Чтение онлайн

(2) Предоставить подробные сведения о состоянии дороги, характере берега Каспийского моря и западного берега Волги, а также новой и пока неизвестной железнодорожной линии между Кизляром и Астраханью.

Команды отправились на задание в воскресенье, 13 сентября, в 04.30. Пронизывающий ветер дул из степи, с момента захода солнца становилось все холоднее и холоднее.

Разведывательные команды, отправлявшиеся в свой авантюрный 150-километровый рейд по неизведанной, негостеприимной вражеской территории, располагали соответствующим снаряжением. В каждую команду входило две четырехосных разведывательных бронированных машины с 20-мм зенитными орудиями, мотоциклетный взвод (двадцать четыре человека), две или три 50-мм противотанковых пушки - самоходные или же установленные на пехотных бронетранспортерах - и одно инженерно-саперное отделение с соответствующим снаряжением. В колонну входило пять грузовиков - на двух везли горючее, еще на двух воду, а на пятом запас продовольствия - и команды ремонтников и техников-эксплуатационников на вездеходах. И наконец, врач, связисты, вестовые и переводчики - тоже на колесах.

Разведывательной команде лейтенанта Шредера не повезло с самого начала. Вскоре после начала экспедиции, уже за Уттой, команда наткнулась на вражеский дозорор. Лейтенант Шредер погиб, переводчик Мареш и унтер-офицер Вайсмейер получили ранения. Команда вернулась обратно и вновь тронулась в путь на следующий день под началом лейтенанта Ойлера.

Лейтенант Готтлиб, лейтенант Шлип, лейтенант Гильгер тем временем продвигались со своими командами дальней разведки на север, на юг и непосредственно вдоль большой дороги, связывающей Элисту и Астрахань. Лейтенант Готтлиб первым проехал по дороге и, свернув на северо-восток, в степь в направлении Садовской, 14 сентября достиг точки в 40 километрах от Астрахани. 15 сентября его от берега Волги отделяло всего 25 километров. С высоких песчаных дюн открывался вид на реку. Песок и соляные болота делали местность почти непроходимой, но танковые разведывательные команды неизменно находили пути.

Карты, которые имел при себе Готтлиб, оставляли желать лучшего. Поэтому у каждого колодца казаку Георгию приходилось вести долгие беседы с кочевниками калмыками, выясняя, где находятся дороги и тропы. Калмыки относились к немцам дружелюбно.

– Большая железная дорога? Да, между Кизляром и Астраханью каждый день проходит по нескольку поездов.

– А русские?

– Да, их тут много проезжает. Только вчера много их ночевало у соседнего колодца, отсюда до него около часа пути на восток. Они приехали из Садовской. Там их должно быть много.

– Серьезно?
– Георгий понимающе кивнул и протянул словоохотливым кочевникам несколько сигарет.

Они засмеялись, но смех их вдруг оборвался. Один что-то крикнул и показал на север. Оттуда на галопе приближалось двое советских всадников.

Калмыки словно растворились. Две немецкие бронемашины разведки стояли за дюнами и не были видны русским. Лейтенант Готтлиб крикнул Георгию:

– Назад!
– Но казак не ответил. Он спрятал пилотку под широкий плащ, сел на край колодца и закурил.

Двое русских - офицер и его ординарец - приближались осторожно. Георгий что-то крикнул им. Офицер спешился и подошел к нему.

Лейтенант Готтлиб и его люди видели, как они беседуют, смеются, стоя рядом друг с другом.

– Мерзкая собака, - проговорил радист. Но в тот же момент Георгий быстро выхватил свой пистолет со словами "Руки вверх!". Подобный поворот событий так удивил советского офицера, что тот покорно поднял руки и приказал сделать то же самое и ординарцу.

Разведывательная команда Готтлиба вернулась в Хальхуту с двумя ценными языками.

Особое задание лейтенанта Ойлера состояло в том, чтобы выяснить точно, что представляет собой оборона Садовской и перевозит ли противник войска через Волгу в районе севернее Астрахани.

Расстояние от Утты до Садовской по прямой составляло 240 километров. Ойлер почти сразу же свернул с большой дороги на север. Проехав десять километров, Ойлер внезапно почувствовал, как у него перехватывает дыхание: огромное облако пыли двигалось прямо на команду на значительной скорости.

– Рассредоточить технику!
– приказал лейтенант и поднес к глазам бинокль. Облако быстро приближалось. Внезапно Ойлер засмеялся. Силы, которые атаковали их, оказались вовсе не советской бронетехникой, а громадным стадом антилоп - сайгаков, обитающих в степях Южной России. В какой-то момент, почуяв запах человека, они резко повернули и на галопе помчались в восточном направлении. Копыта их топтали сожженную траву степи, поднимая такие клубы пыли, точно по бескрайней равнине на полном газу шел в атаку танковый полк.

Ойлер провел разведку на северо-восток и выяснил, что в селениях Юста и Хазык расположены крупные силы противника. Он обошел их и повернул к Садовской - своей главной цели.

16 сентября Ойлер с двумя бронемашинами разведки находился в 5 километрах от Садовской и, следовательно, всего в 7 километрах от берега Нижней Волги. До Астрахани пришлось бы пройти еще 30 километров. По всей видимости, разведывательной команде Ойлера удалось продвинуться на восток дальше, чем какому-то другому немецкому подразделению в ходе операции "Барбаросса", и, следовательно, подойти ближе всех к Астрахани - точке на линии, на которой по плану должно было закончиться продвижение немецких частей на Востоке. Разведывательная команда выяснила крайне важные вещи: русские вырыли противотанковый ров вокруг Садовской и оборудовали глубокоэшелонированные позиции дотов.

Таким образом противник создал хорошо подготовленный плацдарм, по всей видимости, с целью прикрытия запланированной переправы советских войск через Нижнюю Волгу.

Когда русские часовые опознали немецкие машины разведки, на позициях вспыхнула самая настоящая паника. Пребывавшие еще секунду назад в полнейшем благодушии солдаты бросились к своим дотам и дзотам и открыли мощный заградительный огонь из противотанковых ружей и пулеметов. Ойлер со своей машиной разведки преградил путь двум русским, бежавшим поблизости в полном замешательстве.

– Руки вверх!

С перепугу оба красноармейца - штабной офицер 36-го пулеметного батальона и его связной - сдались. Немцам повезло.

Лейтенант Юрген Шлип, командир танковой роты разведки из состава 16-й моторизованной дивизии, тоже отправился в путь со своей командой 13 сентября. Его маршрут пролегал к югу от главной дороги. Задача состояла в том, чтобы выяснить, верны ли показания военнопленных относительно наличия пригодной для использования железнодорожной линии из Кизляра в Астрахань, поскольку данные о такой ветке на карте отсутствовали. Сведения о железной дороге нефтеснабжения имели большую важность, поскольку ветку также можно было использовать для переброски воинских частей.

Шлип обнаружил железную дорогу. Он вспоминает: "Ранним утром второго дня нашего задания мы увидели вдалеке блестевшие на солнце соляные большие озера. Мотоциклистам нелегко давался путь по глубокому песку, и нашим двум техникам-механикам все время приходилось что-нибудь чинить".

Когда Шлип в конце концов разглядел в свой бинокль железнодорожное полотно, то, оставив позади основную часть своей маленькой разведгруппы, с двумя машинами разведки и инженерно-саперной командой поехал к будке путевого обходчика. В действительности это оказалась станция Зензели.

Дальше Шлип рассказывает следующее: "Издалека мы увидели пятьдесят или шестьдесят гражданских, работавших на верхних строениях пути. Это была одноколейка, прикрытая с обеих сторон песчаными валами. Начальники, едва завидев нас, дали деру, но оставшиеся рабочие нас радостно приветствовали. Они оказались украинцами, которых целыми семьями, всех - стариков, женщин и детей, насильственным образом вывезли из их домов и в последние несколько месяцев использовали здесь для работы. Многие украинцы говорили по-немецки и приветствовали нас как своих освободителей".