Гиппогриф на Рождество
Шрифт:
— Скотт, — сказала она низким и твердым голосом. — Либо ты сейчас уходишь, либо я звоню твоему отцу… и копам. Но я реально не хочу этого делать, если в этом нет необходимости.
При упоминании о своем отце и полиции мужчина… Скотт, очевидно… моментально затих.
— Ладно, — выдавил он после долгого напряженного мгновения. — Я уйду… но не думай, что я забуду об этом, Энни. Ты знаешь, что этот магазин скоро станет моим. С нетерпением жду, когда это случиться, вышвырнуть тебя с работы.
Бо совсем не понравилось, как это прозвучало, но решил, что об извинениях не может идти и речи.
— Если ты закончил, я тебя отпущу, — сказал он спокойно. — И первое, что ты сделаешь, — выйдешь за дверь. Понятно?
В ответ он лишь получил сердитое фырканье, но Бо понадеялся, что Скотту уже ясно — попытки вырваться из хватки Бо бесполезны.
Он отпустил его руку, и Скотт сделал пару шагов, прежде чем выпрямиться. Он повернулся, злой и униженный, Его взгляд скользнул по Бо, прежде чем перейти на Энни.
— Запомни, что я сказал, — рявкнул он, указывая на нее. — Рядом не всегда будет кто-то, чтобы тебя защитить. Поняла?
Энни ему не ответила. Она сохраняло достоинство перед лицом его ярости, просто глядя на него сверху вниз, но Бо заметил, как участилось ее дыхание, и она сглотнула, должно быть, от страха. Тем не менее, она не моргнула, не побледнела… пока Скотт, бросив на нее последний хмурый взгляд, не повернулся и с грохотом распахнул дверь пекарни, чтобы выскочить в метель.
Как только он ушел, Энни, казалось, с облегчением вздохнула и прижала руку к груди.
— Ты в порядке? — спросил ее Бо, направляясь к стойке. У него было лишь смутное представление о том, на что он наткнулся, но, тем не менее, он понял достаточно, чтобы быть уверенным, никто не заслуживает такого отношения, как Скотт отнесся к Энни.
Энни взглянула на него снизу вверх с широко раскрытыми зелеными глазами, когда облизнула губы — на ее лице появилось настороженное выражение. Что-то внутри Бо сжалось при виде этого — очевидно, Энни не привыкла доверять людям.
— Я в порядке, — сказала она, быстро выпрямившись, словно пыталась скрыть тот факт, что испытала облегчение при уходе Скотта. — Он был просто… ну, думаю, ты заметил. — она замолчала, прикусив губу. — Эм, спасибо. Что заставил его уйти. Я ценю это. Но ты, должно быть, зашел, чтобы что-то купить. Чем я могу вас порадовать?
Энни на удивление быстро взяла себя в руки, вернувшись к своей прежней спокойной и вежливой манере обслуживания клиентов. Но Бо до сих пор видел, как напряжены ее плечи и сжата челюсть. Она далеко от спокойствия, хотя и старательно его имитировала.
«Ей нужна наша помощь. Мы должны ей помощь. Мы обязаны».
Внутри него гиппогриф бил задними копытами и визжал, дико мотая головой. Что-то заставило его негодовать. Конечно, Бо знал о его защитных инстинктах. Это было часть жизни гиппогрифа… да и оборотня в принципе. Данный инстинкт помогал ему выполнять работу. Но он никогда раньше не замечал, чтобы гиппогриф на кого-то так реагировал.
— Ну, я зашел за печеньем и тортом, — сказал Бо. — Но, если у тебя какие-то неприятности, я бы хотел сделать все, что в моих силах, чтобы помочь.
Глаза Энни слегка расширились, когда она на него уставилась, ее полные розовые губы слегка приоткрылись.
— Я… нет, нет, в этом нет необходимости, — ответила она быстро. — Серьезно. Давай я дам вам необходимое, чтобы ты…
— Энни, разве твоя смена еще не закончилась?
Бо и Энни одновременно повернулись на звук голоса, донесшийся с другой стороны магазина. Там стояла черноволосая женщина с широкой улыбкой на лице и коробками сахарного печенья в руках. Она положила их на стойку и с улыбкой повернулась к Бо.
— На сегодня с нее хватит! Так что она свободна, если ты хочешь ей задать какие-то вопросы. Вы могли бы сделать это за чашечкой кофе или еще чего-нибудь. Не так ли, Энни?
— Кристина… — пробормотала Энни, бросив на нее испытывающий взгляд.
Бо удивленно моргнул, переводя взгляд с одной на другую… пока его не отвлек громкий крик гиппогрифа.
«Да! Прислушайся к женщине! Именно так мы и должны поступить!»
Бо решительно отодвинул его призыв в сторону… насколько это было в его силах. Он действительно считал Энни привлекательной женщиной и действительно хотел ей помочь всем, чем мог, если ей необходимо. Но также, если ей это было в тягость… а так и казалось… он не собирался навязываться.
— Я не хотел бы мешать, — быстро ответил он. — Просто подумал, что могу предложить помощь, если она нужна. И предложение останется в силе через день или около того, если ты передумаешь. Просто дай знать. Я могу оставить свой номер.
Энни нахмурилась, словно была обеспокоена и смущена его словами.
— Спасибо. Я ценю это. Честно.
Бо кивнул.
— Это не проблема. В любом случае, я выберу несколько товаров и уйду.
Выбрать несколько наименований из всего ассортимента пекарни было одновременно и тяжело, и легко: с одной стороны, острое обоняние подсказывало Бо, что здесь все очень вкусное, и плохого выбора не будет. С другой же стороны, сделать первоочередной выбор было непросто, поскольку погрузить все запасы пекарни на заднее сиденье автомобиля невозможно.
— Похоже, ты покупаешь для семьи из ста человек, — сказала Энни, аккуратно укладывая коробки с сахарным печеньем, имбирными пряниками и лимонным тортом в пакеты.
Бо рассмеялся.
— Не совсем, но он все голодные. Надеюсь, это поможет им продержаться еще какое-то время.
— Ну, я надеюсь им это понравится, — сказала Энни. Она заколебалась, облизнув губы. — Прежде чем ты уйдешь… я не хочу тебя задерживать или что-то в этом роде, но… Могу я предложить что-нибудь за счет заведения? Это самое малое, что я могу сделать, за оказанную помощь.
Бо с улыбкой покачал головой.
— Нет, в этом нет необходимости. Я просто счастлив, что смог тебе помочь.
— Я… я настаиваю, — сказала Энни взволнованно, но твердо. — Пожалуйста. Я бы очень хотела тебя отблагодарить. Если у тебя большая семья, мне очень важно отблагодарить тебя должным образом.
Бо открыл рот, чтобы вновь сказать, что она не обязана это делать, но решительный взгляд ее зеленых глаз закрыл его. Очевидно, ее не переубедить.
— Если ты действительно настаиваешь, — сказал он с улыбкой, — то я мало что могу сделать, не так ли?
Энни покачала головой.
— Верно. Я настаиваю.
Она наклонилась, открыла дверцу витрины и достала огромный сочный вишневый пирог. Бо не смог сдержать улыбки… он обожал вишневые пироги.
Энни упаковала пирог быстрыми и умелыми движениями. Очевидно, она хорошо знала свою работу.
— Держи, — сказала она, пододвигая к нему коробку. — За мой счет.
— Ты не получишь по шее за то, что раздаешь товар? — спросил Бо.
Энни покачала головой.
— Нет… это не проблема. Он весь твой.