Чтение онлайн

Впрочем, на этом дипломатические фантазии вождя революции внезапно прервались, и в нем вдруг проснулось подобие здравого смысла:

«Вместе с тем Правительство заявляет, что оно отнюдь не считает вышеуказанных условий мира ультимативными, т. е. соглашается рассмотреть и всякие другие условия мира, настаивая лишь на возможно более быстром предложении их какой бы то ни было воюющей страной и на полнейшей ясности, на безусловном исключении всякой двусмысленности и всякой тайны при предложении условий мира» («Декрет о мире», принят съездом Советов 26 октября (8 ноября) 1917 г.).

Бывшие союзники России по Антанте, естественно, от ленинских мирных предложений открестились. Так что ни к какому всеобщему миру призывы Ленина не привели, да и привести не могли. Однако если ранее Ильич категорически отвергал даже саму возможность заключения сепаратного мира: «Сепаратного мира для нас не может быть, и по резолюции нашей партии нет и тени сомнения, что мы его отвергаем… Никакого сепаратного мира с немецкими капиталистами мы не признаем и ни в какие переговоры не вступим» (В. И. Ленин. «Речь о войне»), то тут, начисто забыв о собственных принципах, советское правительство подписывает с немцами перемирие, а 22 декабря начало вести с Германией и ее союзниками сепаратные переговоры.

И тут уж кайзер, будто кошка с мышкой, затеял игру с большевистскими дилетантами в области дипломатии. Для начала Берлин заявил о присоединении к основным положениям советской декларации о мире без аннексий и контрибуций, при условии принятия этих предложений правительствами стран Антанты. После чего Петроград обратился к своим бывшим союзникам с предложением принять участие в мирных переговорах. И, разумеется, не получил от них никакого ответа.

Тем временем Берлин на оккупированных им территориях проводил целенаправленную деятельность по формированию в бывших национальных окраинах России полностью подотчетных ему марионеточных правительств, добивавшихся отделения от России. На Украине не без влияния ленинских воплей о так называемом национальном угнетении великороссами малороссов к власти пришла буржуазная Рада, которая мгновенно стала искать защиты своей самостийности у немцев.

9 января немецкая сторона заявила, что, поскольку Антанта не присоединилась к мирным переговорам, то Германия считает себя свободной от советской формулы мира, а через несколько дней потребовала отторжения от России свыше 150 тыс. км ее территории. Причем все это делалось Берлином в полном соответствии с ленинской трактовкой принципа мира без аннексий. Просто Германия якобы была вынуждена держать свои войска в Польше и Прибалтике по просьбе национальных правительств этих новых государств.

9 февраля Германией и Австрией был подписан сепаратный мир с украинской Радой. Хотя в этот момент времени Рада уже никого не представляла, поскольку власть на Украине практически полностью перешла к Советам.

18 февраля австро-германские войска начали наступление по всему фронту от Балтийского до Черного моря. Через два дня немцы вошли в Минск. В эти дни генерал М. Гофман записал в своем дневнике:

«Вчера один лейтенант с шестью солдатами захватил шесть сотен казаков…

Самая комичная война из всех, которые я видел, малая группа пехотинцев с пулеметом и пушкой на переднем вагоне следует от станции к станции, берет в плен очередную группу большевиков и следует далее».

21 февраля Ленин объявил, что «социалистическое отечество в опасности». С тех пор в советской мифологии появился праздник День Красной армии. В соответствии с этим историческим мифом 23 февраля под Нарвой и Псковом только что созданные полки Красной армии якобы остановили немецкое наступление. Однако никакого наступления немцев на Петроград в то время не было, поскольку оккупация русской столицы могла привести к падению правительства Ленина и полному восстановлению Антанты, чего немцы опасались более всего.

Тем не менее, поскольку стараниями большевиков русская армия фактически была уничтожена, то по категорическому требованию Ленина, мгновенно забывшего о своих заверениях ни при каких обстоятельствах не подписывать сепаратного мира с Германией, ЦК ВКП(б) принял решение о полной капитуляции, и 3 марта 1918 г. правительством Ленина был подписан с Германией и ее союзниками Брестский мирный договор. Так, высадив в Петрограде ленинский десант и заключив с ним сепаратный мир, Германия получила на Востоке все, о чем только могла мечтать, начиная мировую войну.

От России отторгалась территория Польши, Прибалтики, Украины и Белоруссии общей площадью в 780 тыс. км с населением 56 млн чел., что составляло почти треть населения Российской империи, включая 40 % всех промышленных рабочих. На этой территории находилось 27 % обрабатываемой в стране земли, 26 % всей железнодорожной сети, 33 % текстильной промышленности, выплавлялось 73 % железа и стали, добывалось 89 % каменного угля, находилось 90 % сахарной промышленности, 918 текстильных фабрик, 244 химических предприятия, 615 целлюлозных фабрик, 1073 машиностроительных завода.

По условиям Договора, Россия обязывалась выплатить победителям 2,5 млрд руб. репараций, произвести полную демобилизацию своей армии, признать марионеточные правительства Украины, Прибалтики и Финляндии и незамедлительно вывести оттуда все свои войска.

Формально отошедшие от России территории не аннексировались Германией, однако в условиях немецкой оккупации правительства ряда вновь образованных государств к моменту заключения договора уже обратились к Берлину с «просьбой» о присоединении ко Второму рейху, а когда, скажем, правительство Украины 17 апреля 1918 г. отказалось подписать украино-германскую военную конвенцию, на которой настаивали немцы, то оно попросту было арестовано, а во главу «независимого» государства был поставлен еще более незалежный гетман Скоропадский, который сразу же подписал все, чего от него требовали в Берлине. В целом же все это было прямо-таки настоящим триумфом провозглашенной Лениным политики мира без аннексий и контрибуций.

Впрочем, Ленин не слишком-то горевал об отданных немцам территориях, хотя и назвал Брестский мир «похабным», но гораздо большее его возмущение вызвало отторжение Антантой территорий у Германии:

«Брест-Литовский мир, продиктованный монархической Германией, а затем гораздо более зверский и подлый Версальский мир, продиктованный "демократическими" республиками, Америкой и Францией, а также "свободной" Англией» (В. И. Ленин. «Империализм как высшая стадия капитализма»).

Именно поэтому сейчас, когда в российском обществе необычайно возрос интерес к патриотической деятельности грузина И. В. Сталина, практически никто уже не вспоминает добрым словом дела великоросского русофоба Ленина. Ныне в его адрес чаще звучат лишь слова анафемы и проклятий.

Большая геополитическая игра — это извечная борьба великих государств за достижение ими мирового первенства, осуществляемая с помощью дипломатических, экономических и военных средств. Непременным атрибутом большой геополитической игры являются военно-политические союзы, которые два или более государств заключают между собой для решения общих для них задач, как правило, для борьбы с общим противником. Вступая в коалицию, каждое из государств во главу угла ставит свои национальные интересы, которые далеко не во всем совпадают с интересами остальных участников союза. Тем не менее добровольный союз возникает только тогда, когда общий для всех его участников интерес перевешивает существующие между ними разногласия.