Чтение онлайн

(6) Когда всадники, пред бросанием дротика, делают разъезды в Ликее, тогда хорошо будет, если с обеих сторон, как будто в сражении, выйдут по пяти фил под предводительством гиппарха и филархов, но в таком порядке, чтобы занять всю ширину ристалища. (7) И когда они достигнут крайнего пункта стоящего здесь театра (e) , тогда полезно заставить их, по сколько всадников окажется возможно, ехать скоро вниз с горы. (8) Если они будут уверены в своих силах, они выполнят это, но если будут не обучены, то нужно опасаться, чтобы не заставили их делать это неприятели.

(9) Таков порядок, в котором, при смотрах, наиболее красиво могут разъезжать всадники. Но если предводитель, особенно если имеет хорошего коня, при круговом объезде, будет находиться у самого крайнего ряда, то он и его свита, которая тоже будет с края, всегда будут ехать скоро, и таким образом перед глазами сената всегда будут самые скорые всадники, да и лошади не устанут, потому что им придется поочередно останавливаться.

(10) Когда конница представляется в гипподроме, тогда хорошо построить всадников таким образом, чтобы они своей линией, в ширину, заняли лошадьми гипподром, вытеснив из середины людей; (11) а когда гиппархи поведут филы, то хорошо, чтобы действовало по пяти фил, то убегая одни от других, то нападая, то проезжая одни чрез другие. При таком зрелище, и их наезды друг на друга кажутся грозными, и проезды чрез гипподром с вторичной остановкой величественны и затем, по звуку трубы, второй наезд тоже красив. (12) А когда, он остановятся, тогда, по трубе, в третий раз должны делать наезды и проезды со всей скоростью и в известном вам строе фалангой ехать к сенату и здесь остановиться. (13) Это, я полагаю, покажется делом воинственным и новым; а ехать медленнее филархов или ехать также как он, недостойно гиппарха. (14) А когда придется ездить по покатому месту, в Академии, я могу посоветовать следующее: чтобы не упасть с лошади, нужно наклоняться назад, а чтобы лошадь не упала, нужно при уклонах подхватывать лошадь. Но во всяком случае нужно ехать скоро и пряло; тогда сенат увидит прочность и красоту.

Меры предосторожности в походе и в виду неприятеля.

На походе гиппарх всегда должен иметь в виду, с одной стороны, чтобы не утомить круп лошади, с другой -- чтобы не утомить всадника ходьбой. Нужно соблюдать меру и в первом случае; а меру найти легко, так как каждый сам по себе может судить и об изнеможении других. (2) Но когда в пути неизвестна близость неприятеля, тогда нужно делать отдыхи но частям, так как весьма опасно, когда неприятель подойдет, и все будут сошедши с коней. (3) Когда едешь по узкой дороге, нужно вести фланговым строем; а если дорога широкая, каждая фила должна выставить свой фронт в ширину; когда же вы прибыли на равнину, все филы должны стать фалангой. Это и для упражнения хорошо, и кроме того разнообразие в конном марше доставляет большую приятность в пути. (4) Когда же вы проходите места неудобные или едете без дорог, тогда очень полезно, в неприятельской и в союзной стране, чтобы из каждой филы впереди ехали вестовые (ипиреты) и в случае встретятся овраги, отыскивали бы удобные пути, чтобы таким образом не блуждали целые отряды. (5) Если же вы едете на опасность, то для разведывания благоразумный гиппарх должен выслать вперед, кроме вестовых, еще другие передовые, потому что иметь заблаговременно сведения о неприятеле полезно не только для нападения, но и для собственной предосторожности. Это полезно и для переправ, чтобы каждая часть ждала и чтобы крайние, следуя за предводителем, не изнуряли своих лошадей. Это почти все знают, но немногие готовы принять предосторожности.

(6) Но гиппарх еще в мире должен позаботиться иметь сведения не только о неприятельской стране, но и союзной; а если сам незнаком, должен искать других, знающих каждую местность. Совсем иное дело, когда предводитель знает дороги и когда не знает, так точно как совсем иное засада при знании местности и засада при незнании. (7) До войны нужно позаботиться и о лазутчиках, которые были бы из городов, союзных обеим сторонам, и из торговых людей, потому что города всегда впускают, как дружелюбных, тех людей которые что-либо привозят. (8) Иногда приносят пользу и мнимые перебежчики. Тем не менее нельзя полагаться на лазутчиков и забывать о страже, но всегда нужно так держаться, как будто сейчас придет известие о приближении неприятеля, потому что даже если лазутчики и вполне надежные, трудно вовремя дать известие. На войне является много затруднений.

(9) Ведение конницы менее может быть замечено неприятелями, если извещение об этом будет даваться не через глашатого или письменные приказы (f) , но устно, через начальников. Для этого хорошо назначать десятников и к ним пятников, чтобы извещения делались как можно через меньшее число людей. Тогда пятники, в случае надобности, могут и фронт удлинить, не нарушая строя.

(10) Что касается передовых караулов, я всегда советую караулы и форпосты скрытые, что одновременно составит и стражу для своих и засаду для неприятеля. (11) Таким образом, сами подвергаясь меньшей опасности, они в тоже время становятся более опасны для неприятеля, потому что представление стражи и незнание, где она и сколько ее, лишает мужества и заставляет подозревать всякую местность; между тем явная стража делает ясной как опасность, так и самоуверенность. (12) Кроме того, при скрытой засаде можно поставить несколько человек на виду, и затем подвести неприятелей под засаду. Впрочем, видимых можно поставить и позади скрытого отряда. Это тоже может ввести в обман неприятеля.

(13) Вообще долг благоразумного начальника никогда не рисковать по своей воле, разве когда для него наперед ясно его превосходство над неприятелем; но выказать услугу неприятелю, это не мужество, а в полном смысле измена союзникам.

(14) Хорошо напасть с той сторону на неприятеля, с которой он особенно слаб, даже если неприятель далеко находится, потому что гораздо безопаснее сильно потрудиться, чем бороться с сильнейшим. (15) А если неприятель войдет в середину союзников, особенно если он сильнее, тогда хорошо нападать оттуда, где ты незаметен; хорошо напасть и с обеих сторон: тогда, если отступают одни, другие могут смутить неприятеля и спасти своих.

(16) Раньше сказано, что хорошо знать положение неприятеля через лазутчиков, но лучше самому осмотреть, особенно если есть надежное место, и заметить ошибки. (17) Поэтому, если где можно употребить хитрость, нужно послать подходящих хитрых людей, а если требуется употребить силу, нужно напустить таких которые возьмут силой. Если у неприятеля, в походе, отделилась часть, которая слабее остального войска или спокойно рассеялась, то и это не должно остаться незамеченным; тем не менее всегда нужно брать слабейшее сильнейшим.

(18) Внимательный начальник легко изучит это, так как и животные, которые разумом гораздо слабее человека, напр., коршуны; умеют похитить что не стережется и удалиться в безопасное место, прежде чем их поймают. Также волки нападают на оставленное без сторожи и похищают в не осматриваемых местах. (19) И если за волком бежит собака, то он, если сам сильнее, нападает на нее, а если собака сильнее, он душит что имеет и уходит. А когда волки не боятся сторожи, то одной части из себя поручают прогнать сторожу, а другой нападать, к таким образом достают нужное.

(20) Если же звери могут так умно получать добычу, то не должен ли человек показаться умнее их, тех животных которые сами ловятся искусством человека?

Хитрости против неприятеля и наставления по отношению к своим.

Начальник конницы должен знать и то, на каком расстоянии лошадь может настигнуть пехотинца и на каком расстоянии медленная лошадь может убежать от быстрой. (2) Он должен уметь показать мало всадников как много, и много как мало, представить что его нет, когда он есть, и что он есть, когда его нет. Он должен уметь не только брать перевес над неприятелем воровством, хитростью, но он должен уметь неожиданно достать своих и напасть на неприятеля. (3) Хороша ловкость, при собственном бессилии, суметь внушить страх неприятелю, чтобы он не напал, а при силе -- внушить смелость напасть. В таком случае он и сам меньше рискует, и неприятеля может взять обманом. (4) Но чтобы не показалось, что я предлагаю невозможное, я опишу, как привести в действие то что считается особенно трудным.

Чтобы не ошибиться, нападая или убегая, нужно узнать силы лошадей, а узнать их можно на обыкновенных разъездах, присматриваясь, что выходит, когда всадники догоняют и убегают друг от друга. (5) Когда ты хочешь, чтобы всадников казалось много, то, прежде всего, обман не должен делаться близко к неприятелю. Это и безопаснее и скорее вводит в обман. Затем нужно помнить, что собранные лошади кажутся многими по причине величины самих животных, а разбросанных всегда легко сосчитать. (6) Наконец, конница может показаться многочисленной, если ты между всадниками поставишь конюхов с копьями в руках, или с чем другим вроде этого. Покажешь ли ты конницу стоящей или будешь вести, ряды покажутся больше и гуще. (7) Если же ты хочешь много показать как мало, то если местность позволяет часть скрыть, очевидно, нужно одних держать открыто, других скрыть в неизвестное место. Если же местность открытая, нужно построить в один ряд, декадами (десятками) и заставлять проходить промежутками, причем в каждой декаде стоящие от неприятеля должны держать копья вверх, а остальные вниз и не выдаваться.

(8) Внушить страх неприятелям можно ложными засадами, ложными вспомогательными отрядами и ложными слухами; а смелость неприятель особенно чувствует тогда, когда слышит о затруднениях и беспокойстве противника.

(9) Из начертанного сам предводитель должен суметь воспользоваться тем или другим, сообразно случаю, потому что действительно, на войне ничто так не прибыльно, как обман. (10) Если даже дети, играя в "сколько?" (чет и нечет), умеют обманывать друг друга, выставляя руки таким образом, что имея немного показывают много, и имея много показывают мало, то неужели не сможет найтись и обмануть внимательный начальник. (11) И всякий, обсудив достигаемые на войне преимущества, найдет, что, большей частью, самое важное достигается посредством обмана. Потому, или вовсе не следует браться за начальствование или же, сверх прочих приготовлений, просить и к этому способности у богов и самому стараться. (12) Если море близко, то можно ввести в обман и сделать что нужно пехотой, приготовляя корабли как будто для морского сражения, и наоборот, можно выполнить свой план на море, на вид действуя пехотой. (13) Гиппарх должен уметь доказать гражданам слабость конницы без пехоты пред конницей, имеющей пеших амиппов, и получив таковых воспользоваться ими; а пеших можно скрыть не только внутри конницы, но и сзади, потому что всадник гораздо выше пешего. (14) Все это и что еще иной придумает, для того чтобы взять неприятеля хитростью или силой, нужно делать с помощью богов, чтобы при их милости помогало также и счастье. (15) Иногда можно ввести в обман, представившись очень осторожным и ничуть не желающим битвы. Это часто доводить неприятеля до забвения предосторожностей и до промахов. Если же сразу показать себя желающим битвы, то, самому пребывая в спокойствии, можно выказать мнимые действия и этим беспокоить неприятеля.