Чтение онлайн

— Да, земля. Скорее всего, это остров Круглый. Предания говорят, что иногда остров-щит Гипербореи, нарушая все древние заговоры, проявляется. И не как мираж, а по-настоящему. Неужели нам повезло?

Глядя на полоску суши, Добрыня ответил:

— Прежде нужно убедиться, что это не мираж. Если это действительно Круглый, нужно пройти вдоль берега, чтобы найти реку или ручей и набрать пресной воды.

Кормщик Прохор (кормщиками в древние времена называли капитанов) и приказчик Светозар (его помощник) стояли рядом и слушали.

— А после этого, дядя? Если это тот самый остров…

— Предания говорят, что на этом острове полно капканов и мороков. И эти мороки могут свести с ума. Сойти на берег мы вынуждены из-за проблем с водой, но далеко от устья реки уходить опасно.

— Верно, заговорённый остров, — задумчиво произнёс Пересвет, — если это Круглый. И далеко уходить от берега нельзя. Всё правильно. И в то же время остров — наша цель. Сойдём на берег, выясним, как будем себя чувствовать. Если проблем не возникнет, пройти немного для нас вовсе не обременительно. Может быть, что-то найдём. А ещё лучше, если с кем-нибудь встретимся.

— Встреча — это маловероятно… Давай не будем загадывать наперёд. Прежде нужно выяснить, с чем мы имеем дело — с настоящей землёй или мороком.

«Чарода» продолжал, рассекая волны, идти к острову, попутный ветер туго надувал парус. Пересвет неотрывно глядя вперёд, сказал кормщику:

— Прохор, подготовьте большую шлюпку. Четыре матроса, если увидим реку, отправятся за водой. Я, мой дядя и… пожалуй… Крепыш в тузике пойдём в разведку. Нам нужны будут продукты дня на три.

— Понял, — кивнув головой, ответил Прохор.

Остров был уже рядом. И все, кто стоял на баке, видели настоящую землю, скалы, на которых гнездилось огромное число птиц. И этот птичий базар оглашал округу невероятно громкой какофонией звуков. Вряд ли мираж был способен на нечто подобное.

«Чарода» довольно долго шёл вдоль берега. Скалы и птичьи базары остались позади, теперь побережье походило на равнину, обильно усыпанную мелкой галькой. И вот вперёдсмотрящий крикнул с высоты мачты:

— Вижу реку! Широкую, полноводную!

Артельщик улыбнулся, понимая, что совсем скоро проблема с пресной водой перестанет существовать.

— Что видно в глубине острова?! — крикнул Пересвет.

— Не могу понять! Там довольно темно! То ли облака как раз прикрыли солнечный свет, то ли какие-то местные испарения выходят из недр и стелятся над землёй! Одним словом — низко стелющаяся хмарь!

Пересвет посмотрел вверх. На небе не было ни единого облачка.

— Это мороки, — услышал он голос Добрыни. — Неприятности о себе заявляют заранее.

— Совсем ничего не видно?! — переведя взгляд на мачту, спросил Пересвет.

— Ничего! — ответил сверху вперёдсмотрящий матрос. — Вдалеке хмарь, куда ни глянь!

Пересвет разочарованно покачал головой. Тем временем кормщик приказал команде:

— Парус убрать! На якорь встать!

Затем на воду аккуратно опустили большую шлюпку и маленький тузик. Крепыш сел за вёсла тузика.

— Идём прямо к берегу, — сказал Пересвет. — Пусть нам сопутствует удача!

Крепыш в одиночку оттащил лёгкий тузик от линии прибоя без каких-либо усилий. И все трое стали смотреть по сторонам. Затем они, сев на камни, сосредоточили своё внимание на матросах. Устье реки находилось неподалёку, матросов хорошо было видно.

Команда работала слаженно: открыв крышки объёмистых деревянных баклаг, они тут же начали черпаками наливать в них воду. Баклаг было несколько, работа длилась довольно долго.

— Работают споро, — сказал Добрыня, — не вижу сбоев, никто не падает в обморок. Похоже, со здоровьем у них проблем нет.

— И меня ничто не беспокоит, — сказал Пересвет.

— Со мной полный порядок, — тут же отозвался Крепыш.

Добрыня, немного помолчав, спросил:

— Рискнём?

— Нужно это сделать, — ответил Пересвет, — иначе нас не поймут ни команда, ни вождь.

— Тогда пошли, — сказал Добрыня, вставая. — Забираем котомки. Пройдём немного, а там видно будет.

Подойдя к тузику, Пересвет потянул за лямки свою котомку и привычным движением забросил её за спину. Зашедший с другого борта Добрыня сделал то же самое. Крепыш замер над тузиком.

— А где моя котомка? — спросил он.

Все посмотрели на дно лодки. Там лежали вёсла и связка просмолённых сигнальных факелов.

— Я положил в котомку продукты, фляги с квасом, — сказал Крепыш. — Что теперь делать?

Все вместе они обошли тузик со всех сторон. Затем разошлись по прибрежной полосе, заглядывая даже за небольшие валуны.

— Мы не отходили от тузика так далеко, — наконец сказал Добрыня.

И всё-таки он прошёл несколько десятков шагов по влажной полосе прибоя, глядя по сторонам.

— Нас тут трое или намного больше? — произнёс он. — Может быть, так проявляет себя морок?

— Мороку назло всё равно пойдём вперёд, — сказал Пересвет. — Ничто нас не остановит.

— Да, идём! — ответили Добрыня и Крепыш.

Они ещё раз посмотрели на дно лодки, забрали связку факелов и пошли к реке.

Тот берег реки, на котором они оказались, был низким и сглаженным. Скорее всего, его на протяжении многих лет разравнивали весенние паводки. Над противоположным берегом возвышалась доломитовая стена, которая просматривалась очень далеко вверх по течению.

— Удобнее идти по этому пологому берегу, — сказал Пересвет. — Нет ни ложбин, ни взгорков. И хмарь пропала, всё вокруг хорошо видно. Пройдём немного.

Вскоре Крепыш сказал:

— Если в этой реке есть рыба, сухой паёк нам не понадобится.

— Ты взял невод? — спросил Добрыня. — Только вот где он?

Крепыш остановился.

— Невод лежит в носовом ящике. Хотя, может быть, лежал, а теперь и он исчез. Я схожу, проверю.

— Лучше я схожу, — сказал Добрыня. — У меня более размашистый шаг.