Чтение онлайн

Лариса осмотрела воспалившуюся грудь, увидела несколько гноившихся свищей. Вспомнила, что такое бывает при чем угодно, но только не при простом воспалении.

– Знаете, Тамара, давайте я вас направлю в Поречскую больницу.

– А что у меня? - забеспокоилась Козич.

– Воспаление. Но только его лечить надо по-особому.

– А Федор Тарасович назначил мне мазь. Чтоб через день.

– Раз назначил, значит, делайте. Одно другому не помеха. Но посоветоваться с врачом нужно. Разве Федор Тарасович будет против?

Вот с этого и началось то, чего Лариса никак не ожидала. Она считала, что если у человека что-нибудь не получается, он должен посоветоваться с другим. Завойкова лечила Тамару Козич неделю. Улучшения не наступило. Посоветовалась с Федором Тарасовичем. Тот лечил Тамару не неделю, а целых три. И тоже никаких результатов. Даже хуже стало, появились свищи. Что в таких случаях надо делать? Посоветоваться? С кем? С опытными специалистами? Так у Федора Тарасовича опыта хватит на тридцать таких специалистов, как Лариса. Но Завойкова считает, что в некоторых случаях нужен не только опыт, но и более глубокие знания. Вот она и решила направить Тамару к Наталье Николаевне. Как-никак Титова не просто врач, а главный врач больницы. Ведь на этот пост назначают не лишь бы кого, а самых знающих специалистов. Все, казалось бы, так и должно быть. Но Федор Тарасович думал иначе. Расценил поступок Ларисы как подрыв его авторитета. Можно, конечно, в чем-то не соглашаться даже с самим Федором Тарасовичем. Но если уж к кому-то и обращаться за помощью, то по крайней мере с разрешения заведующего ФАПом. У Федора Тарасовича - авторитет. С ним вежливо здороваются. А мужчины постарше, особенно в преклонном возрасте, приветствуя, даже снимают фуражки. Потому что знают: у заведующего пунктом - большой практический опыт. Как же поставить Завойкову на место? Для начала вызвал ее к себе и, барабаня пальцем по столу, спросил:

– Лариса Остаповна, кто в нашем медицинском учреждении заведующий?

Лариса удивленно посмотрела на Лещинского. Она, пожалуй, меньше удивилась бы, если бы ее спросили: "Лариса Остаповна, чем вы дышите?" Ну, конечно же, воздухом. Конечно же, заведующий нашим медицинским учреждением Федор Тарасович Лещинский.

– К чему этот вопрос, Федор Тарасович?

– Я еще раз спрашиваю: кто в нашем медицинском учреждении заведующий?

– Да вы, кто же еще.

– Тогда скажите мне другое: кто дает разрешение на консультацию больных?

– Каких больных, Федор Тарасович?

– Которые обращаются в наше медицинское учреждение.

– Не понимаю вас. Если вам что-нибудь не ясно, то зачем вам разрешение? А если что-нибудь не ясно мне, то я обращаюсь к Наталье Николаевне.

– Но вы же меня спрашивали: "А если нужна будет помощь, к кому мне обращаться?" Что я тогда вам ответил?

– Нашим учреждением заведую я. Стало быть, и за помощью нужно обращаться ко мне. У меня все-таки опыт. А опыт - всему голова.

– Правильно. У вас, я вижу, хорошая память. Почему же вы сделали не так, как я говорил?

– Да как же не так? Я когда увидела, что с Тамарой Козич у меня не получается, к вам и обратилась.

– А потом?

– Потом? Потом, вижу, что и у вас не получается.

– И решили подорвать мой авторитет?

– Да что же вы такое говорите, Федор Тарасович? При чем тут авторитет?

– При том, Лариса Остаповна. Вы начнете наговаривать на меня, я - на вас. И что получится?

– Да при чем тут наговоры? Я же на вас не наговаривала.

– Это все равно что наговаривали.

– Не знаю, Федор Тарасович, что и думать.

– Вы не знаете, а я знаю. Не успели приехать, а уже развели тут не понятно что.

Завойкова не могла даже предположить, что Лещинский имел в виду, сказав "не понятно что". Думала, что речь идет о все той же Тамаре Козич. Но ошиблась.

В местах, где медицинские учреждения, в том числе и фельдшерско-акушерские пункты, соседствуют с воинскими частями, так уж заведено, что между медиками разных ведомств устанавливается прочная деловая связь. Ну а там, где есть и совсем молодые, эта связь становится особенно прочной. И не мудрено, что как только в Петришково приехала Лариса Завойкова, на ФАП почти сразу же пожаловали военфельдшер Ботов Кирилл и его друг лейтенант Силич Сергей. Казалось, зашли случайно. Но почему-то получилось так, что их визит был приурочен к тому моменту, когда на ФАПе не было Федора Тарасовича.

– Вы к заведующему? - спросила Лариса ожидавших в прихожей военных.

– К нему, - слукавил лейтенант. - Но, к сожалению, на месте его не оказалось. Так мы уж тогда к вам.

– Но у меня еще одна женщина ждет.

– А вы принимайте. У нас время есть. Можем подождать.

Подождали, пока Лариса не закончила прием.

– Слушаю вас, - вышла в ожидалку Лариса. Лейтенанты встали, одернули гимнастерки, поправили поясные ремни. Представились. Назвала свою должность и фамилию Лариса.

– Тут вот какой вопрос, - начал военфельдшер. - По традиции мы заключаем с соседями шефство. Наше начальство приказало нам познакомиться с вами.

– Так вы подождите еще немного. Придет заведующий, вы с ним и поговорите.

– Мы люди военные, и свободного времени у нас не так много.

– Тогда в другой раз.

– Можно, конечно, и в другой раз. Но раз мы с вами уже познакомились, то для укрепления шефской связи, может, согласитесь приехать к нам на концерт?

Лариса хотя и понимала, куда клонят лейтенанты, сделала вид, что озабочена лишь деловой стороной вопроса. Поэтому ответила:

– Я передам Федору Тарасовичу ваше предложение.

Но военных сбить с толку таким поворотом дела не так-то просто.

– Вы знаете, Лариса, Федор Тарасович - человек семейный. Вечером ему отлучаться от семьи никак нельзя. Это мы уж знаем точно. - А вы - другое дело. Так как насчет концерта?

– Я же не знаю, где вы и как к вам пройти.

– О! - дружно воскликнули оба. - Это уже наша забота. Мы за вами приедем и отвезем домой в наилучшем виде. На военных вы можете смело положиться.

Так вот и начала укрепляться шефская связь между воинской частью и Петришковским фельдшерско-акушерским пунктом. Правда, не со всей воинской частью, а только с наиболее молодыми ее представителями. И не со всеми работниками ФАПа, а только с комсомолкой Ларисой Завойковой. Узнал об этом Федор Тарасович и обиделся. Обиделся прежде всему потому, что и до приезда молоденькой акушерки были попытки установить шефскую связь. Но дальше попыток дело не пошло. То у самого Федора Тарасовича не было времени, то военные были заняты учениями. Так вот это хорошее начинание и заглохло. Заглохло, можно сказать, на самом корню. А тут на тебе. Приехала Завойкова, и уже шефская связь. Обида у Федора Тарасовича немалая. И начал точить его душу червь. А в шефстве ли тут дело? А не простая ли тут распущенность его подчиненной? И чем дальше, тем больше росла его обида. И не просто обида, а чувство уязвленного самолюбия. Как же, не посчиталась с ним как заведующим, начала подкапываться под его авторитет среди военных. Нет, так дальше идти не может. Надо принимать меры. Какие? Самый верный способ - сообщить начальству о неблаговидных делах человека, которого ты хочешь поставить на место. Сообщить письменно. А кому из начальства? Главному врачу Поречской больницы Титовой Наталье Николаевне? Нет, эта не войдет в положение Федора Тарасовича. Еще, пожалуй, и навредит. Слышал он, что она в немилости у главного врача района Корзуна Ивана Валерьяновича. Вот кому нужно написать. И написал. А заодно и добавил, что докладывал о безобразиях главврачу Поречской больницы Титовой. Да та мер не принимает. В своем письме Федор Тарасович указывал на два безобразия: на участившуюся заболеваемость среди женщин Петришковского ФАПа и аморальное поведение Завойковой. Заболеваемость среди женщин Петришковской зоны действительно увеличилась. Но этому увеличению Лещинский придал особый оттенок. До приезда Завойковой Федор Тарасович не все случаи заболевания среди женщин регистрировал, а лишь часть. Лариса показала все, что было в действительности. Федор Тарасович не был против этого. Расчет был простой. При случае показать, что у него, опытного фельдшера, дела шли куда лучше, чем при ничего не знающей Завойковой. И второе. Молодая акушерка свои служебные дела забросила, ударилась в распущенность. Закончил письмо тем, что он, честный человек, дальше смотреть на все эти безобразия не может. Не позволяет совесть. Просил также не направлять его письмо главврачу Поречской больницы Титовой, а приехать из района и самим разобраться, в чем тут корень зла.

– Вот, полюбуйтесь, - потрясал письмом Иван Валерьянович перед Алиной Павловной. На нее Корзун временно возложил обязанности заместителя главврача районной больницы по лечебной работе. - Нам пишут рядовые труженики из глубинки, Петришковского ФАПа, и просят не направлять письмо Титовой.

Алина Павловна внутренне улыбнулась, сказала самой себе: "Да будет тебе, Иван Валерьянович. Говори кому угодно, только не мне. Зависть тебя заела". Но подумать подумала, а сказала иначе:

– Дадите ей волю, она не такие порядки заведет у себя.