Гибель Богов. (трилогия)
Шрифт:
И после нескольких безуспешных попыток могучий маг, остановивший натиск Орды одним движением пальца, уткнулся лицом в подушку, и Эльтара услыхала глухое рыдание.
И — о, женское сердце! — она сама потянулась к Горджелину. Потянулась, несмотря на стоявший перед глазами во весь рост призрак Эльстана. Но клятва есть клятва. «Я клялась делать это, и я это сделаю, — говорила она себе, осторожно касаясь волос Снежного Мага. — Я клялась это сделать, и я сделаю, — твердила она как заклинание, когда воспрявший духом и плотью маг навис над ней. — Я клялась это сделать, и я это сделаю, — повторяла она, стараясь не морщиться от боли. — Что же, я это сделала», — с облегчением вздохнула принцесса, когда всё наконец кончилось и она сбросила на пол испачканную простыню.
Она встала. «Мне предложили стать хозяйкой Снежного Замка, — грустно улыбнулась она. — Незавидная честь для наследной владычицы Эльфрана. Но не станем обижаться и кривить губы». Пока не будет исполнена клятва, данная именем Тоэя, ей, Эльтаре, придётся забыть, кто она такая.
Прощай, вольная жизнь! Прощай, борьба и тревоги, прощай всё, к чему она привыкла. Сейчас она даже с некоторой грустью вспоминала Хисса и погоню за похищенной Печатью Вечного Короля. Печать она вернула, а вместо благодарности… получила смертный приговор. Если бы не Старый Хрофт, для неё уже всё было бы кончено… Эльтара невольно содрогнулась.
Да, Двалин, Ками, Печать, Хисс, Хеорт… Жизнь. Настоящая жизнь. Не то что в роскошной клетке Эльфрана!
Эльтара сама испугалась крамольной мысли. Как могло такое пробраться к ней в голову — к ней, пожертвовавшей ради спасения родины даже собственной добродетелью?.. Однако же эта мысль пришла, и теперь, побывав на самом краю Небытия, принцесса не могла не признаться себе — да, это правда. Эльфран и в самом деле стал роскошной клеткой. Тяготеющее над страной ужасное проклятье, страх перед уходом Вниз подтачивали сами основы жизни народа Эльтары. Так дольше продолжаться не могло. И раз уж она, Эльтара, оказалась волею злой судьбы извергнута из привычной жизни, раз уж она приобрела — заплатив неимоверно высокую цену! — право судить и оценивать, то смертным грехом было бы не воспользоваться этим и не попытаться спасти свою страну во второй раз. Кто и когда сказал, что уход Вниз есть неизбежная кара за счастье иметь детей? Откуда вообще пошло это бедствие?
Эльтара подошла к узкому окну. Башня Снежного Замка вздымалась высоко-высоко над землёй, царапая острой вершиной жирные животы облаков. Там, внизу, расстилались суровые северные леса, переходившие в унылые лесотундры. Здесь никто не жил, окрестности Снежного Замка были пустынны. Что ж, раз она попала сюда, нужно попытаться извлечь из случившегося пользу. Горджелин сильный колдун — неужто она, Эльтара Эльфранская, не найдёт способа перенять его секреты? Тем более что средство для этого имеется — извечное женское средство…
Эльтара глубоко вздохнула. Все, пора брать себя в руки. Случившегося не исправишь. Она поколебалась ещё мгновение и вызвала тролля-слугу.
— Проводишь в библиотеку! — глядя сквозь него, точь-в-точь как смотрела она на верных Древнему Долгу гномов, бросила саойя.
Тролль вздохнул, потоптался на месте, разворачиваясь, и затрусил вперёд косолапой рысью. Эльтара последовала за ним.
Библиотека Снежного Замка её отнюдь не разочаровала. Разумеется, в священный трепет тоже не повергла (в книгохранилище Эльфрана имелись манускрипты времён ещё до появления Молодых Богов!), однако здесь были собраны труды относительно новые и, что особенно удивило Эльтару, по большей части отсутствовавшие в собрании Вечного Короля, хотя тот, казалось, собрал абсолютно все раритеты, хоть как-то касающиеся мироздания и магии.
Многие свитки и книги были написаны явно не в этом мире, некоторые — на неведомых Эльтаре языках и не поддавались расшифровке даже при помощи заклятий. Мало-помалу всегда отличавшаяся пытливостью принцесса так втянулась в это дело, что невольно забыла и про Горджелина, и про собственные беды.
Не встретив врага, войско Аргниста шло на восток вдоль Рыцарского Рубежа. Орден Звезды мало-помалу оправлялся от потрясения; в брошенных было замках, фортах и крепостях вновь замелькали рясы монахов; отряды «Красных петухов» занимали позиции на главной засечной черте, а специальные орденские команды наводили порядок в подвластных капитулату областях, где за время войны народишко совсем позабыл о почтительности. Главная цитадель Ордена, Крепость Звезды, стоящая у слияния двух притоков Эгера, не пострадала — Орда прошла севернее. Отборные части Ордена не потеряли ни одного человека и сейчас вполне серьёзно занялись восстановлением законности и порядка — так, как они это понимали.
Аргнист вёл за собой три тысячи мечей. Войско разрослось, поверило в себя, было крепко спаяно боями и пролитой кровью. Все безоговорочно признавали право Аргниста командовать, приказы старого сотника выполнялись тотчас. По пути армия уничтожила несколько застрявших на юге шаек Орды — вроде той, что одной зимней ночью атаковала хутор Нивена в далёком отсюда Лесном Пределе. Эти стычки позволили удержать людей вместе и избавили Аргниста от необходимости отвечать на вопросы типа: «Отец командир, что ж дальше делать будем?»
Дело, однако ж, сыскалось. И гораздо быстрее, чем того бы хотелось.
Утром восьмого дня пути к востоку от Эгера передовые разведчики встретились с посланцами Ордена Звезды.
Весь лагерь Аргниста мрачно молчал, пока депутация из почти трёх десятков братьев рыцарей, отцов капитуляриев и верховных магистров в сопровождении «сверкающих» — особой гвардии Ордена — на прекрасных конях, в роскошных блистающих доспехах и шитых золотом плащах неспешным шагом, блюдя достоинство, ехали к разбитому по такому случаю походному шатру Аргниста. Старого сотника, чтобы не ударить в грязь лицом, тоже окружал почётный караул — полдюжины панцирников и седьмым — Двалин. У него были самые лучшие доспехи во всём войске. Ярина, которую не взяли, сперва обиделась, но, после того как Аргнист, отбросивший к тому времени сомнения на её счёт, официально разрешил ей подслушивать, успокоилась.
Торжественная кавалькада спешилась. Всего в гости к старому сотнику пожаловало, если не считать охраны, двое братьев рыцарей высшего ряда, двое верховных магистров и один пузатый отец капитулярий, весь заплывший жиром, но чьи маленькие чёрные глазки, делавшие его чем-то неуловимо похожим на Иеронимуса, остро и зло поблескивали из-под густых кустистых бровей. Аргнист чутьём старого служаки тотчас понял, кто главный в этой роскошной делегации.
Охрана осталась снаружи. Вместе с Аргнистом в шатёр вошли Двалин, Фрабар и командир галенских панцирников Гертен. Хотели позвать также и отца Иеронимуса, но тот так перепугался явившейся депутации, что в страхе сбежал куда-то в обоз и там зарылся в телегу с припасами…
— Извиняйте, гости знатные, потчевать у меня нечем, — развёл руками Аргнист. — Разве что пивом…
— Отчего ж и не пивом? — вполголоса заметил отец капитулярий, вытирая блестящую от пота лысину. — Чем плохо пиво, сваренное, кстати, в орденских землях законопослушными данниками Ордена?
— Пиво воистину прекрасно, — согласился Аргнист, дипломатично пропуская мимо ушей замечание об орденских землях и орденских же данниках. Отцу капитулярию никто из его соратников возразить не посмел, хотя братья рыцари и обменялись кислыми гримасами.
Принесли пиво — точнее сказать, его принесла Ярина, несмотря на страшные глаза, что сделал при её появлении Двалин. Все пятеро орденских проводили девчонку долгими красноречивыми взглядами. Не исключая даже отца капитулярия.
— Пиво господам послам, — сладким голоском пропела Ярина, стрельнув глазками. Двалин заскрежетал зубами — ему казалось, будто в сердце ввинчивается раскалённое сверло.
— Отменное пиво, — причмокнув, заключил отец капитулярий. — И девушка чудо как хороша!