Чтение онлайн

Глава 13

— Благодарю за ваше время.

Формулировка была традиционной. Пресс-секретарь императора граф Белов заканчивал оной каждое свое выступление.

Зал зашумел. Поспешили на выход первые ряды, сплошь состоящие из представителей СМИ и пресс-секретарей рангом пониже.

Люди действительно серьезные, от которых зависела зачастую судьба империи, расположились в удобных креслах балкона. И, в отличие от суеты внизу, здесь царила тишина и благолепие. Никто не спешил вскакивать с мест. Большинство обдумывали слова графа. Ведь каждый услышал в его выступлении по разумению своему: люди «несведущие» — просто ежемесячный доклад императорского кабинета, а вот «пассажиры» кресел… по-разному.

Пресс-секретарь Долгорукого человеком был серьезным. И каждое его слово весило тонну. В смысловом выражении. А уж сколько подтекста и контекста можно найти даже в самой простой на первый взгляд фразе…

— Интересное выступление, — негромко прокомментировал Глава Архиповых, покачав головой.

За сухими словами скрывалась серьезная задумчивость. Если Ярослав Романович правильно оценил «намеки» главы информационной службы самодержца, император явно давал понять, что вольница кланов — это, конечно, хорошо. Но рамки видеть нужно. И кто-то уже всерьез за них вышел…

… И, зная характер властителя империи, можно было предположить, что совсем скоро Долгорукие начнут напоминать, что такое страх и почему именно их Род возглавил государство.

— Более чем, — согласился откинувшийся в очень похожей задумчивости на спинку кресла Анатолий Георгиевич.

Именно ему сегодня выпало представлять Волконских на этом мероприятии.

Итак, император решил напомнить, кто в доме хозяин. Об этом прямо-таки кричал ряд, казалось бы, несвязанных между собой решений, выпущенных кабинетом монарха. Да и иные «оговорки» его пресс-секретаря, что никогда не станут… очевидны «широкой общественности», произвели среди собравшихся на балконе эффект разорвавшейся бомбы.

Из тех, кто понял.

Дмитрий Долгорукий человеком был крайне практичным. И всегда заранее предупреждал об изменении «правил игры». Самые сообразительные получали время подстроиться. Следующим шагом люди государевы демонстративно брали за жабры кого-нибудь «особо непонимающего». Третьим тактом шла зачистка тех, кто не вписался в новую нормальность.

Обычная и вполне разумная практика.

Архипов больше не произнес ни слова. Лишь кивнул на прощание и направился в сторону выхода.

«А ведь эти ничего не услышали в словах Белова.» — мысленно покачал головой Волконский, окинув взглядом «коллег». Удивительно, но девяносто девять процентов, собравшихся ДЕЙСТВИТЕЛЬНО, не понимали, откуда и зачем именно пошла традиция присутствия представителей кланов на ежемесячном докладе.

Таким образом, самодержец общался с элитой империи.

— Почему нет, — едва слышно выдохнул себе под нос Анатолий Георгиевич.

Он уже много десятилетий не был тем благодушным ребенком, что готов был с легкостью порвать губу о крючок под название «Свобода». И да, он считал вполне нормальной и сбалансированной систему, когда рост возможностей компенсировался «сложностью» их применения. И да, заместитель Главы был вполне за понятную и прогнозируемую систему правил, даже если она ограничивала его самого.

«Нужно обсудить с братом.» — решил он, поднимаясь с кресла.

— Анатолий Георгиевич, здравствуйте.

Волконский обернулся.

К нему спешил глава Палаты независимых торговцев.

Господин Кирсанов был упитан, круглощёк и, судя по его виду, совершенно не понял, ЧТО именно было произнесено только что в зале заседаний Кремля.

«Его проблемы.» — коротко оценил мужчина.

А еще ему совершенно не по чину было так запросто окликать второго человека Великого клана.

— И вам здравия…

Можно было бы пройти мимо. И даже не задумываться. Но Анатолий Георгиевич спеси «небожителей» предпочитал прагматизм. Уж лучше потратить пару минут сейчас, чтобы разобраться, какое такое чудо заставило Кирсанова ТАК поверить в себя, чем позже получить уже разросшийся ком проблем.

— Ян Антонович, — тут же с готовностью напомнил «торговик».

«Не самая важная информация.».

— Ян Антонович, — повторил Волконский.

Судя по самоуверенному виду будущего собеседника, это имя Анатолию Георгиевичу все-таки придется на какое-то время запомнить. Так могла бы выглядеть болонка, рискнувшая раззявить пасть на питбуля только потому, что чувствует на шее сжатой рукой хозяина поводок.

— Не буду отнимать ваше время, — констатировал «торговик». — Поэтому перейду к делу. От лица Палаты вынужден сообщить, что членов нашей организации смущает усиление роли Волконских в Приуралье.

Второй человек Великого клана без всяких эмоций рассматривал собеседника. Фактически заместитель Главы только что выслушал ультиматум. Вызов, а это был именно он, поступил от главы довольно… незначительной организации. Однако «болонку» хоть и потряхивало от адреналина, но речь звучала уверенно. Настолько, что заместителю Главы стало действительно интересно, что именно за рука удерживает «ошейник» этой мелкой су… собачки.

А вот цель была ясна сразу. Кому-то сильно не понравились клановые проекты в регионе.

— Допустим, мы понимаем ваш интерес в инфраструктурном развитии территорий, — продолжил «посол».

Анатолий Георгиевич мысленно лишь хмыкнул. Что ж, к попыткам взять под контроль логистические «серые» потоки, нередко выливающиеся в боевые столкновения с «несогласными», можно применить и такой эвфемизм.

— Однако усиление присутствия на территории в виде государевого человека многие сочли фактором… слишком смещающим баланс в сторону Волконских.

— Ян Антонович, вы сами сказали два очень важных слова: «человек государев», — бесстрастно сообщил отец нового воеводы в регионе. — В статусе опричника.

Тонкий намек на толстые обстоятельства. Мол, сын там не интересы клана блюдет, а в первую очередь, волю самодержца исполняет.

«Торговик» лишь ухмыльнулся в стиле «Ну мы-то с вами знаем, как оно на самом деле!».

— Господин Волконский, — протянул «посланец» (которого тут же захотелось послать куда подальше). — Мы люди взрослые. И прекрасно понимаем, как принимаются такие решения.

«Гандон», — спокойно оценил клановец.

И это определение было не про оскорбление. Просто на ум Анатолию Георгиевичу пришел именно образ презерватива, который некие силы использовали в качестве барьерной защиты при попытке «пенетрации» позиций Волконских.

Кстати, про людей взрослых… Мужчина бы с таким определением не спешил. Он-то как раз прекрасно знал, как именно организуются подобные «накаты». Можно поспорить, что за последнее время к довольно мелкой и ни на что не влияющей организации присоединились достаточно серьезные игроки. И именно их «вызов» доставил сейчас не слишком понимающий в происходящем Кирсанин.