Чтение онлайн

Судя по неприкрытому страданию в голосе, гуляли наши славные защитники с размахом. И кирпичи, сплошь исписанные именами, инициалами и разными фразами, вполне соотносящихся с образом изрядно набравшихся колдунов, это подтверждали. Особенно богата на изречения выдалась противоположная стена - даже при том, что большую ее часть занимала огромная, выжженная многолучевая звезда, заключенная в круг. Ох, чую, разборки из-за чужого самовыражения царили нешуточные: не лишенный художественной изюминки рисунок перекрывал много других имен, чему их хозяева вряд ли обрадовались.

– Черная Смерть?

– Он самый, - согласно вздохнул Беда. Наверное, завидовал тому, что его-то имя скромно ютилось в самом дальнем уголке.

– З-зачем?

– Всевеликая Нимма, Лоза, ты сам догоняешь, чего спрашиваешь? Праздновали мы!

– Зачем ты меня сюда притащил, спрашиваю?

То, что колдуны больные на голову - это не секрет.

Приграничник спустился на пару ступенек, но я остался на месте. Даже смотреть на порченую воду не хотелось, а прикасаться... бр-р-р. Это ведь все там лежало и гнило...

– Тогда, десять лет назад, летом...
– с напевными интонациями начал маг.
– Мы стояли под стенами, и клятые нелюди боялись бунта. А потом, когда мы ворвались внутрь шольцы, м, открутили краник и залили камеры водой.

Если у Беды когда-нибудь будут дети, ему не стоит рассказывать им сказки. Карма, даже мне жалко бедных малюток. Вырастут психами, хуже папаши.

– Мы в-в изоляторе?
– от воображенной картины по телу прошла зябкая дрожь. Медленное утопление... хуже только замуровать человека заживо. Тело немеет, и ты уже не чувствуешь ни рук, ни ног, ледяная вода подбирается к губам, закрывает лицо, легкие разрываются от недостатка воздуха, вода заливается в рот, в горло, грудь прорезает боль, перед глазами сверкают разноцветные круги, но ты все еще бьешься, в безумной попытке вырваться на поверхность, но над головой только камень...

– ... потом я встретил их снова!

– Чего?
– я вынырнул из фантазии, с жадностью втягивая затхлый воздух. Беда обиженно моргнул: я пропустил все самое важное.

– Тех, кто утонул. Мертвых, - уже нормальным тоном повторил он.

– Утопление - самый безопасный способ казни, - напомнил я.

– А в этот раз не сработало, - черный маг повернулся ко мне лицом и с совсем не вяжущейся к ситуации широкой улыбкой объявил: - Первое нашествие началось здесь, Лоза. Здесь отрыло глаза первое умертвие, и именно здесь слуги Бездны впервые пришли в этот мир! Замечательно, правда?

Ошизеть, как замечательно. Сфотографируйте меня на фоне.

Так, стоп.

– Ниморцы не успели уничтожить тела. А вы?

В честных глазах приграничника отразилось искреннее непонимание:

– Мы ведь отомстили, м?

Я глубоко вдохнул, убеждая себя, что бесполезно говорить черным магам о морали, да и о санитарии в общем-то тоже. Просто не поймут. Бывший тюремный блок, черепа, выплавленная звезда с извивающимися лучами... если где и могла завестись нечисть, то именно здесь. Не удивлюсь, если прямо сейчас вылезет какая-нибудь...

Стоячая вода заколыхалась, и ступени лизнула небольшая волна, расшвыряв крайние головы.

– О, Шэд нас засекла, - приграничник неуловимым движением успел запрыгнуть выше.
– Опять будет вопить. Как была истеричкой...

От бывшего тюремного блока мы смотались как можно быстрее. Я уже понял, что полностью запутался в лабиринтах переходов, лестниц и коридоров, и теперь не выберусь самостоятельно даже с планом уровней, и спасибо туману, что не дал совершить опрометчивый шаг, и что вообще-то мы идем другой дорогой. Правда, последнее - только когда впереди замаячила дверь, не дохлая и деревянная, а мощная и стальная.

– Так вот как погибла Ильда, - я говорил скорее сам с собой, испытывая парадоксальное желание поблагодарить приграничника. Магистр Александр Юстин все-таки ни при чем.

Беда услышал и согнулся от хохота:

– Ниморцы - утопить Ильди? С-с-слишком много счастья под этим небом...

– Но не свои же ее... или ... но за что? Она была военной преступницей? Ниморской шпионкой?
– Я с беспокойством проследил, как черный маг практически сползает по стеночке, и не решился продолжать расспросы. Вот хватит его удар, как выбираться буду? Наконец Беда успокоился, вытер набежавшие слезы и кое-как добрался до двери, плавно отъехавшей в сторону при его приближении.

– Милостивые Небеса, это случилось! Ах, Беда, я уже решила, что никогда не увижу тебя снова, - с отчетливыми грозовыми нотками пропела синеглазая нежить. Помещение за небольшим тамбуром и второй дверью ошеломляло какой-то чуждой, неестественной белизной. Белизной кафельной плитки, сиянием мощных круговых ламп и блестящей стали; глаза мгновенно закололо от чересчур яркого света, мешая разглядеть, чем меня порадует карма в этот раз.

– Ильди, Ильди, не кипятись, - примирительно простонал Беда, все еще не в состоянии успокоиться.
– Я его привел. Да, к слову, если ты собираешься пустить его под нож, то я в этом не участвую...

И тут я прозрел, буквально и фигурально. Размытые силуэты приобрели четкость и объем, но они не имели ни малейшего шанса обратить на себя внимание; внимание мое полностью безраздельно занял ОН - операционный стол с держателями для рук и ног, над которым раскинул лапы стальной паук, подвешенный к потолку и держащий жуткие зазубренные предметы один другого краше.

Миг я простоял в столбняке, а потом шарахнулся к выходу, отмечая то, что не заметил ранее: потеки крови на плитке, бурые разводы на полу, инструменты в лотке, покрытые засохшей коркой... Что я там говорил про санитарию? О, Дух Ниммы, как ты можешь допускать, чтобы кого-то потрошили ржавыми и нестерильными железками?!

– Беда, однажды я отрежу тебе язык, - зашипела где-то в земном мире Шадде. Бывшая колдунья казалась в ниморской лаборатории чужеродным элементом, но даже она, проникшись духом места, надела перчатки. Белые. Кружевные.

Черный маг пожал плечами:

– Я за честную политику.

Умертвие в ответ совсем не куртуазно сплюнула и махнула мне пухлой белой ручкой:

– Подойди, зеленый... Ничего тебе не грозит. Пока.

Последнее "пока" как-то успокоило - значит, на меня у нежити еще есть планы, более или менее заключающиеся в одном типе, бродящем по трясинам и топям под ручку с меланхолией. Ну, в любом случае, дверь-то меня точно не спасет... Поэтому задерживаться я не стал, хотя бы для того, чтобы отойти от пугающего до одури медицинского жертвенника подальше. А Беда поперся следом, хотя его-то точно никто не приглашал.

– Тоже принципы мешают?
– поинтересовался я у мага.

– Какие принципы?
– изумился тот.

Действительно... что за крамолу я поминаю, да еще ближе к ночи.

– Операционная номер двадцать семь, - вполголоса пояснил заклинатель и постучал костяшками пальцев по виску.- Шольцы вскрывали пленникам череп и искали внутри дар.

Похоже, с таким же результатом, с каким на нашей территории - нефть. А Беда, разумеется, здесь был и свечку... скальпель держал.

– Осуждаешь?