Чтение онлайн

* * *

Ла Суре умел как-то по — особому подойти к Жако и длинному Шабрену, взять их обоих за плечи и поговорить по душам.

— До тех пор пока мы не получили ответа ни от министерства, ни от Акционерного общества, нужно быть ко всему готовым. Дела у нас идут слишком уж гладко. А ведь эти люди на все способны, чтобы сломить наше сопротивление.

Делегат задумчиво покачал головой; оба парня с интересом ждали, что он еще скажет. Наконец, словно приняв какое-то решение, он продолжал:

— Предположим, что в одно прекрасное утро мы придем на работу и обнаружим, что строительная площадка занята отрядами республиканской безопасности и что они нас уже заметили. Как мы с вами тогда поступим?

Он предостерегающе покачал головой и добавил:

— Я сказал: «Предположим…»

Все трое прошли еще несколько шагов; вдруг Ла Суре остановился и удержал ребят за плечи.

— Предположим, что как-нибудь ночью они подошлют своих людей с динамитом или попросту с кирками. А на следующий день часть стены свалится вам прямо на башку… Ни тебе социального обеспечения, ни страхования на случай инвалидности, вот и выпутывайся как знаешь!

Они молча двинулись дальше, затем снова остановились.

— А возможно и другое: глядишь утром — лестница или часть стены обвалилась, судебный пристав уже прибыл на место и составил протокол, а полицейские гонятся за нами по пятам. «Вредительство забастовщиков» — вот как они это назовут!

— Проклятие! А мне даже в голову все это не приходило! — вздохнул Жако.

— Заметьте, я сказал: «Предположим…» — произнес Ла Суре и вновь зашагал по строительной площадке.

— Надо бы выставить ночью охрану, — предложил Шарбен.

— Вот — вот… — задумчиво проговорил Ла Суре.

— Я мог бы остаться на эту ночь с несколькими парнями из Гиблой слободы.

— Ия тоже с Рыжим и парашютистом…

— Нет. Это будет несправедливо. Вы и так взялись за самую тяжелую работу. Вам надо отдохнуть…

— Дудки! — отрезал Жако. — А остальные разве отдыхают? К примеру, мой отец… ну, мой старикан… Сегодня вечером он отправляется в министерство или еще куда-то как член делегации рабочих…

— А завтра вечером наступит ваш черед идти с делегацией. Кроме того, вы молоды…

— В том-то и Дело! — положил конец пререканиям Шарбен.

* * *

Парни притащили из столярной мастерской несколько ведер опилок, и печурка, стоявшая посреди барака, накалилась докрасна.

— Ну вот, все мы в сборе, — с удовлетворением проговорил Жако, потирая шрам на правой руке.

— Не хватает вашего Виктора, — с неменьшим удовлетворением заметил длинный Шарбен.

— Виктор у нас лежебока, другого такого днем с огнем не сыщешь! — прыснул со смеху Мимиль.

— Надо его образумить, не то он плохо кончит.

— Недостает также Клода, — вздохнул Жако.

Он закрыл глаза и прошептал:

— Жанна Толстушка, должно быть, зашла его проведать, утешить, приголубить… Факт! У него все-таки осталась одна рука, чтобы погладить ее, приласкать.

Жако открыл глаза, посмотрел на свой рубец и снова принялся его шлифовать.

— Что это у тебя? — спросил Шарбен.

— Несчастный случай у станка.

— Ты работал металлистом?

— А как же! Я токарь высшего разряда, милый мой.

— Остался без работы?

— Ясное дело!

— Постой-ка! У меня как раз дядюшка работает в отделе кадров на заводе Лавалет в Сент — Уане.

— Невредный родственничек!

— Он мог бы принять тебя на работу. Точно.

— Смеешься!

— Да нет же, говорят тебе!

— Кроме шуток?

— Клянусь тебе. Он запросто взял к себе на завод Двух парней из Шанклозона. Можно бы вместе сходить к нему… — И, помолчав, добавил: —Только скорее решайся, а то его куда-то переводить собираются.

— Но, видишь ли, сейчас…

— За такой случай надо руками и ногами ухватиться. Проворонишь, пеняй на себя.

— Тысяча чертей! Не понимаешь ты, что ли! Не могу же я теперь бросить стройку. Ну и дурень, честное слово!

Жако встал и принялся нервно шагать взад и вперед по бараку. Он остановился перед Рири, который сидел у стола, положив голову на скрещенные руки.

— Посмотрите на него, вот дрыхнет-то!

— Только одним глазом, Жако, только одним! — послышался голос, приглушенный рукавами.

— Ну и парень! — с восхищением заметил Жако. — Думаешь, он спит беспробудным сном, а он дремлет; думаешь он дремлет, а он работает за троих.

Где-то далеко на колокольне пробило три часа.

— Три часа утра, — сказал Шарбен. — Нужно бы выйти еще разок, сделать обход.

— Бр — р… выйти… — вздохнул Октав, придвигая живот поближе к печурке.

Вдруг они услышали, что кто-то скребется в дверь. Все затаили дыхание. Жако подобрался на цыпочках к выходу, тихонько повернул ручку и разом распахнул дверь.

Появилась озадаченная морда Ланьеля. И тотчас же пес пустился наутек. Жако позвал его, но он бежал рысцой в лунном свете, преследуя собственную тень.

— Вот ведь паршивец! — с нежностью прошептал Жако.

— Дай-ка я выйду.

Парашютист вышел и закрыл за собой дверь.

— В общем он неплохой парень! — сказал Шарбен.

— Кто это?

— Да парашютист.

— Подумаешь. Ты говоришь так потому, что он из Шанклозона, а я таким людям не доверяю. Не знаю еще, правильно ли поступил Ла Суре, что принял его на работу. — Жако подумал немного и прибавил: — А вообще-то Ла Суре знает, что делает.

— Хоть бы Иньяс был тут со своим аккордеоном, сыграл бы нам жава, или хоть Ритон.

Дверь открылась. Все вздрогнули. Появился парашютист.

— Ну и холодище! Ланьеля во двор не выгонишь. Бр — р!