Чтение онлайн

– Почему же мы не воспользовались этой возможностью?

– Там слишком жесткий контроль. Вместе с роботами дежурят межзвездники, а я ещё не научилась стирать их память... Смотри, кажется, начинается совещание!

Честно признаюсь, предстоящий "спектакль" меня уже не интересовал. Ничего нового не услышу, замыслы Оле и без этого предельно ясны. Либо использовать меня для связи с Облаком, а потом за ненадобностью уничтожить, либо уничтожить сразу, вне зависимости от контакта со сверхцивилизацией. Главного я добился: стали известны значение в жизни Межзвездной Энергоцентра и подходы к нему.

Я рассеянно слушал выступление Оле. Указания по расширению зоны биоэксперимента. Создание более перспективных образцов. Подробные поручения руководителям отделов и отделений.

А вот то, чего мы ожидали!

– Я разрешил Немцову посещение Землю. Другого выхода не было. Выделите ему трехместный "цилиндр". В качестве пилота и сопровождающего - пятьдесят шестой образец. Он получил указания... Все!

Остальное - не интересно. Мне - в особенности.

Глава 23

Оле самым бесстыдным образом нарушил, пусть заключенный в устной форме, договор о перемирии. Этого нужно бвло ожидать. Обещал прекратить попытки отправить настырного землянина на тот всет и тут же готовит очередную провокацию. Уверял в любви и привязанности, тепло улыбался... Впрочем, что можно ожидать от изощренного политика, мастера предательства?

Меня сейчас беспокоят три вопроса, которые, в конечном итоге, определят мою судьбу. Первый - почему Оле так легко согласился с моей "командировкой"? Ведь знает, не может не знать - пребывание на Земле я использую не для решения производственных проблем.... Второй - зачем для перевозки двух пассажиров выделяется трехместный корабль?... Третий - в качестве кого летит пятьдесят шестой: пилота, стукача или киллера?

До того обозлился я на наставника, что твердо решил помочь малосимпатичному Иону и алчной Ауре. Пусть столкнут нынешнего руководителя эксперимента с насиженного кресла. захватят сладкое кормило валасти. А дальше - будет видно. Но сколько я не пытался "достучаться" до Облака ничего не получилось.

Помню, в детстве меня учили плавать. Самым зверским, но и самым эффективным способом: сбросили посредине пруда с лодки. Барахтался, отплевывался, отчаянно молотил по воде руками и ногами. Никто не помог мучители глядели и смеялись. Только когда пошел ко дну - выловили и откачали.

Точно так же поступает со мной могущественный покровитель.

На всякий случай, мысленно изложил свою просьбу. Внятно и четко. Пусть Облако не отвечает - лишь бы услышал.

За день до планируемого вылета появился Олег Тимофеевич. Улыбающийся, радостный. То ли от полученного задания организовать провокацию, то ли при виде выставленной мною коньячной бутылки.

– Как дела?

– Очень хорошо. Зотов умудрился разделаться с последним кредитом. Вместе с процентами. Ваш счет в банке изрядно округлился. Завод работает ритмично, без ааврий и сбоев.

– А как "семейный подряд"?
– поощрительно засмеялся я.
– Работает?

Олег Тимофеевич непонимающе заморгал. Пришлось для просветвления мозгов налить в вызванный из воздуха бокал грамм двести коньячку. "Референт" сглотнул слюну и припал к бокалу, как теленок к материнскому вымени. Здорово вымуштровал его Борис Николаевич - глотает спиртное, как воду: не икает и не морщится.

– Работает...

– Слышал, нам выделили трехместный "цилиндр". Что вам поручено вывезти с Земли?

Как водится, пятьдесят шестой поморщился, покрутился.

– Зотова... Ему предстоит маленькая операция по усовершенствованию.

Врет, явно врет! Но я постарался равнодушно пожать плечами. Дескать, завербованный тобой главный экономист моего предприятия - не та фигура, которую можно жалеть или не жалеть. Примитивная "шестерка".

Второй вопрос остался наглухо закрытым. Как и остальные.

Утром мы отправились в космопорт. Я категорически отказался воспользоваться лифт-ракетой. Зачем, когда есть более удобное средство - в пневмовагончике по космической галлерее? Сопровождающий нас представитель Ученого Совета, пожилой многоугольник, нерешительно пожевал впалыми губами. Но настаивать не решился.

Возле входа в космический туннель - два сверхробота, подстрахованные ромбом . Спокойно, без криков и приказаний, загородили дорогу. Ромб даже не преобразился.

– Что случилось?
– опередил я представителя Ученого Совета.
– Почему не пускаете?

– В космопорт - лифт-ракета. Сюда запрещено.

– Мне можно везде. Наверно, вы не узнали советника-референта Оле.

Ромб растерялся. Сверхроботы, ожидая указаний, смотрели на него. сопровождающий нас пожилой многоугольник кивнул, подтверждая мое право выбирать маршрут. Слишком опасно не пускать столь важное лицо. Как бы не нажить неприятности?

Повинуясь повелительному жесту межхвездника, роботы отступили. Мы прошли к вагончику пневмотранспорта. Знакомая картина: как и на Трости, мягкие сидения, бар с напитками, нежное мурлыканье музыки.

Ни одной промежуточной остановки - минут через двадцать вагончик остановился возле причальной площадки. Помещение - типа прихожей в квартире: прямо - дверь, ведущая в комнату, откуда мы с Аурой незримо присутствовали на инструктивном совещании; справа - вход в космопорт, слева - в Энергоцентр.

Сделал вид - ошибся и повернул налево. Силовое поле мягко, но решительно, вернуло меня в исходное положение. Я не удивился и не расстроился. Все понятно и логично: понадобится два заряда: один - для пульта силового поля, второй для главного щита энергоустановок.

Олег Тимофеевич осторожно взял меня под руку и повел в нужном направлении.

Корабль - трехместный цилиндр - уже стоит на стартовой призме. Три кресла - для пилота, штурмана и пасссажира. Для меня, пятьдесят шестого и... неизвестно для кого. Пока неизвестно.

Управление кораблем мне знакомо по рассказам Янис, знатока всех видов космических аппаратов, используемых и межзвездниками и тростянами. В основном, они управляются по одному и тому же принципу.

Олег Тимофеевич уселся в кресло пилота. С одной стороны - понятно, услужливость введена в "референта" с "рождения". Но, с другой - слишком много загадок, до сих пор не осиленных мною. Народное выражение: риск благородное дело применимо для Земли, но противопоказано в космосе.

– Поведу космолет я!
– резко одернул я новоявленного "пилота". Пересядьте в штурманское кресло!

– Но вам... не стоит утруждаться... Мне отлично известна эта система, - забормотал пятьдесят шестой, вцепившись руками в подлокотники.
– Оле сказал...

– Не знаю, что вам наговорил шеф. Только не он вам платит деньги, а я. Из этого и исходите. В противном случае можете отправляться к своему межзвездному хозяину с просьбой дать вам другое задание. Ибо у меня вам не работать!