Чтение онлайн

— Лес рубят, щепки летят? — негромко констатировал молодой человек.

Калас на миг задумался. Он с этой местной идиомой еще не сталкивался. Однако общий смысл понял мгновенно.

— Да, господин Волконский, — жестко кивнул «свободовец». — Именно так. Мне придется буквально «зачищать» любое недовольство, а после предстоит долгая и кропотливая работа по «смене мировоззрения» оставшихся. И поверьте мне, далеко не каждый дойдет до конца пути.

Клановец кивнул. Он встречался со «свободовцами». Все они фанатично преданы своему магистру. И, если вдруг явится новый и скажет: «Вот он я, давайте жить по-другому!», еще неизвестно, как отреагируют «послушники» и «паства».

Павел одним глотком прикончил свою чашку и обвел взглядом не слишком притязательное, пусть и расположенное в центре Красноуральска, заведение.

— Откуда в такой… — на несколько секунд молодой человек задумался, но тут же закончил. — Глуши столь замечательный кофе?

— Простите? — не понял «господин Петров», погрузившийся в свои мысли.

Вряд ли ему нравилась роль будущего палача собственных сторонников, но магистр не видел другой возможности сохранить весь организм без хирургического удаления «опухоли».

— До свидания, — завершил разговор Павел, склонив голову в вежливом прощании.

В этом заведении действительно подавали отличный кофе. И клановец намеревался сюда еще зайти. Возможно, не раз. И ему совершенно не хотелось случайно встретить во время одного из «туров» своего собеседника.

Но это все потом. А пока Волконский быстро удалялся от места встречи, на ходу доставая комм и нажимая на одну из клавиш быстрого вызова.

— Привет, красавица, — негромко произнес молодой человек, едва собеседница ответила. — Что у тебя там?

Пока он «прохлаждался», отдуваться на месте покушения пришлось Насте. И, зная характер канцеляристки, Павел практически не удивился, услышав уверенный ответ:

— Шут, ты представляешь… они все тут дебилы!

Глава 3

— Они все тут дебилы!

Здоровенный полицейский чин в звании подполковника буквально побагровел от такой душевной простоты. Мелкая же пигалица встряхнула яркими волосами и продолжила вещать в трубку ее мнение об умственных способностях собравшихся, их привычках, сексуальной ориентации, даже выдала несколько предположений о том, как именно и кто кого… В общем, много чего она наговорила своему собеседнику.

Все это время офицер медленно багровел. А его «свита» начала осторожно и незаметно расползаться подальше от эпицентра скорого взрыва.

Павел же Мышь выслушал. Внимательно. И вывод сделал самый простой:

— Мне приехать?

Думать о том, что же творится в головах у сотрудников, идущих наперекор «ока императора» ему не хотелось. Мало ли какой «ваты» в головах у людей не водится. «Справочник психиатрических заболеваний» составлен не на пустом месте.

— Не, не надо! — тут же откликнулась штатный снайпер группы.

Кому как не ей проводить контрснайперское расследование?

— Тогда в чем у тебя проблема? — поинтересовался молодой человек.

У него действительно было много дел. И Волконский был бы сильно благодарен Насте, если ему не придется заниматься еще и этим.

— Они не верят, что я «око императора»! — все столь же бодро отрапортовала собеседница.

Клановец задумался. Представить ситуацию, при которой местный полицейский смог бы отказать хоть в чем-нибудь канцеляристке, он представить не мог. Никак. Какие бы погоны ни давили ему на плечи. Хотя бы потому что эта ярковолосая балагурка имеет полномочия недрогнувшей изящной ручкой сорвать ЛЮБЫЕ.

Единственный КРАЙНЕ маловероятный вариант (просто никто рисковать не будет!): они не поверили в подлинность «корочек». Хотя защита там стоит такая, что их попросту невозможно подделать. Равно как и предъявить чужие. Так в чем проблема? Не говоря уже об особых татуировках, проявляющихся только при ощущении определенной последовательности эмоций, вроде той, что украшала запястье самого Павла.

— Как они отреагировали на «корочки»? — поинтересовался клановец аккуратно.

Ситуация казалась все более странной.

— В том-то и дело, что никак! — заверила штатный снайпер группы.

Павел покачал головой. Придется ехать. Слишком странная ситуация.

— Почему? — поинтересовался он вкрадчиво.

— А я их дома забыла! — без всякого перехода буркнула Мышь.

Павел встал. Как вкопанный. Посреди тротуара. В двух метрах от своей машины. На него со спины тут же налетел какой-то спешащий худющий небритый мужик.

— Аккуратнее, — бросил он хмуро и потопал дальше, зло зыркнув в сторону «препятствия» напоследок.

— Настенька, — мягко протянул Павел. — О тебе мы поговорим в гостинице. А теперь дай трубочку самому важному дяде рядом с тобой.

— Ну на хрен! — вполне себе жизнерадостно заявила девушка. — Сама разберусь!

И отключилась.

Несколько секунд молодой человек внимательно рассматривал гаджет. Мол… а чего вообще звонила-то?

Павел вздохнул и набрал снова.

Лейтенант Туполев краем глаза косился на начальство. Он бы с удовольствием свалил куда подальше. Полковник Левашов в гневе — что твой носорог. Зрение у него тут же становится хреновым. Своих и чужих не разбирает. Но при его весе, это реально не его проблемы.

А тут еще и девица эта…

Самое главное, никто не мог вспомнить, откуда именно она взялась на месте преступления. Сквозь несколько кругов оцепления она просто просочилась, возникнув как-то вдруг прямо в центре событий.

Даже некоторое время ходила, рассматривала что-то. Умудрилась с криминалистами и следователями о чем-то пару раз пообщаться. И ни у кого не возникло вопросов, что делает симпатичная молоденькая девчушка, в обтягивающих вполне себе взрослую фигурку штанишек и теплом жилете поверх балахона. На голове у нее красовались наушники со стилизованными кошачьими ушками на ободке.

В общем, она была настолько немыслимым персонажем в центре работы множества серьезных и наскипидаренных начальством из-за громкости дела, что никто почему-то не задался вопросом, а какое право она вообще имеет здесь находиться.

А потом она попалась на глаза полковнику Левашову.

— Эй, ты кто? — ткнул он пальцем в беседующую о чем-то с баллистиками малышку, с самым серьезным видом рассматривающую необычно крупную гильзу в прозрачном пакетике.

— Не тыкай, — автоматически отмахнулась Мышь, хамства к своей персоне не терпевшая. — Не разделись еще.