Чтение онлайн

– Грани умер!
– Раттатоск был ошеломлен.
– Но как? Я же недавно... Или... Какого черта недавно, меня ж тут лет десять не было... Вот те раз... Ну и денек, гунгнир мне в зад! Ну и денек!

– Гном не сегодня умер, - наставительно заметила птица. Раттатоск, помотав головой, вскочил и решительно зашагал к дверям.

– Стой!
– пискнула птичка, распахнув крылья чтобы загородить проход.
– Это наше гнездо! Мы тут живем! В чужой дом незванным войдешь - беду накличешь!

Бельчонок, нахмурившись, остановился перед самой дверью и бросил на пернатую грозный взгляд сверху-вниз.

– Как зовешься-то?

– Снурла!

– А я Раттатоск, - сухо сообщил пушистый.
– Бог, между прочим.

Птица отпрыгнула глубже в кузню, но крылья не сложила.

– Ну и что?
– пискнула смело.
– Даже Один без спроса в чужие гнезда не лазит!

Бельчонок, не выдержав, громко фыркнул.

– Ты когда вылупилась? Этой весной?

– Мы птенцов по осени выводим!
– гордо отозвалась пернатая.

Раттатоск подмигнул мышке.

– Угу, как цыплят...

– Ратта, не сердись, - попросила Гайка, подойдя ближе.
– Она же просто гнездо защищает, это инстинкт любой птицы.

– Я должен смотреть, как комок перьев присваивает единственную на всем Древе кузницу?

– Мы не присваиваем!
– возмутилась Снурла.
– Мы тут уже много лет живем!

Гаечка осторожно вышла вперед, встав между бельчонком и птицей.

– Златоперая, чистоглазая, быстрокрылая Снурла, гроза жуков и короедов, - мышка почтительно поклонилась.
– Молю пропустить нас в гнездо всего на пару часов. Нам нужны только инструменты старого Грани.

Птичка распушила все перья и с благодарностью взглянула на мышь.

– Учись!
– заявила она Раттатоску.
– А еще бог!
– обернув голову к Гаечке, добавила: - Входите, конечно. Мы-то под потолком обитаем.

Бельчонок, покачав головой, смолчал и, следом за Гайкой, прошел в дверь. Внутри, как ни странно, было почти так же светло, как на воздухе - десятки хитро устроенных зеркал отражали свет заходящего солнца на кристаллы, укрепленные вдоль стен. Пол, наковальню, давно погасшую топку, скамьи и лежанку в углу - все устилал толстый слой птичьего помета. Запах просто бил по ноздрям, Гаечка с Раттатоском одновременно зажали носы и переглянулись. Снурла встретила такую реакцию без тени смущения.

– Наше гнездо!
– твердо заявила птица.
– Не нравится, не дышите!

Мышка беспомощно кивнула и подбежала к огромному сундуку, стоявшему у стены. Раттатоск, морщась от вони, помог ей откинуть крышку.

– Нет...
– в ужасе прошептала Гаечка.
– Как же я... Не подумала...

Бельчонок с сомнением почесал за ухом и тут же, поспешно, вновь зажал нос.

– Что дальше?
– спросил коротко.

Гайка молчала. Она упустила из виду простую деталь - самый маленький инструмент покойного Грани был впятеро больше ее роста. Без хозяина, для мыши, кузница становилась совершенно бесполезной.

Потеряв силы стоять, изобретательница сползла на грязный пол и зажмурилась. Чудовищая вонь, нервное напряжение, непрерывные стрессы - все обрушилось разом, давя барьеры, останавливая сердце. Тихо вздохнув, Гайка провалилась в глубокий обморок.

Стены вонючей кузницы беззвучно распались. Мышка в панике огляделась - она стояла на бескрайней шахматной доске, в полном одиночестве. Над головой жарко горело восьмиугольное солнце, из центра каждой белой шахматной клетки вертикально вверх тянулись призрачные, совершенно прямые нити. По нитям деловито, через равные промежутки, юркими спиралями вверх и вниз сновали оранжевые безглазые змеи.

Гайка невольно попятилась, но, стоило ей приблизиться к границе между клетками, из центра ее собственной клетки высунулась громадная лапа с грязными желтыми когтями. Мышка запищала от страха, попыталась увернуться - тщетно; лапа схватила ее за хвост и грубо оттащила к центру, а сама столь же стремительно втянулась обратно. Порясенная, перепуганная, Гаечка сжалась в комок.

Минута текла за минутой, но ничего не происходило - змеи продолжали сновать по нитям, палило геометрическое светило. Изобретательница осмелилась поднять голову.

Шахматная доска уходила в бесконечность. Кроме нее, в мире попросту больше ничего не было. Нити терялись в высоте, оранжевые змеи мгновенно исчезали, коснувшись поверхности клетки, и так же, из ниоткуда, появлялись, чтобы начать подъем навстречу сиянию. Ситуация казалась невероятно знакомой, Гаечка мучительно напрягла память - все это уже было, было! Где?!

Вздохнув, она поднялась на ноги и робко, не отрывая взгляда от черной лоснящейся поверхности клетки, сделала шаг в сторону. Вскрикнула, когда лапа вновь оттащила ее к центру. Зажмурилась, яростно сжала зубы. Выдохнула. Спокойно, главное - спокойствие. Это лабиринт, как...

...как в лаборатории Нимнула. Гаечка ахнула: вот оно! Лабиринт! Подопытная мышь в лаборатории богов. Так, так... Спокойно... Не нервничать. Думать. Эмоции сейчас не помогут. Думать.

Последовательные попытки сойти с черной клетки в каждую из сторон, успеха не возымели: лапа немедленно оттаскивала мышку обратно. Гайка попытала счастья с «виртуальными» направлениями, внушив себе, что клетка вертикальная и идти можно вверх - не сработало. Выйти на руках, на четвереньках, с зажатым в зубах хвостом, ползком, в прыжке, перекатываясь - бесполезно. Скрестив на груди лапки, Гаечка крепко задумалась.

Очевидно, решение, которое от нее ждут, не акробатическое, а интеллектуальное. Но что можно придумать, если стоишь посреди плоскости, и с собой нет ничего?!

Стоп-стоп-стоп... Встрепенувшись, мышка поспешно сбросила комбинезон и постелила его узкой полосой в направлении ближайшей клетки. Лапа?... Нет, пока нету... Неужели?..

Осторожный шаг. Еще один. Тишина? Тишина! Невероятно, такое простое решение сработало! Торжествующе пискнув, Гайка перешла на белую клетку и подтянула комбинезон. Оделась, перевела дух. Теперь она стояла совсем рядом с нитью и змеями.

Думать. Думать! Если схватиться за змею, можно подняться в небо... А потом? Гравитация тут явно работает. А если схватиться за ту, что спускается? Может, и пленница исчезнет вместе с оранжевой рептилией, отправившись... В царство Хель, не иначе. Все это неспроста, надо решить головоломку! Только разум сейчас отличает Гаечку от белой лабораторной мыши. Что сделала бы мышь?

– Принюхалась, - удивленно прошептала Гайка. И тут же поняла, что догадалась правильно: оранжевые змеи пахли сыром.