Чтение онлайн

Сети вновь надвигались на него с трёх сторон, но на сей раз Хаген, поняв, что его видят как при свете, так и в темноте, не поскупился вложить свои жизненные силы в заклятье Огня. Редко, очень редко и только способнейшим из Учеников давали Маги это заклинание. Вокруг тана закружился пламенный вихрь; гудящая стена пламени поднялась высоко-высоко, почти достигнув потолка исполинской пещеры; во все стороны хлынули огненные реки.

Хедин научил своего подопечного этому заклинанию – кстати, одному из самых близких к настоящим, Великим заклятьям – как крайнему, последнему из последних средств, когда исчерпаны все прочие способы обороны, – огонь пожирает самую жизнь Смертного, сотворившего это заклятье, так же легко, как сухую траву. Очень недолго может бушевать, обращая в пепел всех видимых и невидимых твоих врагов, эта могучая огненная стена. Лишние мгновения – и ты расстаёшься с жизнью.

Тану удалось достичь выхода, прежде чем пламя опало. Он миновал ворота, угодив прямо в объятия Сухой Руки, встревоженно всматривающегося во вновь сгустившуюся за спиной Хагена темноту.

– Эй, что там за шутки? – начал было Бран, но тут с неистовым ржанием из мрака вылетел обезумевший конь Хагена, каким-то чудом освободившийся и оставшийся в живых; пальцы тана намертво вцепились в поводья.

– Скачи! – не то прохрипел, не то прошептал он. – Скачи, иначе нам конец! Обоим!.. Скачи же! – И сам дал волю коню, не заботясь более, следует за ним Бран или нет.

Однако же тот последовал. Навстречу им неслось угрюмое Гнипахеллирское ущелье, горы постепенно раздвигались, отходя всё дальше и дальше; погони они не заметили. Хаген не тешил себя надеждой, что расправился со всеми врагами посредством Огненного заклятья, и гадал сейчас, что предпримет Сигрлинн? У могучей волшебницы достанет средств остановить их… но неужто у неё не нашлось ничего получше каких-то там живых сетей? Она могла – и Хаген твёрдо знал это – выпить все его силы, превратив его в недвижный чурбак. Могла заставить замереть его ноги, отказать глаза… Она не сделала этого. Почему, если ей было так важно увести его с собой?

«И что же с моими людьми? – мрачно подумал он. – Если за нами следили от самого побережья… могли взяться и за них, когда я приказал разделиться… Хорошо, если Гудмунд не бросился очертя голову в какое-нибудь предприятие… Надеюсь, Фроди удержал его от безрассудств… Но как все складывается! Сначала та ведьма – с Белым Лезвием и Диском Ямерта; потом – Пожиратель Душ, но это могло быть и случайностью, вдобавок он для меня слабоват, это бы учли… И наконец, сама Сигрлинн! Но, если это придумывала одна голова, какой смысл разговаривать со мной, если меня должен был разрубить надвое Диск Ямерта у Живых скал? Что-то очень сложное задумано… Скорее, скорее повидать Учителя – если только сумею прорваться!»

– А горело-то позади тебя как! – услыхал наконец Хаген голос Брана, говорившего уже с минуту.

– Да, пришлось пламенем от чудовищ отгораживаться, – небрежно ответил Хаген, словно творить Огненные заклятья было для него обычным делом.

– От чудовищ ли только? – прищурился Бран. – Видел бы ты себя, когда из этой пещеры вылетел! Краше в домовину кладут… Кого же ты там встретил, молодой тан?

– Не твоё дело, – не слишком вежливо буркнул Хаген. – Держись от этого подальше, Бран. Это моя война; держись подальше, что тебе в ней! Хлопнут по мне, а тебя заденут – и даже потом не раскаются!

– Нечего сказать, пошёл по Лесному Коридору пройтись! – в свою очередь заворчал Бран. – Ладно, если хочешь молчать – молчи, я и без тебя чувствую, что человеку нечего в эти дела вмешиваться… но так и знай, к почтенному Хрофту я всё равно схожу и сам с ним потолкую. Сдается мне, есть у тебя и ещё какие-то дела с Сильными, кроме как Пса подземного усыплять…

– Ну а что изменится, если я тебе расскажу? – бросил спутнику Хаген. – На мою сторону ты не встанешь… Пойдёшь против? Так что ж мне тогда себе во вред говорить?

– А если не с тобой и не против тебя, а других от беды сохраняя? – в упор спросил Сухая Рука.

– Ну и что? – угрюмо отозвался Хаген. – Себе во вред я говорить не буду, я же сказал!

– Я клянусь тебе Вратами Нифльхеля, что не пойду против тебя до тех пор, пока ты не тронешь невинных и оставишь в покое непричастных! – серьёзно и даже несколько торжественно произнёс Бран.

– Ты не пойдёшь против меня? – вытаращил глаза Хаген. – Да кто ты такой, в конце концов? Король? Властитель? Колдун? И как это ты собрался меня судить?

– Я не король, – устало, как показалось тану, ответил Сухая Рука. – Я не властитель, никогда им не был и никогда не стану. А как буду судить… пока не запылают подожжённые твоими воинами мирные деревни, пока людей не погонят, как скот, на продажу, пока пираты с прибрежий под твоими знаменами не предадут мечу и разору торговые города, – до тех пор не жди от Брана Сухой Руки зла.

– Я запомню, – спокойно ответил Хаген. – Я запомню твои слова, Сухая Рука. Но я запомню также и то, что ты помогал мне и спас меня, вытащив из логова Гарма… Однако давай оставим эти высокие материи! Нам ещё скакать и скакать, пока до леса не доберёмся, – а ну как опять Водителя Мёртвых встретим!

Однако минуло два дня, а они без всяких происшествий достигли края Гнипахеллира; не теряя ни минуты, Бран развёл свой костёр и стал искать вход в Лесной Коридор.

Верный, не знающий предательства Зелёный Мир, живущий по собственным законам, в чем-то согласным, а в чём-то и расходящимся с уложениями Ялини, молча распахнул перед двумя путниками свою тайную тропу. Только теперь Хаген смог вздохнуть с некоторым облегчением – он надеялся, что отыскать его здесь Сигрлинн будет не так просто.

Неожиданно Бран резко осадил коня и соскочил на землю. Напрягшись, Хаген вторым своим зрением заметил бледно-зелёные глазки под корнями трухлявого пня. Лесной мелкий дух, такой же, как и тот, что назвал врагами его самого и его Учителя. Но что это собрался делать Бран?..

Тот отвязал от пояса тёмно-коричневую деревянную флягу, открыл её и вылил несколько капель остро пахнущей жидкости; пень тотчас окутался облачком бледно-зелёной пыли и с тихим «умх-х-ф-ф…» исчез, оставив после себя лишь пятно горелой земли.

– Что это ты? – начал поражённый Хаген. – Зачем…

– Ты мне не всё говоришь – и я тебе всего не скажу, – отмолвил Бран, лицо его при этом стало хмуро и жестко. – Скажу лишь, что не люблю я вот этих… которые надеются пересидеть время под пнём, как тетерев дождь под ёлкой…

Объяснить подробно он отказался наотрез.

– Мы пойдём через Холм Двух Теней? – спросил Хаген своего провожатого.

– Не знаю, но вряд ли нас туда теперь выведет, – с оттенком печали, как показалось Хагену, ответил Бран. – Один раз ты отказался – и кто знает, когда лес даст тебе второй шанс?