Чтение онлайн

Известный литератор Фёдор Глинка, участвовавший в заграничном походе русской армии, издал «Письма русского офицера», пользовавшиеся необыкновенной популярностью. Это меткие зарисовки боев, жизни и быта народов тех стран, где ему довелось побывать. На его страницах появляется и гитара. Любопытны заметки о Саксонии, где полк стоит на квартирах. «Прелестная хозяйская дочь играет на фортепиано, на гитаре, поет, показывает свой альбом и рисунки — и вдруг потом очутится на кухне, помогает готовить кушанье. Таковы немки! У нас это странно, но к ним очень пристало: это делает прекрасных еще прелестнее». Картинки из Польши не менее интересны: «В Варшаве всякий может удовлетворить страсть сорить деньги, как бы велика она ни была. Толпы нищих и жидов осаждают вас… поют, играют на гитарах…» Неудивительно — это все-таки столичный город!

А вот наблюдения офицера в провинциальной глуши: «Часто, застигнутый темнотою, останавливается он в простом сельском домике и находит в нем скрипку, гитару и фортепиано; находит двух или трех девушек, которые играют отечественные песни: мазурки или краковяки; читают стихи; говорят о любви к своему отечеству — и вечер проходит в очаровании».

Из этих скупых свидетельств нетрудно представить себе, выражаясь языком биологии, «ареал распространения» гитары в Европе начала XIX века.

СЕМЁН БОГДАНОВИЧ БРОНЕВСКИЙ

Броневский, Семён Богданович (1786–1858) — русский генерал, сенатор, наказной атаман Сибирского казачьего войска. С 1808 года — адъютант генерала Глазенапа, инспектора сибирских войск и начальника сибирских линий.

Семён Броневский в «Записках из моей жизни» тепло вспоминает директора Шкловского кадетского корпуса, в котором некогда учился: «Впоследствии добрейший Кетлер, гонимый своими врагами, попал за корыстолюбие под суд, потерял службу и умер в нищете. Он был одним из последних потомков герцогов курляндских. В Петербурге отставной Кетлер и его жена жили исключительно на заработок своей красавицы-дочери, которая давала уроки на фортепьяно и гитаре».

Все верно: Кетлер действительно был потомком Готарда Кетлера, в 1561 году ставшего первым герцогом курляндским. Тем не менее, знатное происхождение не помогло казнокраду: проворовавшись, он получил отставку и вынужден был перейти на иждивение дочери, дававшей уроки музыки. Печальная участь!

ЛЮДВИГ УЛАНД

Уланд, Людвиг (1787–1862) — немецкий поэт-романтик, историк литературы, один из основоположников германистики. Баллады в народном духе («Проклятие певца», 1814), исторические драмы, лирика песенного склада, положенная на музыку Р. Шуманом, Ф. Мендельсоном, и другие. Цикл «Патриотические стихотворения» (1817).

Иоганн Людвиг Уланд говорит о гитаре в возвышенно-

романтическом тоне: «Свет звезды, как бальзам, / Лился на сердце мне / И сверкал и играл / На гитарной струне. / По горящим моим щекам / Слезы катились / Небесной росою, / Песней печали / Изливалась моя душа. / И священные звезды / Внимали ей, сострадая».

Любопытно, что это стихотворение сочинено 18-летним поэтом в 1805 году, когда чудесный испанский инструмент был еще малоизвестен в Германии.

КОНСТАНТИН НИКОЛАЕВИЧ БАТЮШКОВ

Батюшков, Константин Николаевич (1787–1855) — русский поэт. Глава анакреонтического направления в русской лирике («Веселый час», «Мои пенаты», «Вакханка»). Позже пережил духовный кризис («Надежда», «К другу»). В жанре элегии — мотивы неразделенной любви («Разлука», «Мой гений»), высокий трагизм

(«Умирающий

Тасс», «Изречение

Мельхиседека»).

Константин Батюшков в стихотворении «Послание графу Виельгорскому» обращается к его сиятельству по-дружески: «О ты, владеющий гитарой трубадура, / Эраты голосом и прелестью Амура, / Воспомни, милый граф, счастливы времена, / Когда нас юношей

увидела Двина!» Здесь имеется в виду старший из братьев, Михаил Юрьевич, композитор, автор одной из первых русских симфоний и многочисленных романсов. Батюшков продолжает: «Тогда я с сильфами взлечу на небеса / И тихо, как призрак, как луч от неба ясный, / Спущусь на берега пологие Двины / С твоей гитарой сладкогласной: / Коснусь волшебныя струны…»

Играющий на «гитаре трубадура» Виельгорский навсегда запечатлелся в памяти Батюшкова.

ДЖОРДЖ БАЙРОН

Байрон, Джордж

Гордон

(1788–1824)

— английский поэт-романтик, член палаты лордов. В 1816 покинул Великобританию, жил в Италии. В поэме «Паломничество

Чайльд-Гар

ольда» (1812–1818), восточных

поэмах

(«Гяур»,

«Лара»,

«Корсар»), философско-символических драматических

поэмах «мистериях» «Манфред» (1817) и «Каин» (1821), цикле любовно-медитативных стихов на библейские мотивы «Еврейские мелодии» (1813–1815) — острое ощущение катастрофичности исторического и личного бытия, утраты идеалов в современном обществе, всеобщность разочарования в действительности (мотивы мировой скорби — «космического пессимизма»). Протест против зла мира, отстаивание прав личности приобретают иронически-сатирическую (поэма «Бронзовый век», 1823), нравоописательную (роман в стихах «Дон Жуан», 1819–1824, не закончен), а иногда политическую окраску (лирика).

В первой песне «Паломничества Чайльд-Гарольда» Байрон представил читателям сравнительный портрет женщин Испании и Англии и не выказал себя патриотом туманного Альбиона. Симпатии мятежного лорда всецело на стороне воинственной испанки! Вольный перевод данного фрагмента, принадлежащий Льву Мею, звучит следующим образом: «Когда в Испании война, / Испанка трепета не знает, / А друг ее убит — она / Врагам за смерть копьем отмщает. / Когда же вечером порхнет / Она в кружок веселый танца, / Или с гитарой запоет / Про битву мавра и испанца… — / Во всяком сердце задрожит…»

Какое проникновение в суровую и тревожную жизнь Испании, полную трагизма и страстей! Как видим, гитара способна рождать не только сладкозвучные серенады под балконом красавиц, но и боевую песнь, вдохновляющую воинов на подвиг.

В поэме Байрона «Дон Жуан» некий турок-пират, горячо любящий дочь Гайдэ, как-то после удачного абордажа начал прикупать на базаре подарки для нее. «Он рассмотрел и неживой товар, / Назначенный для ярмарки Леванта, / И отобрал поднос и пять гитар, / Духи, шелка, гребенки, шпильки, банты, / Тарелки, чайник, туфель восемь пар / И пару кастаньет из Аликанте, — / Как любящий отец, он был не прочь / Порадовать единственную дочь».