Чтение онлайн

— Флаг? — Джефри нахмурил лоб. — Я не помню, чтобы около ее дома развевалось полотнище.

— Позже Элла убрала флагшток, потому что решила, что он был проводником отрицательной энергии, посылаемой инопланетянами, или еще что-то в этом роде.

— «Как грива ведьмы развевается в воздухе…» разве не похоже на описание флага? — Джефри посмотрел на Мелани.

— И подсказка насчет пепла подходит. Ведь дом старой ведьмы сгорел. — Она чуть ли не подскочила на стуле. Ее глаза блестели от возбуждения. — Ты думаешь, тайник там?

— Патрик, а ты не помнишь, где во дворе Эллы стоял флагшток? — спросил Джефри.

— Конечно, помню. Как раз около заднего крыльца дома. С правой стороны.

Джефри снова посмотрел на Мелани.

— Я бы сказал, что нам следует срочно побывать на этом месте.

Она бросила вопросительный взгляд на Патрика.

— Я подожду здесь, а ты можешь пойти и проверить, там ли оно.

— Нет, Лисенок. Не забывай, что мы вместе охотимся за призом. Я видел сегодня, как миссис Доэл брала свою утреннюю газету. Значит, она уже встала. Уверен, что мы можем попросить ее прийти сюда минут на тридцать — сорок, а сами отправимся проверить задний двор Эллы.

— Вы снова собираетесь оставить меня с этим несносным созданием? — притворно застонал Патрик, хотя в его голосе совсем не слышалось страдания.

— Отец, нехорошо так говорить о миссис Доэл, ты же знаешь, — пожурила его Мелани.

— Но она обращается со мной как с инвалидом, — капризно заныл Патрик.

— Может, это происходит оттого, что ты сидишь в инвалидной коляске? — съязвил Джефри. — Попробуй походить на лечебную гимнастику и встать на ноги, и она перестанет обращаться с тобой как с калекой.

Патрик наморщил лоб и замолчал, обдумывая слова своего зятя.

— Решено. Лисенок, тебе придется записать меня на прием к физиотерапевту, — после непродолжительного молчания сказал старик.

Мелани не верила своим ушам. Она недоуменно посмотрела на Джефри, удивляясь столь быстрой капитуляции своего отца.

— Я позвоню в больницу, и договорюсь обо всем прямо сейчас.

— А пока она это делает, я пойду и попрошу миссис Доэл ненадолго заглянуть к нам. — Джефри поднялся из-за стола и пошел к задней двери.

Полчаса спустя Мелани и он уже бодро вышагивали по тротуару. Едва минуло восемь часов, солнце еще не успело нагреть воздух, и на улице пока еще было довольно прохладно. Морланд нащупал в кармане джинсовой куртки складную садовую лопатку, которую он предусмотрительно захватил с собой. Если сокровища и были закопаны у основания флагштока Эллы, то он очень надеялся, что спрятаны они были не слишком глубоко. Складная лопатка мало подходила для масштабных кладоискательских раскопок.

— Не знаю, как тебе удалось так быстро уговорить Патрика начать посещать занятия лечебной физкультурой, но, в любом случае, благодарю за содействие. Я просто счастлива, что он наконец-таки согласился внять здравому смыслу! — Мелани первой нарушила молчание. — Я пыталась убедить его начать занятия с того момента, как только он немного оправился от удара.

Морланд самодовольно улыбнулся.

— Вероятно, ты руководствовалась логикой и здравым смыслом в своих доводах, пытаясь затащить его туда. А я всего лишь обратился к его тщеславию и мужскому самолюбию. Думаю, Патрику нравится миссис Доэл.

— Ну, нет, — недоверчиво протянула Мелани, глупо хихикнув. — Ты же сам слышал, как он ее называет.

— Да, слышал. Но мне показалось, что в его голосе сквозили нежные нотки, в то время как он хотел казаться рассерженным, жалуясь на свою сиделку.

Легкая складка пересекла лоб Мелани. Она о чем-то сосредоточенно размышляла.

— Теперь, когда ты раскрыл мне глаза, я припоминаю, что Энни всегда что-то делала для Патрика. Хотя постоянно обзывала его старым ворчуном или еще как-нибудь похлеще.

— Ее муж умер уже очень давно. Лет десять назад, если я не ошибаюсь. Энни долгое время была одна. В их отношениях даже есть что-то романтичное.

Несколько минут они шли молча. Джефри подловил себя на мысли, что он вспоминает о вчерашнем поцелуе. Это было единственное, о чем он мог думать за последние двенадцать часов.

В глубине души Морланд почему-то надеялся, что этот поцелуй с Мелани каким-то образом поможет ему освободиться от воспоминаний о прошлом. Что он окончательно и навсегда освободит и Джефри от нее. Но никакого освобождения не случилось. Скорее, наоборот. Поцелуй лишь усилил противоречивость его чувств в отношении всего, что касалось Мелани.

Он осознал, что продолжает хотеть ее. Но разве после шести лет воздержания это могло показаться странным? В любом случае даже после всех этих лет разлуки, мысль о занятии любовью с кем-то, кроме Мелани, казалась почти абсурдной.

Джефри не мог представить ни то, какой бы стала его жизнь, вернись он к ней обратно, ни то, во что бы превратилось его будущее без нее.

— Ты что-то притих, — сказала Мелани, вторгаясь в его мысли.

— Просто задумался. — Джефри повернулся, посмотрел на жену, наслаждаясь игрой света на ее прекрасных волосах, и мягко спросил: — Ты часто думаешь о нем, Мелани?

Ее шаги слегка замедлились, нетрудно было догадаться, что жена его правильно поняла. Он затаил дыхание, не зная, какого ответа ожидать.

Последовала долгая пауза, потом Джефри услышал, как Мелани слегка вздохнула.

— Не проходит и дня, чтобы я не думала о нашем малыше, о Дайоне, — чуть слышно ответила Мелани. Имя повисло в воздухе, принося воспоминания о невероятной радости и неописуемом горе. — Я проснулась сегодня утром, — продолжала Мелани, — и за секунду до полного пробуждения вдруг поймала себя на том, что слышу его плач.

Джефри осторожно взял жену за руку. На мгновение ему показалось, что она собралась вырваться, но вместо этого ее пальцы переплелись с его пальцами. Только глаза продолжали смотреть в сторону.

— Я мечтал о том, как первым делом, проснувшись с утра, он встанет в кроватке и закричит «папа».

— Или «мама», — сказала Мелани с горькой усталой улыбкой.

Мелани остановилась и посмотрела на Джефри. В ее взгляде он уловил темный налет грусти.

— Наш сын, наш Дайон должен был жить, правда, Джефри?

— Да, Лисенок. — Он протянул руку, и она охотно обняла его. Морланд чуть не захлебнулся в сладком аромате ее солнечных волос, в тепле ее тела и неожиданно подумал, что впервые после смерти их младенца он снова держал жену в своих объятиях.