боль. Ты глупец, — оскалился он на охотника, — и ты — предательница. Я запомнил вас!
Мужчина отпрыгнул назад, чтобы сбежать, но Гештальт слегка прищелкнул пальцами, и полупрозрачное метровое лезвие беззвучно устремилось вслед за жертвой. Раздался душераздирающий полный боли крик. Охотник двинулся к добыче и источник света потянулся за ним, обнажая жуткую картину: мужчина лежал на полу, обхватив руками обрубок, только что бывший ногой. Из перерезанных вен кровь хлестала фонтаном, заливая все вокруг. Нога, лежавшая рядом, все еще подергивалась, будто пытаясь убежать.
— Расскажи все, что знаешь, и я остановлю кровь, — дружелюбно проговорил Гештальт, остановившись возле жертвы.
— Я… я ничего не знаю! — выпалил мужчина, корчась от боли.
— Как скажешь, — хмыкнул охотник и вновь прищелкнул пальцами, рассекая тело добычи наискосок. Увидев новый фонтан крови, Вспышка почувствовала, как ее ноги слабеют, а в глазах, несмотря на близкий магический фонарь, становится темно.
Очнувшись, девушка увидела ставший привычным потолок с криво наклеенными островками плитки. Она перевернулась на бок, и тут же зазвенела потревоженная цепь. Перед глазами оказались ее собственные пальцы с капелькой крови на ногте. Точно. Воспоминания о вечерней охоте вернулись легко и во всех подробностях. Девушка содрогнулась от нового спазма в животе.
— Ну-ну, не стоит так переживать, — успокаивающее проговорила Игла и дотронулась до плеча девушки.
— Это было ужасно… — с трудом вытолкнула из себя Вспышка. — Пусть он и монстр, но он ведь живой человек. Такой же, как и я. Неужели это нормально так поступать с людьми?
— Гештальт может быть таким страшным, неправда ли? Он предпочитает сдавать уже мертвую добычу и крайне редко берет своих жертв живыми. Так что теперь ты понимаешь, насколько сильно тебе повезло? — пропела колдунья сладеньким голоском.
От одной только мысли о том, что охотник мог порезать ее на куски точно так же, как и того беднягу в ангаре, на Вспышку навалился панический страх, подкрепленный очередными спазмами. Вид собственного расчлененного тела не выходил у девушки из головы. Она сжалась в комок и дрожала, пока на лоб не легла холодная ладонь колдуньи. Как ни странно, но от прикосновения стало немного легче.
— И как мы выбрались оттуда? — спросила Вспышка, чтобы хоть как-то отвлечься.
— Гештальт позвонил мне и попросил приехать на такси, чтобы забрать твое бесчувственное тело. Учитывая, что охота прошла удачно, он вполне может позволить себе такие растраты.
— Понятно.
— А добычу он расчленил и упаковал в переносной холодильник, который я ему привезла.
— А вот это можно было и не упоминать, — девушка резко повернулась к Игле и зло сверкнула глазами. Как ни странно, описание участи собрата по несчастью не вызвало новой волны страха, а напротив, привело в гнев. — Мы вам ни какие-то вещи, чтобы обращаться с нами подобным образом!
— Привыкаешь, — улыбнулась колдунья, — это хорошо. Можешь мне не верить, но все мы — и охотники, и монстры в одной корзине. Для нашего нанимателя нет разницы, на ком ставить опыты. Все зависит от того, где ты сможешь принести больше пользы. И Гештальт мыслит точно так же.
— Хочешь сказать, он оставил меня в живых, так как счел полезной?! — пленница уселась на кровати и злобно уставилась на Иглу. Та сидела на стуле с настолько невозмутимым видом, что гнев девушки начал утихать, сменяясь тихим изумлением:
— Насколько же вы далеки от нормальных людей…
— Примерно так же, как и ты, — ответила колдунья. — Просто нам дали лицензию на охоту и убийство себе подобных, вот и вся разница.
— И если я продолжу быть полезной, — Вспышка поморщилась, произнося последнее слово, — то тоже стану охотницей?
— Вполне возможно. Внутри каждого из нас кроется монстр, — с улыбкой подмигнула ей колдунья.
Гештальт
Лаборатория Лупы находилась в подвальном помещении под аптекой, в которой она работала. Прямой путь от квартиры охотников до лаборатории занимал десять минут на маршрутке. Однако Гештальт редко им пользовался. Вот и сегодня, прихватив чемодан-морозильник с образцами, он в десятый раз сменил маршрут, используя утренний наплыв людей как прикрытие. Сталкер сильно сомневался, что за ним действительно кто-то следит, но в том, что касалось Лупы, никакая предосторожность ни была излишней.
Лупа была уникальна. Ее уникальность складывалась из трех необычных фактов, каждый последующий был куда страннее предыдущего. Во-первых, Лупа была чародейкой. Сам по себе данный факт не заслуживал бы малейшего внимания, если бы способности исследовательницы удивительным образом не совмещались с техникой. В отличие от большинства своих коллег, практиковавших «чистую магию», Лупа весьма охотно и успешно прикладывала свои способности к лабораторным приборам, получая уникальную информацию, и даже конструировала новые примочки с учетом собственных возможностей. Так что Лупа была совсем не типичной чародейкой.
Во-вторых, для нелюдя Лупа была необычайно стара. Ей было уже за сорок, в то время как возрастные рамки пораженных излучением людей колебались от шестнадцати до двадцати четырех. Лупа же умудрилась воспринять и измениться под действием излучения в возрасте тридцати трех лет! Случай для текущего потока уникальный.
Ну и в-третьих, Лупа была единственным известным Гештальту нелюдем, которому удалось сбежать из-под контроля Организации. Не без его помощи, естественно. А там, где что-то делается вопреки правилам Организации, никакая осторожность не будет лишней. Скрывшись, женщина не стала покидать город. С помощью гипнотических воздействий, которые тоже давались ей неплохо, она взяла на крючок владельца местной фармацевтической сети и получила в свое полное распоряжение не только одну из аптек, но и подвальное помещение. Там Лупа, не без помощи Гештальта, организовала собственную лабораторию. Исследования мутантов, которыми она занималась еще будучи в составе Организации, стали для женщины настоящей страстью. Гештальт же рассматривал лабораторию Лупы как независимый источник информации, куда как более подробный и оперативный, чем скупые сводки из центральных исследовательских центров.