Чтение онлайн

Возглас воинов обета вывел его из оцепенения. Живительная дрожь пробежала по его телу. Душа и сердце наполнились чувством гордости. Вместе с царем на острове находилось около ста воинов, опытных, храбрых солдат, но все они, оставаясь без дела и посещая церковные службы, забросили свое оружие. Он видел их каждый день сидящими перед кельями или бродящими по берегу с сетями в руках. Это не возмущало его и казалось естественным. Но когда перед ним предстал вооруженный отряд воинов, готовый к бою, он словно ожил. Ускорив шаг, царь подошел к воинам.

— Здравствуйте, мои храбрецы! — воскликнул он, и отряд снова загремел:

— Да здравствует царь!

Сепух Ваграм, выступив вперед, снял шлем и низко поклонился. Царь протянул руку, тепло приветствуя его. За сепухом последовал начальник крепости Мушег, к которому царь тоже обратился с милостивым словом. Шагнул вперед и князь Гор. Царь, увидя его, воскликнул:

— И ты здесь, мой дорогой Гор? И ты в отряде самоотверженных смельчаков? — С этими словами царь раскрыл объятия и сердечно расцеловал юношу.

— Кому же ты поручил защиту своей невесты, Гор? — улыбаясь, спросил царь.

— Ее собственному бесстрашию, — ответил, краснея, юноша.

— Да, отец твой мне все рассказал. Ее защите поручен Гарни. Сюнийская княжна достойна этой чести. Когда мужчины сражаются в поле, женщины должны защищать крепости. Мне горько, что армянская земля дала только двадцать воинов, но мне радостно, что к этим двадцати храбрецам примкнула одна женщина, и она — моя приемная дочь и невеста Гора. Будь достоин своей невесты, мой храбрец! — Сказав это, царь подошел к остальным, со всеми поговорил, всех обласкал, а затем, обратившись к Марзпетупи, предложил ему взять половину воинов, находившихся на Севане.

Князь отказался от предложения царя, не желая уменьшать число его телохранителей.

— Мы можем отойти в минуту опасности, — сказал он. — Но царю уходить некуда. Я не могу взять ни одного воина.

Царь воздал должное заботливости своего соратника и друга. Обращаясь к нему и к сепуху Ваграму, он сказал:

— Князья опозорили и покинули меня. Поэтому я приехал на Севан как добровольный пленник. Если ваше начинание увенчается успехом и вы сможете стереть пятно, которое наложили на наше знамя вероломные князья, я выйду из моего заточения и поведу вас в победоносный поход. С этого дня я передаю свое знамя вашему отряду. Пусть оно воодушевляет вас и напоминает, что царь живет узником на Севане…

Сказав это, царь приказал телохранителям принести знамя.

Воцарилось глубокое молчание. Воины с благоговением ждали возвращения телохранителей.

Когда показалось знамя, все сняли шлемы и вновь воскликнули: «Да здравствует царь!»

Царь принял знамя из рук воинов и, передавая его Марзпетупи, сказал:

— Вместе с этим знаменем я даю тебе право действовать от моего имени. Пусть это знамя напоминает о том, что я незримо присутствую в твоем отряде.

Затем все воины были приглашены к царскому столу.

На следующий день отряд уехал, увозя с собой царское знамя, благословение царя, царицы и всего духовенства.

В Цамакаберде воины обета сели на лошадей и двинулись по направлению к Араратской долине. Их целью было разбивать отдельные отряды Бешира, которые разоряли беззащитные деревни и села. Взятие Бюракана придало арабам смелость и разожгло их страсти. Они бесчинствовали, твердо уверенные в том, что армянские князья не выйдут из своих замков и не будут подвергать опасности свою жизнь ради спасения жизни и имущества крестьян.

Едва только отряд князя миновал реку Раздан, как навстречу им попалась большая толпа беженцев.

— Откуда вы и куда? — спросил их князь.

— Из крепости Гех, господин, — ответил рослый предводитель. — Идем укрыться в Сюнийских горах.

— Одни направляются в Гех, а другие бегут оттуда? Что случилось? Кто угрожает крепости?

— Бешир, господин мой.

— Кто сказал вам?

— Из Двина нас известил надзиратель патриарших покоев.

— Почему же вы бежите? Крепость Гех достаточно сильна.

— Сильна, но в ней нет войска.

— Если все разбегутся, войска у вас, конечно, не будет. Немедленно возвращайтесь, иначе я вас всех предам мечу!

Предводитель посмотрел на своих товарищей. Женщины, приоткрыв покрывала, не сводили с князя глаз. Дети испуганно прижимались к матерям.

— Возвращайтесь! — повторил князь. — Ваше место на стенах Геха.

Беженцы стали умолять князя разрешить им продолжать свой путь, но Марзпетуни был непреклонен.

— Господин, ты предаешь нас Беширу. Через несколько дней он возьмет крепость, — сказала какая-то старуха.

— Я не допущу, мать, чтобы Бешир дошел до Геха. Но если тебе суждено умереть, то лучше умереть в своем доме, чем на чужбине.

— Я беспокоюсь не за себя, а за молодых.

— Молодые защитят себя сами.

Князь приказал предводителю беглецов повернуть назад и, обращаясь к своему отряду, сказал:

— Мы проводим этих несчастных до подножья Геха, а затем продолжим свой путь.

На следующий день к вечеру князь и его воины расстались с беженцами у подножья Геха. Отряд направился дальше, по дороге к Двину. Темнело. Князь и сепух решили не уходить далеко от границ Геха. Поэтому они поднялись на невысокий горный хребет, покрытый лесом и кустарником. Здесь им попалась на глаза укромная ложбина, осененная деревьями, где и решено было переночевать. Некоторые из воинов занялись приготовлением ужина, другие пошли за водой. Не найдя на склонах горы родника, они спустились в долину, чтоб набрать воды из протекавшей там речки. Это был один из притоков Веди, который, журча, бежал с высот Геха. Но лишь только воины вышли из кустарников, их взору предстали многочисленные шатры, разбитые у подножья ближайшей горы. Тут и там горели костры. Это был стан арабов.

Воины вернулись и сообщили об этом князьям.

— Арабы идут на Гех, — сказал сепух.

— Несомненно, — подтвердил Марзпетуни.

— Что нам делать?

— Неужели тебе не ясно?

— Мы должны помешать, но…

— Поужинаем и приступим к делу, — решительно сказал князь и уселся на траве, где был приготовлен скромный ужин. Ужинали вместе, так как между ними не было князей и слуг. Все были братья, воины одного и того же креста и знамени. Они поужинали севанской рыбой, вареным мясом и сыром.

Во время еды царило молчание. Все думали о предстоящем сражении.

После ужина князь Геворг поднялся с места и сказал:

— Дорогие мои храбрецы! Бог предал врага в наши руки, надо этим воспользоваться. Еще до рассвета мы нападем на него. Это решено. Ложитесь и отдыхайте. А я и сепух Ваграм пойдем обследовать местность и стан противника, затем поднимемся в Гех за помощью.

— Отец, позволь мне следовать за тобой, — попросил князь Гор.

— Нет, дитя мое. Ложись отдыхать. Воин должен быть со своими товарищами, — сказал князь строго, давая понять сыну, что у него нет никаких преимуществ перед другими и что он должен подчиняться отцу так же, как все его товарищи.